— В том-то и дело! — торжествующе усмехнулась «офицер Одинцова». — По альтаирским законам, первым заместителем высокопоставленного должностного лица всегда становится его брачный партнер. Как самое близкое существо! А на территории альтаирского посольства, сам понимаешь, другие законы не действуют.
— И что же? — поторопил Седов. Валерий вовсе не собирался подвергать Землю опасности изоляции, и сумел найти в отчете обтекаемые формулировки, чтобы избежать дополнительного расследования. Однако ему хотелось узнать, какие еще аргументы припасло СБ, чтобы заставить галактического посредника нарушить свой долг. И аргумент оказался сильнейшим, можно сказать, сокрушительным.
— Так вот. Скоро, возможно на ближайшем заседании Совета Содружества Земля получит категорию «F», а значит, и право на протекторат. И, Валерка, я жду ребенка. У нас будет еще один сын, мальчик, Костик. И я надеюсь, что ты не сделаешь ничего, что повредит его будущему на новой Земле.
— Не сделаю, конечно, — согласился ошеломленный Седов. — Хорошая новость. Но как же, так быстро?
— Ну да, я ведь опять позабыла, ну… — Анна махнула рукой. — С тобой вечно одно и то же. Ты бы и сам хоть раз об этом подумал! — с упреком сказала она.
— Чего вдруг? — удивился Седов. — И не собирался, со своей-то родной женой! Я, может, еще и третьего хочу. Третью, девочку.
— Хватит пока двух. Так что? — нетерпеливо спросила Анна.
— Хорошо, шантажистка, — уступил Валерий. — Будем считать, что на этот раз Землю спасла ты!
От воспоминаний отвлек оклик председательствующего
— Мы выслушали аргументы защиты. Что может сказать представитель Координационного Совета как свидетель обвинения?
Свои аргументы суду уже представила Цоулистин. В сущности, доводы адвоката меххри были логичны и предсказуемы: защитница настаивала на том, что за давностью колонизации, пауков нельзя обвинять в нарушении договоренностей Содружества. А кроме того, каковы бы ни были доводы обвинения, никто не смог бы доказать, что отношения меххри с гуманоидными расами складывались на основе принуждения, а не добровольного сотрудничества — по словам Цоулистин, вполне вписывавшегося в рамки феодальных отношений, царивших на планете.
Защитница не только договорилась до утверждения, что некоторое, незначительное кровопускание могло бы оказаться полезным для здоровья гуманоидов, но и подтвердила это мнение свидетельством авторитетных экспертов. Свою блестящую речь юристка закончила заявлением о том, что меххри, без всякого сомнения, сыграли в биосфере Раваны оздоравливающую, стимулирующую роль, а потому заслуживают не осуждения, а поощрения.
Публика одобрительно загудела. Убежденность молодой защитницы арахноидов вызвала общую симпатию.
Теперь Валерию, от имени КС, предстояло обосновать доводы обвинения. Факты частично подтверждали правоту флуски — ведь даже после категорического отказа нового владыки андхаров платить дань, пауки не прибегли к прямому насилию. А доказать, что аррьяу-ахья была похищена по их наущению, Седов не мог. Во всяком случае, не подставляя под удар Землю.
Валерий многое мог бы сказать по поводу добровольного сотрудничества жертвы с палачом, но перед ним стояла другая задача. Кратко объяснив, что прибыл на Равану, преследуя бежавшего преступника (скажи спасибо Анке, Земля), он изложил откорректированную версию событий.
— Об исчезновении ценного артефакта мне сообщил свободный торговец Сквистр, с которым мы встретились на орбите и договорились о сотрудничестве, — Седов не стал уточнять национальность торговца, при желании суду не сложно было уточнить факты. — С его помощью аррьяу-ахья удалось обнаружить и вернуть в Храм. Аборигены были спасены. Тем не менее, хочу обратить внимание суда на полную зависимость биосферы планеты, в частности, обеих гуманоидных рас, от неизвестного излучения артефакта: будущим протекторам придется принять какие-то меры для компенсации негативного влияния, чтобы вывести раванцев в космос. Однако это дело будущего. В ходе же расследования вскрылись факты, свидетельствующие против народа меххри.
Затем Валерий объяснил, что вмешался в ход событий, сочтя сложившуюся ситуацию нетерпимой, зачитал обвинительный отчет Координационного Совета и попросил разрешения задать адвокату несколько вопросов.
Председательствующий тлалок, удивительно похожий на огромную оранжевую тыкву с многочисленными тонкими отростками, благосклонно взмахнул веточкой, давая согласие.
— Прежде всего, хотелось бы узнать, о какой собственно давности колонизации говорит уважаемый защитник?
Цоулистин, довольная эффектом своего выступления, снисходительно выслушала вопрос и начала пространно объяснять, блистая эрудицией и знанием истории планеты:
— Все данные свидетельствуют о том, что народы Раваны обрели разум одновременно и образовали первые примитивные цивилизованные сообщества приблизительно двадцать тысяч лет назад. В это же время на планете под именем «рейси» появились колонисты меххри, которые многие века жили рядом с гуманоидами, как добрые соседи, какие бы зловещие намерения им не приписывал Координационный совет с подачи предвзятых посредников.
— Я бы попросил без намеков! — председатель суда резко взмахнул верхним отростком и вновь обратился к землянину: — У вас есть еще вопросы?
— Еще один, — подтвердил Валерий и вновь обратился к флуске:
— И как же, уважаемый защитник, вы объясняете то, что поведение этих добрых соседей так резко изменилось двести лет назад? Ведь данные службы Спасения и, если уж на то пошло, само бегство меххри с Раваны подтверждают тот факт, что имело место нарушение законов?
Цоулистин несколько мгновений поколебалась, потом уверенно ответила, отметая возможные сомнения:
— Тому может быть множество причин. И бегство колонистов могло быть вызвано обычным страхом — ведь в Содружестве есть слишком много желающих обвинять арахноидные расы во всех грехах!
Седов вновь поднял руку, требуя слова для выступления, и оранжевые веточки затрепетали, а затем сникли, допуская свидетеля за кафедру — небольшой круглый вырост в передней части судебного сектора, где находился акустический усилитель.
— Но, пожалуйста, поконкретнее! — предупредил тлалок. — Не забудьте, что вы только свидетель.
— Я пришел сюда, — заявил Седов, глядя на зашумевшую левую трибуну, до отказа набитую любопытствующими, — не для того, чтобы изобличать арахноидную расу, а для того, чтобы ее спасти! И хочу объяснить суть своих рассуждений. У меня есть веские основания утверждать, что первыми арахноидными колонистами, расой, долгие годы мирно сосуществовавшей с гуманоидами Раваны, были вовсе не меххри, а разумные пауки, которые и в самом деле называли себя «рейси». А вот меххри появились на планете всего двести лет назад и, воспользовавшись адаптерами, в корыстных целях выдали себя за другой арахноидный народ, от которого каким-то образом избавились. И я сейчас требую выяснить судьбу народа рейси, потому что боюсь! Уже немного зная меххри, боюсь, как бы не было уже слишком поздно начинать поиски! И у меня есть веские доводы в пользу этого мнения. А если у суда есть сомнения в моей объективности, я готов согласиться на сканирование памяти в видеоряде, — Седов подумал и, решив, что прослушанные разговоры никак нельзя будет использовать против Земли, добавил: — Ну и в акустике. Но не в мыслефоне. — Судьям совсем ни к чему копаться в его мыслях и воспоминаниях.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
