такую нежную фразу он умудрился прорычать столь страшным голосом. — Мне нужна семья! И ты мне ее дашь! Только мне! — прозвучало как смертный приговор.
Маг накинулся на меня, как самый настоящий голодный волк. Грубые, болезненные поцелуи. Навалился с такой силой, что стало трудно дышать. Будто всего этого было мало, Вольф схватил меня за бедро и начал задирать вверх черное платье.
Ну, нет. Лишить меня еще и чести я не позволю.
Сама не знаю, что произошло в следующие несколько секунд. Меня охватили эмоции: негодование, страх и огромное желание противостоять тому, кто сильнее. Где-то глубоко зародилось приятное тепло. Оно росло и ширилось, пока не превратилось в шар чистой силы внутри меня. Это нечто требовало применения, держать его внутри себя оказалось невозможно.
Учитывая, что объект моего страха и ненависти находится так близко, что вот-вот проникнет в меня, направить шар оказалось несложно. Он вырвался из моей груди, как все вокруг заполнила ярко-оранжевая вспышка. На мгновение я ослепла, но…ничего не произошло. Вольф все также лежал на мне и терзал мои губы жестокими поцелуями.
— Меня моей же стихией? — негромко спросил он, на пару секунд оторвавшись от поцелуев. — Так не получится, девочка. Побереги силы для другого, — выдохнул маг мне в лицо и снова принялся целовать меня и раздевать.
Теперь в его действиях нет той жесткости, с которой он действовал раньше. Поцелуи не болезненные, но глубокие, страстные. В этот момент я поняла, что Вольф намерен зайти намного дальше поцелуев. Особенно, когда в мой живот начало уперлось что-то твердое. Возможно, огненный маг забыл в кармане нож, но что-то мне подсказывает, что там нечто более…кхм…опасное.
Он оголил мое бедро и коснулся горячими пальцами обнаженной кожи. Будто этого мало, вторая его рука принялась стаскивать платье с моих плеч. Сделать это с наскока не получилось — ткань так сильно не тянется. Раздался треск материи, и черное платье превратилось в разодранную тряпку. В этот момент меня словно молнией прострелило. Только теперь я осознала, что попала в патовую ситуацию.
Магия не берет этого толстокожего бугая, значит, нужно действовать по-другому. Он придавил мое тело, но руки-то свободны, их никто не держит! От страха я забыла об этих важных штуках, дарованных мне природой. Я принялась на ощупь искать хоть что-то, чем можно защититься. В конце-концов, обычные физические удары действуют на этого мага-оборотня также, как на любого смертного — это я уже успела проверить на собственном опыте.
Задрав правую руку выше головы, кончиками я пальцев я каким-то чудом нащупала нечто холодное и твердое. Понятия не имея, что там такое, я подтянула эту вещь поближе, обхватила ее пальцами и наотмашь зарядила по черепушке «своего благоверного».
Оказалось, что в руке у меня — металлический подсвечник. Удар получился такой силы, что Вольф перекатился с меня и схватился за голову.
— А-а-а! — закричал он от боли. — А-а-а-а! — от его пронзительного крика я перепугалась еще сильнее.
Несмотря на слабость, на кровати подскочила так резво, будто меня пчела ужалила. Не помня себя, выскочила из спальни под аккомпанемент криков своего похитителя. Куда бежать? Как спастись? Не имея ни малейшего представления о том, как ответить на все эти вопросы, я бежала изо всех сил. На лестнице споткнулась и едва не покатилась с нее кубарем. Кое-как ухватившись за перила, я ударилась ногой о ступеньку. В этот момент сверху раздался очередной залп завываний.
Понятно, сейчас не время думать о боли. Нужно спасаться. Не помня себя, я толкнула входную дверь и выбежала из особняка. Меня встретил тихий двор, пустые улицы и ухоженные богатые домики. Постучаться бы к кому-то из соседей, попросить вызвать городскую стражу, но первое, что бросилось в глаза — это силовые линии, которыми оплетена территория поместья. Отсюда не сбежать, не вырваться. Оглядевшись, я вдруг поняла, что за зданием есть небольшой сад. Что ж, там можно хоть на дереве спрятаться. Вон, отсюда вижу крепкий дуб.
На дрожащих ногах я побежала туда. Сад представляет из себя высаженные редкие сорта деревьев, явно завезенные издалека. Никаких цветочков и клумб, только деревья и…виноград. Пара десятков виноградных лоз скромно растут в сторонке. Суровому мужику не нужны розочки, ему нужно вино.
Я решила зайти поглубже, чтобы найти меня и казнить было не так-то просто. Мне все время казалось, что вот сейчас передо мной возникнет граница, отделяющая поместье от внешнего мира, но ничего такого не происходило. Похоже, сад у Вольфа гораздо больше, чем мне казалось раньше. Я все иду и иду, а он не кончается. Через несколько минут своего путешествия я вдруг услышала журчание. Каково же было мое удивление, когда прямо перед собой я увидела ручей. Звонкий, узкий, утекающий с запада на восток, он преградил мне путь.
Я обессиленно опустилась на землю. Прибежала. Что теперь будет? Вольф сейчас наверняка в бешенстве. Все утро держался, терпел мои выходки, но стоило упомянуть Ольфа, как крышу у оборотня-стихийника снесло окончательно. Он меня чуть не изнасиловал! Только сейчас я осознала, что от его грубых прикосновений у меня болит бедро. Опустив взгляд, я увидела, что все это время прижимала к груди разорванную ткань черного платья. Вольф разорвал его, и теперь со стороны я похожа на несчастну, которую едва не задрал медведь.
А точнее, волк.
Чудом спаслась.
Немного успокоившись, я осознала, что больше не чувствую удушающей слабости в теле. Должно быть, от страха мое недомогание притупилось… Или нет? А ведь я смогла призвать магию и использовать ее против стихийника! Уму непостижимо… Что за сила зародилась внутри меня там, в спальне? Я ведь не применяла никаких заклинаний, а моя природная магия не способна так себя вести. Что же это было?
Я обхватила свои колени и попыталась успокоиться. У меня дрожат руки, мысль путаются. Что теперь будет со мной? Я этому дуболому наверняка череп проломила. За покушение на стихийника, еще и родственника императора, меня казнят. Это даже не обсуждается.
«А что, если я его убила?» — пронзила меня ужасная мысль.
Стихийники могущественны, но не бессмертны. Впрочем, именно этот еще и оборотень, а они ребята живучие. Только сейчас я вдруг задумалась над тем, как так получилось, что именно в Вольфе сочетаются
