Читаем без скачивания Братство Майкрофта Холмса - Куинн Фосетт

— Похоже, что вы в основном оправдали наши ожидания, — подытожил фон Метц. Прозвучавшее одобрение оказалось настолько неожиданным, что я даже смутился. — Думаю, мы сможем так или иначе компенсировать ваши неудобства.

Мне ещё ни разу не приходилось видеть такой бездушной улыбки, как у него. Я ничего не ответил.

— А эти бредни насчёт одежды? — резко спросил Дортмундер, протестующе подняв руку.

— Согласен, с ней действительно всё получилось настолько удачно, что в этом можно усомниться, — с готовностью согласился я и продолжил рассказ об изменении маршрута.

— На всех станциях вы первым делом бежали на телеграф и справлялись о телеграммах для вас. Почему? — продолжал допрос фон Метц. — Да и сами отправили несколько.

— Это от моего поверенного. Судьба связала с ним, а он без денег не желает и пальцем пошевелить, — пояснил я, приходя в неподдельное негодование. — Он должен разобраться с условиями завещания, из-за которых моя семья оказалась в таком тяжёлом положении. У меня есть жена и дети, но я не в состоянии доставить их в Англию, пока вопрос с завещанием не улажен. — Я столько раз повторял эту историю, что, к собственному удивлению, сам постепенно начал верить в неё. Да и со стороны должно было казаться, что я настолько увлечён монологом, что мне нет дела до мнения других людей.

— Не удивительно, что вы стремитесь провернуть это дельце, — заметил фон Метц таким тоном, словно впервые слышал эту историю (я-то был убеждён, что это не так). — Насколько же эти условия должны быть обременительны для вас, если вам приходится идти на такие жертвы, чтобы достигнуть цели. — Его крокодилья усмешка, вероятно, должна была выразить симпатию, впрочем безуспешно.

— Я должен получить свои собственные деньги, а этот крючкотвор не двинется с места, если я не стану непрерывно давить на него. Он ничем не лучше всего своего проклятого племени, — я замялся, подыскивая слова, — они всегда готовы сцапать ваши денежки, но совершенно не желают честно делать своё дело.

— Увы, так устроен мир, — деланно посочувствовал фон Метц, метнув в меня взгляд, настолько исполненный льда, что я пожалел любого юриста, которому могло выпасть несчастье представлять его в суде. — Но ничего, когда дело закончится, вы сможете расплатиться за всё.

— Что вы хотите сказать? — поинтересовался я.

— Учитывая то, что вам пришлось перенести, можно признать, что Викерс был недостаточно щедр, договариваясь об условиях оплаты. Вы можете послать телеграмму своему адвокату и сообщить, что проблемы его гонорара больше не существует и что вы встретитесь с ним сразу же по возвращении в Англию. — Благодаря жуткой неподвижной улыбке этот совет, а на самом деле приказ прозвучал зловеще. Эти слова, как я понял, подразумевали, что со мной «рассчитаются», если я проявлю малейшее непослушание. Ну а расплатиться с солиситором я смогу лишь в том случае, если меня решат освободить от кары. Я почувствовал холод внутри.

— Ну а как я смогу в этом случае узнать, делает ли он хоть что-нибудь? — взволнованно спросил я и с удивлением услышал, что мой голос прозвучал по меньшей мере на три тона выше, чем обычно.

— Думаю, дружище, что вы найдёте способ, — веско ответил фон Метц. — К тому же если адвокат получит от вас десять фунтов аванса, то, без сомнения, станет уделять вашему делу куда больше внимания. — Он шагнул ко мне, я же невольно отступил на шаг. — Я хотел бы, чтобы вы полностью сосредоточились на порученном вам деле, герр Джеффрис. С учётом рассказанного вами, мне ясно, что у нас есть причины для беспокойства, и я должен быть уверен в том, что вы не позволите себе отвлекаться и не поставите, таким образом, под угрозу выполнение требований мистера Викерса.

Мне не очень понравилось слово «требования», но я лишь пожал плечами.

— Раз вы этого хотите, да ещё и собираетесь заплатить, то, конечно, я так и сделаю. Предупрежу парня о том, что скоро придут деньги, как вы сказали, и затаюсь до тех пор, пока не обделаю дельце. — Говоря эти бодрые слова, я всё время опасался, что у меня перехватит голос.

