Читаем без скачивания Побег из Эдена - Лилия Курпатова-Ким

Вновь прибывшие шли по дорожке за очередным администратором, имени которого никто почему-то не запомнил, а Громов даже не успел понять, мужчина это или женщина.

Гравий приятно шуршал под ногами. Все с любопытством озирались по сторонам.

— Я все что угодно себе представлял, только не это, — сказал Чарли. — Как-то давно мы с отцом были на одном из греческих островов, где сохранились старинные дома. Им всем было по два-три века. Так вот, здесь — все точно так же, как там. Белые прямоугольные домики... Зелень... Лужайки...

— Да, — согласилась Дэз, — учитывая, какой секрет делают из местоположения Эдена, я уже решила, что нас привезут в какой-нибудь глубокий-преглубокий бункер в Антарктиде.

Прошло минут двадцать, прежде чем новички достигли своего корпуса. Было видно, что его только-только успели построить.

Неизвестный администратор остановилась. Все-таки это оказалась женщина.

— У вас будут отдельные комнаты, — сказала она. — Небольшие, но у каждого своя. Единственное неудобство — один санузел на двоих. Вход у каждого свой. Так что когда заходите — не забывайте запирать обе двери. Когда выходите, также не забывайте запирать дверь со своей стороны. На всякий случай. В комнатах вы найдете подробную карту технопарка Эден и диск с пояснениями и комментариями. Столовая находится к югу от этого корпуса. Идти можно по прямой. Вопросы есть?

Руку поднял светленький паренек. Один из тех, кто в автобусе начал примазываться к Паоле Дебрикассар.

— В комнатах есть камеры?

— Есть сенсорный экран, — ответила администраторша. — Обычно он включается только с вашей стороны. Вы можете выйти в справочную систему Эдена и узнать интересующую вас информацию. В случаях опасности — пожара, вашего исчезновения, рапорта системы электронной безопасности о запрещенных действиях с вашего адреса — экран включается принудительно. Мы не следим за учениками в их свободное время, но вы должны понять, что безопасность прежде всего.

Громов переминался с ноги на ногу. Он никак не мог понять, что именно его так раздражает в этой администраторше. Потом наконец вычислил. Ему никак не удавалось разглядеть и запомнить ee лицо. Стоило хотя бы моргнуть — и картинка тут же рассыпалась, как песок.

— Чудненько, — тихо проворчала Дэз. — В Накатоми была дисциплина прежде всего, а здесь, значит, безопасность. Отсюда правило: от перемены повода число камер слежения не меняется.

Макс посчитал количество сенсоров, камер и датчиков на квадратном метре стены. Примерно прикинул, сколько оптоволокна требуется, чтобы это все это соединить. Вышло очень много.

— Я даже представить себе не могу, что собой представляет здешняя интеллектуальная система управления средой, — задумчиво произнес он. — Двадцать два датчика различного назначения на квадратный метр! А здесь несколько квадратных километров — причем неизвестно, как глубоко уходит техноцентр. Одни соты памяти системы, что управляет всем этим, должны занимать... стадион. Хотел бы я попасть в их главный операционный зал!

— Его местонахождение — самая секретная вещь на земле, — неожиданно серьезно ответила Дэз. — Многие... Многие отдали бы жизнь, чтобы узнать, где спрятан главный компьютер Эдена.

Громову и Бэнксу достались места на втором этаже, Дэз и Чарли на первом.

Комната сильно напомнила Максиму его квартиру в Токио. Только еще меньше и очень светлая. У входа небольшой гардероб, кровать-чердак, внизу стол для компьютера и еще один столик возле окна. Напротив «точки входа» дверь в санузел. Больше напоминает каюту, чем комнату.

Большое прямоугольное окно, почти во всю стену, закрыто световой сеткой и полотняной шторой. Под потолком плоский климат-контроллер.

Сумка Громова стояла посреди комнаты.

Макс сел в компьютерное кресло и огляделся. Ощущение было такое, словно сделал большой пребольшой крюк по лесу, а в итоге пришел на то же самое место, откуда начал. Громов шумно вздохнул, пытаясь избавиться от чувства тревоги, внезапно стиснувшего грудь.

Что-то странное было вокруг... Макс никак не мог понять — что. Встал, потрогал руками стену. Обычная стена. Покрыта штукатуркой. Гладкая. Белая.

Громов еще раз вздохнул и решил пойти посмотреть, как дела у Дэз, Чарли и Тайлера. Хотелось отвлечься от странных мыслей и непонятной тревоги.

Ближе всего был Тайлер. Всего через три двери.

— Можно? Это Макс. — Громов постучал.

В ответ последовало что-то неопределенное, вроде «заходи».

