— Мы с тобой проходили это в самом начале обучения, я уверен, ты прекрасно справишься. Надо же с кого-то начинать. К тому же, если ко мне сегодня притронется еще хоть один мужчина, я могу и магией ударить.
— Позвольте, я хотя бы обезболю вас, — настаивал врач, на что получил разрешение. И спустя пару пассов руками и глотка настойки из принесенного девушкой пузырька, Повелитель был готов.
"Ладно. Как там говорят? Боишься — не делай, делаешь не бойся?" — настроила себя Анна и принялась омывать раны мужчины. Дроу сидел и прислушивался к прикосновениям ее рук. Нежные пальцы прильнули к спине, изучая порез, легко провели у его края и на мгновение замерли.
— Вэон, твоя кровь — она светится голубым!
— Это магия, Анна. Королевская кровь пропитана ею.
Шила Анна аккуратно, останавливаясь при каждом напряжении его мышц.
— Тебе все же больно, — с сочувствием произнесла она.
— Магия помогает лишь наполовину. Терпимо. Шей, не бойся.
— Почти все. Последний стежок, десятый.
Анна отложила инструменты и еще раз протерла руки раствором.
— Давай посмотрим, что у тебя на груди.
Она аккуратно убрала свисавшие волосы дроу за спину и встала у него между коленей. Взяла напитанную раствором ткань и начала промакивать раны.
— Ау! — зашипел Вэон.
— Щиплет? — девушка убрала тряпицу, вспомнив, что эти раны никто не "замораживал" магией, и, как маленькому ребенку, стала дуть на порез. — Сейчас станет легче.
Мужчина замер, придя в себя лишь когда она снова начала промакивать рану. Теплые руки нежно касались его груди, легкое дыхание осыпало мурашками. Она стояла так близко, и он еле сдерживался, чтобы не смять ее в объятьях. И аромат — он никуда не делся, а, казалось, в этот момент лишь усилился, пробуждая его мужское естество. И сейчас он был благодарен дракону, что тот исполосовал его.
— Ну, вот и все, — удовлетворенно заключила Анна и попыталась отстраниться.
— Подожди! — вполголоса проговорил Вэон и удержал ее за запястье. — Постой еще немного, — кажется, дроу было неудобно.
Сначала она не поняла. Мужчина закрыл глаза, сделал пару глубоких вдохов, Анна опустила взгляд на обтягивающие дроу брюки и сама залилась краской.
— Ого! — решила она слегка разрядить обстановку.
— Прости. Ты все же женщина. Мне было сложно сдержаться. Эти прикосновения и ты так близко…
— Ничего. Для здорового мужчины это нормально. Мне нужно было быть осторожней, — девушка продолжала выискивать и протирать пятна крови на теле мужчины, делая вид, что они еще не закончили.
— Румянец тебе идет.
— Только не начинай снова, а то я решу, что твой дед был прав.
— Что?
"Мой язык меня точно до добра не доведет", — в очередной раз отругала себя Анна.
— Твой дед, он приходил ко мне с предложением. Знаешь с каким?
— Догадываюсь. Я же просил его не соваться, — с досадой проговорил дроу.
— Не ругай его, он просто заботится о тебе, как может. И ничего не говори, иначе выдашь меня.
— Я знал, что ты откажешься.
— Ты так в этом уверен… Ты же совсем не знаешь меня.
— А ты бы хотела? — отпарировал дроу, пытаясь поймать ее взгляд.
— А ты? — посмотрела в ответ Анна.
Оба не знали, как ответить так, чтобы ничего не испортить, а потому просто промолчали.
— Совсем забыла. Та женщина, из города, она просила поблагодарить тебя. У них все наладилось.
— Ты была в городе? Одна?
— Марк пригласил меня. Запасы трав закончились. Мы прошлись по магазинам, поели пирожных и навестили их семью. Знаешь, женщина стала совсем другой, она улыбалась. И дом, он изменился, словно ожил, — Анна поймала холодный взгляд мужчины. — Я хотела порадовать тебя.
— Я рад за них, — дроу отвел глаза.
— Кажется, тебе уже лучше. Маги ждут, — девушка отошла, уступая место чародеям.
— И так заживет, — направился к выходу Вэон. — Передавай привет Марку, — и скрылся снаружи.