— Отлично. — Фон Метц повернулся и сделал несколько шагов по комнате. — Не знаю, объяснил ли вам мистер Викерс, почему ваше задание так важно. Шотландец, к которому вы направляетесь, владеет ключом к переговорам, имеющим большое значение для меня и моей организации. Уже несколько лет я и всё Братство наблюдаем за дураками, определяющими судьбу нашей страны. Да, дураками! И лучший пример этому — король Людвиг, годный лишь на то, чтобы строить фантастические дворцы, и его министры, которые позволяют ему это делать. Эти люди не способны оценить моё величие и степень моего предвидения. Мои планы обеспечат Европе великолепное будущее, которого не мог представить себе даже Наполеон. Я превыше всех земных вождей, и меня не сдерживают человеческие условности.

Я был готов к тому, что у главы Братства окажутся большие претензии, но и представить себе не мог той мании величия, которую только что продемонстрировал фон Метц. Опустив голову, я пробормотал, что пути Господни неисповедимы. Мне хотелось притвориться подавленным, поскольку именно такой реакции ждал человек, стоявший в двух шагах от меня, но в первый момент мне лишь с трудом удалось подавить смех: настолько неожиданно прозвучали эти тщеславные бредни. Но и рассказы Майкрофта Холмса, и мои собственные наблюдения говорили о том, что фон Метц, возможно, и сумасшедший, но говорит совершенно искренне.

А тот, полюбовавшись моим смущением, продолжал:

— Братство знает, что эти бездельники очень скоро приведут весь мир к крушению. Фигляры, пытающиеся примирить врагов, совершенно беспомощны. Сербия и Болгария только что освободились из-под власти турок и ещё совершенно наивны. Война между ними может стать той искрой, из которой возгорится пламя, способное охватить всю Европу. А я, готовый к этим событиям, буду единственной силой, способной одолеть хаос, и во главе своего Братства под восторженные крики черни взойду на вершину.

— Но ведь Братство, это… это тайна, — пробормотал я, притворяясь внимательным слушателем.

— Это учтено в моих планах. Некоторые из министров безумного Людвига входят в наши ряды, так что я уверен в их поддержке. Мы могли бы нанести удар уже в ближайшем месяце, если бы не противодействие Англии. Название моей страны он произнёс с нескрываемым презрением. Но Братство не зависит от суеты мелких чиновников. Мы можем заставить их плясать под нашу музыку. И сейчас для этого нужно всего лишь узнать, что же везёт этот шотландец. На сей раз его улыбка породила в моём сознании образ ядовитой змеи, разверзшей в атаке пасть. Теперь вы понимаете, почему для нас так важно сейчас ваше добросовестное сотрудничество. На сегодня король устраивает нас, но на него нельзя положиться ни в чем, кроме строительства дворцов и крепостей. Если ему придёт в голову блажь связаться с Золотой Ложей, то нам может грозить преждевременное разоблачение. Надеюсь, вы понимаете, что меня это не устраивает.

Впрочем, я понял больше, чем было сказано, а именно, что мне не позволят долго оставаться в живых после всего услышанного. Следовательно, меня должны убить вскоре после того, как фон Метц перестанет нуждаться во мне.

Герр Дортмундер с явным одобрением выслушал речь. Он явственно желал произвести на меня впечатление своей значимостью и близостью к предводителю. Эта близость меня очень беспокоила.

— Есть ещё одна трудность, — продолжал фон Метц. — В британском правительстве есть люди, пытающиеся противостоять мне. Они прилагают все усилия для того, чтобы это дурацкое Соглашение было подписано. К тому же ещё Золотая Ложа… — Последние слова прозвучали подчёркнуто небрежно, но я-то знал, что он ожидает моей реакции. Любая заминка сейчас могла оказаться роковой.

— Золотая Ложа? — переспросил я, уставившись на него с дурацким видом.

— Да, раньше она входила в Братство, но десять лет назад отделилась от нас и теперь преследует свои собственные цели. Эти цели предосудительны, а сама она очень опасна. Члены ложи объявили себя врагами Братства и поклялись разрушить все наши планы. И в Люксембурге на вас наверняка напали их люди. Мне известны все мастера шпионажа, действующие в Европе, не говоря уже о Золотой Ложе. — Он нахмурился и сделал жест, из которого можно было недвусмысленно заключить, что последних, попадись они ему в руки, ждала бы мучительная смерть.

— Ну их совсем, это слишком сложно для меня, — запротестовал я. — Братство, Золотая Ложа… Что там ещё дальше?

— Пожалуй, всё. Хватит с вас и этого.

— Этот малый, в Кале, тоже был оттуда? — Мне не хотелось задавать этот вопрос, как, впрочем, не хотелось и слышать ответ.

— Скорее всего, — ответил фон Метц. — Но, впрочем, его могло подослать британское правительство или…