Макс обнаружил Бэнкса застрявшим в кресле. Подлокотники так крепко стиснули его с обеих сторон, что тот оказался пойманным.

— Я... я... мне надо было свинтить их сразу, — забормотал Тайлер, покрывшись мелкими капельками пота от стыда, — просто как-то само так получилось... стал падать, пытался схватиться за что-нибудь и попал в это кресло... а... а... теперь...

— Спокойно, — Макс заглянул под ручки, осмотрел винты, — у тебя есть отвертка?

— Н... нет, конечно же... м... мне незачем, — Тайлер едва сдерживал слезы.

— Сейчас! Погоди минуту!

Громов бросился к себе, схватил сумку с инструментами, которые всегда возил с собой, и стремглав помчался обратно в комнату Бэнкса.

— Сейчас, — повторил он, с разбегу плюхаясь на колени рядом с Тайлером.

Быстро открыв сумку, не глядя достал магнитную отвертку и начал выворачивать болты один за одним.

— Один... второй...

Вскоре уже четыре болта лежали рядом. Бэнксу стало заметно лучше.

— Вечно со мной всякие глупости происходят, — горестно сказал он.

Макс заметил, что Тайлер впервые произнес что-то не заикаясь.

— Последний болт остался, — Громов улыбнулся. — Самый большой. Только он неудобно так сидит...

Он попытался сломать верхнюю защитную плашку, прикрывавшую основное крепление. Наконец она чуть подалась и, звонко щелкнув, сломалась.

Неожиданно дверь комнаты Тайлера открылась. На пороге стояли Паола и вертлявый носатый кудрявый парень с бледно-серыми, почти белыми глазами.

— Гляньте! Толстый Тайни застрял! — заорал он и громко заржал.

В тот же момент послышалось хлопанье дверей. Ученики высыпали в коридор и принялись совать головы в дверной проем. Поднялся гогот.

Бэнкс резко отвернулся к окну, сбив Громова креслом. Тот отлетел в сторону и стукнулся затылком о поручень лестницы, что вела на кровать.

— Черт, — выругался он сквозь зубы.

Потом поднялся и с остервенением принялся за последний болт.

— Не обращай на них внимания, — тихо сказал он Тайлеру. — Они все идиоты.

Однако это было довольно трудно. Все считали нужным дать совет.

— Да оставь ты его так! Месяца через два сам вылезет. Если, конечно, никто не сжалится над его голодным воем и не начнет подкармливать по ночам, — заявил белобрысый, что активно набивался в друзья к Паоле.

— Предлагаю облить Жирного Тайни смазочным гелем и накормить горохом. Через два часа объем газов достигнет критической массы, способной сообщить Тайни достаточно кинетической энергии для стремительного взлета, — старался не отстать белоглазый.

— Дай пять, Винс, — светлый парень хлопнул по его ладони.

— Без проблем, Крэг, — ответил тот.

В этот миг болт чуть поддался, и Громов с такой яростью дернул подлокотник, что вырвал его из пластмассового крепления с мясом. Злополучный болт так и остался в остове кресла. От резкого рывка Тайлер чуть не упал. Макс едва успел поймать его.

— Ох, красавчик, — мечтательно вздохнула Паола, глядя на Громова из-под опущенных ресниц, — ты к тому же такой добрый! Мне всегда было интересно, почему некоторых людей так и тянет к неудачникам? Почему они возятся с ними, ободряют, помогают? Я думала над этим и знаешь к какому выводу пришла?

— Вряд ли мне когда-нибудь будет интересно твое мнение, — огрызнулся Макс.

— Я поняла, что люди так самоутверждаются, — продолжила Дебрикассар так, словно Громов вообще ничего не говорил. — Они сами себе кажутся такими великодушными, что, наверное, плачут от умиления, когда в зеркало смотрят. Помочь несчастному неудачнику — это так благородно. Ах! Ты, должно быть, страшно гордишься собой, красавчик Макс?

— Иди к черту! — рявкнул Громов.

Паола послала ему воздушный поцелуй.

— Злость тебе к лицу, — потом повернулась к остальным: — Идемте. Пусть наш пятилетний друг всласть почувствует себя спасителем. Нас обещали покормить. Надеюсь, обед не превратится в еще одно разочарование. Эти беленькие конурки, что они почему-то называют комнатами, провоцируют клаустрофобию.

Идиотская компания со смешками и дурацкими шутками медленно двинулась по коридору к лестнице.

В распахнутую дверь влетели Дэз и Чарли.

— Что случилось?! — почти хором заорали они.

Громов жестом попросил их вести себя потише. Тайлер отошел в угол и отказывался оттуда выходить.

— Где вы были? — спросил Макс, недовольно нахмурившись.