Конечно, к Уилларду у него претензий не было, но это не значит, что он ему доверял.
Брон был умнее любого из них.
* * *
Уиллард смотрел прямо перед собой на дорожное покрытие и думал о женщине. Она долго не могла остановиться и прекратить кричать, после того как умер мужчина. Она попыталась завести машину, и ей это почти удалось, но Уиллард успел разбить окно лезвием мачете. Когда он оторвал ее пальцы от ключа и вытащил его из замка зажигания, ее взгляд потускнел. Это была смерть надежды, и, хоть женщина и начала умолять его, в глубине души она понимала, что все кончено.
Уиллард шикнул на нее.
— Я не трону тебя, — заверил он. — Обещаю. Только успокойся. Я ничего тебе не сделаю.
Женщина плакала, сопли и слезы стекали у нее с подбородка. Она несвязно о чем-то его просила. Тогда Уиллард показал ей мачете и отбросил его в сторону.
— Успокойся, — сказал он. — Видишь, бояться нечего.
И ей захотелось поверить ему. Она так хотела поверить ему так сильно, что позволила себе сделать это, и она разрешила ему взять ее за руку и помочь выйти из машины. Он не позволил ей смотреть на то, что осталось от мужчины.
— Не надо туда смотреть, — сказал он и повел ее к дому, но при виде темного дверного проема и темноты, лежащей за ним, она вновь перепугалась, бросилась бежать, и Уилларду пришлось остановить ее, схватив за ноги. Он позволил женщине вволю накричаться, пока за ноги же волочил ее внутрь, а она ломала ногти, цепляясь за землю. Ее никому не суждено было услышать. Уиллард бросил страстный взгляд на мачете, лежащее в траве. Его любимое. Но ничего, он всегда успеет вернуться и подобрать его.
В доме у него было достаточно других «игрушек».
* * *
Шеферд первым заметил машину из пиццерии. На крыше «сатурна» был прикреплен большой пластиковый кусок пиццы, похожий на акулий плавник. Шеферд надеялся, что парнишке давали достаточно чаевых, потому что его работу нельзя было назвать приличной. Он завел фургон и подъехал к мальчишке-разносчику, когда тот доставал коробки из герметичного мешка, лежащего на заднем сидении. Он услышал, как открылась задняя дверь фургона и натянул на лицо маску. Через несколько секунд появился Тэлл, тоже в маске, и затолкал парня в фургон, угрожая ему пистолетом. Больше на стоянке у мотеля никого не было.
— Слушай, мужик, — сказал парень, — у меня с собой меньше десяти долларов мелочью.
— Снимай куртку, — сказал Тэлл.
Парень сделал, как ему сказали. Шеферд перегнулся через переднее сиденье фургона и ткнул парня пистолетом в плечо.
— Сиди тихо. Мой друг отнесет за тебя пиццу. Потом мы отсюда уедем. Высадим тебя по дороге. Уйдешь ли ты на своих двоих или останешься лежать там бездыханным телом, зависит от тебя. Усек?
Парень кивнул.
— Ты учишься в колледже? — спросил Шеферд.
Парень снова кивнул.
— Оно и видно. Ты сообразительный.
Дверь фургона захлопнулась, и они остались вдвоем. Тэлл, теперь одетый в куртку с логотипом «Райской Пиццы», поднялся по лестнице на второй этаж мотеля и постучал в дверь. Он стянул свою маску и подождал.
— Кто там? — спросил мужской голос.
— Пицца, — ответил Тэлл.
Он увидел, что занавеска на окне подернулась, и появилось лицо. Потом дверь открылась. К нему вышел мужчина в белой рубашке и красном галстуке. За его спиной стоял другой, с лысеющей головой и пивным животиком.
— Сколько мы вам должны? — спросил следователь окружной прокуратуры, а Тэлл сунул руку в сумку.
— Для мистера Версо, — сказал Тэлл. — За счет заведения.
Выстрел разорвал бумажный пакет, и следователя отбросило назад. Второй выстрел Тэлла уложил его на кровать. Версо попытался добежать до туалета, но Тэлл выстрелил ему в спину прежде, чем тому удалось скрыться. Затем он подошел к нему и сделал два контрольных выстрела в голову. Потом таким же образом подстраховался, украсив дырой череп следователя, распластавшегося на кровати, покинул номер и быстро вернулся назад, к фургону. Шеферд завел мотор, как только Тэлл подошел к двери.
— Маска, — напомнил седоволосый.
— Черт! — Тэлл снова напялили маску и только после этого забрался в машину. У него за спиной парень из службы доставки пиццы сидел, обхватив колени руками и положив на них подбородок.
— Ты в порядке? — спросил он у парня.
— Да, — мертвенно-бледные губы плохо слушались его.
— Ты вел себя молодцом, — сказал Тэлл. — Тебе не о чем беспокоиться. Надень это на голову.
Он вручил парню герметичный мешок из-под пиццы, и тот сделал, как ему велели. Они выехали на шоссе, потом притормозили у пустынного места для пикников. Тэлл открыл дверь и проводил парня до деревянной скамейки.
— Справа от тебя телефон. Но на твоем месте я бы никуда не звонил еще как минимум двадцать минут.
— Ладно.
— Тебе не тяжело дышать в этом пакете?
— Все в порядке.
— Хорошо.
— Мистер, — окликнул его парень.
— Что?
— Пожалуйста, не убивайте меня.
Да, Шеферд и тут не ошибся: мальчишка был сообразительный. Тэлл поднял пистолет с глушителем и нацелил его на пакет.
— Не буду, — сказал он, нажимая на курок.
* * *
Они купили гамбургеров в ресторанчике фаст-фуд и поглощали их, сидя в кузове фургона, пока дожидались Шеферда и Тэлла. Они сторонились платных дорог и не превышали скоростной режим. В кузове Молох подровнял волосы, сбрил бороду и сейчас сидел в темных очках. Водительские права у него в кармане свидетельствовали, что он Джон Остер из Ланкастера, штат Огайо.
— Долго еще? — спросил Молох.
— Около часа, — ответил Декстер. — Можем пока отдохнуть.
Молох покачал головой.
— Пора двигаться. Меня уже ищут, и скоро моя фотография будет на экране каждого телевизора отсюда и до Канады. Нам нужно найти ее, и побыстрее.
Несмотря на принятое решение, картина не была еще окончательно ему ясна. Иногда он говорил о Мексике как о пункте своего назначения, в случае если ему удастся бежать из под стражи, потому что Мексика, скорее всего, не стала бы выдавать американца, которому грозило пожизненное заключение, учитывая постановление и Верховного Суда. Молох на это не надеялся, но он рассчитывал, что среди заключенных найдутся те, кто вспомнит его слова и передаст их кому следует. Конечно, это не отменит проверки на северных и западных направлениях, но, по крайней мере, полиция сконцентрирует свои усилия на Юге.
Молох откинулся назад и закрыл глаза. Он был силен, и у него появилась цель. Он позволил себе провалиться в сон. Ему приснилась женщина.
Умирающая женщина.
Глава 4
Дэнни канючил:
— Мам, ну еще десять минут. Ну, пять минуток. Ну, пожалуйста!
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