Едва Повелитель закрыл за собой дверь спальни, как в нее постучали. У порога стояла Агата, на напряженном, бледнее обычного лице просматривалось беспокойство.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
— Хочешь, я накажу его? — сходу выпалила она.
— Это ни к чему. Он хорошо сражался, я сам виноват — забыл, кто мой соперник.
— Но он нарушил правила! — воскликнула девушка.
— Просто не совладал с собой, у мужчин такое случается. Драконья кровь горячая.
— Что он сказал тебе?
— Ничего особенного. Извинился, что не смог сдержаться.
С плеч драконицы словно свалили груз — они враз обмякли, а руки уже не сжимались до побелевших от напряжения пальцев.
— Агата, уже поздно. Ложись спать и не думай о плохом. А мне еще нужно обмыться. Я устал сегодня.
— Позволь, хоть помогу тебе. Обещаю, что не буду позволять лишнего.
Купель почти наполнилась, когда они вошли. Агата догадливо отвернулась, стоило мужчине начать расстегивать пуговицы на брюках. Сегодня она была хорошей девочкой. Веэон обернул бедра холстом, погрузился в воду и закрыл глаза. Ее прикосновения были мягкими, мочалка осторожно скользила по груди, животу, погружая в легкую дремоту.
— Спокойной ночи, мой король, — донеслось до расслабленного ума, завершаясь мягким прикосновением к уголку рта ее губ.
Глава 17. Право выбора
С того момента, как они виделись с Вэоном прошла неделя. Работы в саду были закончены, и вовремя. Погода начала заметно портиться, почти каждый день шел мелкий холодный дождь, безжалостно сбивавший с пока еще цветущего кустарника нежные лепестки.
Анна стояла на заднем дворе и пинала размокший от сырости и прогнивший у основания деревянный столб. Он просел и потянул за собой два пролета ограды, грозя повалить весь забор. Вэон не был у них давно. Она не знала, к кому обратиться, а Марк вызвался сам, и сейчас она ждала его прихода.
Вообще ей с ним, можно сказать, повезло — добродушный, отзывчивый, не наглый. Вот только она не могла взять в ум, что ему от нее было нужно. Союз, в котором не может быть детей, вряд ли прельстит его. А на постель он не намекал, да и сама она, хоть ханжой не была, торопиться с этим не хотела. Насколько она могла понять, ее тело было девственно, а разбрасываться такими "подарками" судьбы в этом мало изученном ею мире было бы неразумно.
И все же главная причина крылась не в этом. Вопреки здравому смыслу и всем известным обстоятельствам, ее тянуло к Вэону. Тянуло порой настолько, что закрадывались нескромные мысли. И все же она не согласилась бы на роль наложницы со всеми ее плюсами. Жить во дворце среди заглядывающих ему в рот девиц и с коршуном в виде драконицы за спиной не хотелось. Быть в положении рабыни устала, ждать, пока твое лицо приестся, как и все остальные — не для нее.
Марк пришел вовремя и сразу принялся за дело. Дора занялась готовкой, Анну к плите она не подпускала, говоря, что огонь требует особого обращения. Еда у нее, и правда, получалась какой-то особенно вкусной, да и своих дел у девушки хватало. Домашняя работа была на ней, а зубрежка толстенного травника, анатомии рас, практика в лаборатории занимали немало времени.
Дело близилось к обеду, и пришло время кормить работающего мужчину. Анна накрыла на стол и вышла на задний двор. Марк с зажатыми в зубах гвоздями увлеченно приколачивал к пролетам новые жерди. Рыжие волосы, не яркие, а приглушенного теплого цвета, выбились из хвоста. Волнистая прядка свисала на лицо и мешала ему, отчего он пару раз потряхивал головой. Сильные руки с засученными до локтей рукавами точными движениями погружали металл в дерево. Все-таки, работающий мужчина — красивое зрелище, отметила про себя Анна.
— Марк, пора обедать.
Эльф обернулся:
— Почти все.
Он вбил последний гвоздь и распрямился. Ворот просторной рубахи разошелся, обнажив крепкую мужскую грудь. Взгляд Анны невольно остановился на ней. Марк это заметил и не то, чтобы смутился, но как-то странно посмотрел на нее и направился навстречу. Сердце Анны замерло, однако мужчина, немного замявшись, вошел внутрь. Анна выдохнула.
