Читаем без скачивания Плюсик в карму (СИ) - Штефан Елена

Лавэ немного смутился – полчаса назад помощница истратила кучу слов и весь свой запас терпения, чтобы убедить невменяемого от усталости начальника отдохнуть. Он, как выяснилось, третьи сутки на ногах. Ольга смотрела на бестолочь-начальника строго и укоризненно. Чтобы перевести тему, Раим спросил первое, что пришло в голову:

– Почему вы здесь живете? Разве вы не выбрали себе комнату?

– Комнату мне выбрали вы, господин лавэ. Спасибо. Здесь мне пока будет удобнее. Не сочтите за обиду. Я бы предпочла оба помещения оставить за собой. Может быть, позже найдется компромисс.

– И чем же тут удобнее?

– Близко к воротам и к виварию. Если вы помните, встречать утренний обоз с кормами все еще моя обязанность. – Этот аргумент генерал понимал. Сам предпочитал из своих покоев перемещаться в виварий через подпространство. По коридорам шагать невыносимо нудно. Ольга про себя хитренько посмеивалась – только солдафон может поверить, что нормальная женщина откажется от хорошего душа ради каких-то там пятнадцати минут сна. 

На самом деле ей нужно было без лишних глаз заняться ликеро-водочной алхимией. О большом чайнике она уже позаботилась – просто зашла на кухню и взяла тот, что приглянулся. Немногочисленная кухонная челядь так озадачилась ее новым обликом, что никто не возразил. Только желеобразный повар что-то проклекотал мерзким тенорком, но осекся – вспомнил, что эта странная нынче завтракала с самим лавэ. И к обеду было распоряжение – если появится госпожа Вадуд, то и ей накрыть в господской столовой, а не в притворе кухни, где едят все прочие.

– Так почему вы не отдыхаете, господин лавэ? И вообще, – вернулась Оля к ехидному тону, – что вы, такой видный мужчина, делаете в будуаре дамы весьма преклонных лет?

– Ловлю беглую нгурулу, – последовал не менее ехидный ответ. – Ваша Туря опять сбежала.

– Тыря.

– Я и говорю, Туря.

Ольга улыбнулась с некоторым мерзопакостным удовлетворением. Пусть радуется, что Чутырей или Тычутой не назвали. Нет в аборигенском языке звуков «ы» и «ч»! Бывает. Живут же как-то японцы без звука «л», забавно заменяя его на «р».

– Ты-ы-ы-ыря, – попыталась она расширить фонетический кругозор начальства, – а не Туря. Ты-ыря! И она не сбежала. Ее Павел выгуливает. 

– А кто, позвольте узнать, – не менее колко спросил генерал, – ему разрешил?

– Свап! – последовал незамедлительный уверенный ответ. А Раим услышал непроизнесенное: «У кого бы мы еще спросили, если ты спишь?»

– И что «сказал» вам мой нгурул?

– Сказал, что либо с ним, либо никак, – обстоятельно пояснила добросовестная помощница. И добавила обиженно: – А ребяток взять не захотел. Пойдемте посмотрим, что они там с Павлом учудили, а то все веселье пропустим.

М-да, Раиму и в голову не приходило воспринимать разминку нгурулов как веселье. А зря. Если бы не откровенное и всепоглощающее довольство Свапа – очень не хотелось портить другу настроение – и если бы не твердокаменное спокойствие помощницы, которая явно не видела в происходящем ничего необычного, Раим, пользуясь властью главного наездника, уже всех разогнал бы, вновь построил и снова разогнал – прятаться по щелям. Спать хотелось неимоверно.

Ольга и ее племянник здорово рисковали, когда решились выпустить необученную нгурулочку. У самих не то что практики по контролю за зверем – навыков никаких нет. Тех навыков, которым здесь, в Корпусе, и обучают. Даже любопытно, что у этих двоих получится. Надо признать, что до сего момента и Павел, и Ольга как-то умудрялись договориться со щеной к обоюдному удовольствию. В том, что он сам при помощи Свапа добьется от крохи повиновения, главный наездник не сомневался. Тот факт, что судьба подкинула ему уникальное существо – Ольгу, – способное слышать любого нгурула, Раим пока предпочитал игнорировать. Вот прибудут с учений остальные звери... Слишком уж невероятно, чтобы поверить сразу и без проверок. О подобных способностях нет никаких упоминаний. Нигде. Ни в письменных источниках, ни в изустных. А уж легенд, баек и просто слухов вокруг нгурулов и их наездников больше, чем вокруг магов изначального мира. Но о великом потом. Пока следует заняться насущным и разобраться, чему так радуется его всегда сдержанная помощница.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

Насущное скакало счастливым козленком: энергии в нгурулочке еще – хоть энергокристаллы заряжай. Догонялки мелюзгушке, похоже, надоели, и она, со свойственной ей доходчивостью, потребовала расширения развлекательной программы. Свап снисходительно наблюдал, чтобы подопечная от избытка сил не попробовала пробежаться по крепостной стене и не очень донимала приятного двуногого, от которого так хорошо пахло Ольгой. Юный наездник постоянно посылал малышке успокаивающие и в то же время полные предвкушения эмоции. Дескать, потерпи чуточку, вот уже совсем скоро. Свапу это нравилось. 

Пашка сидел по-турецки прямо на каменных плитах, мастерил нечто объемное и жаловался Тыре, что мячика не купили, потому как годного не нашлось. Теперь вот приходится мастерить незнамо что. Тыря металась вокруг двуногого друга, горестно вздыхала в нужных местах и совала наглую морду с торчащим бивнем в Пашкино рукоделие. Парень едва успевал увернуться от любопытно навостренных иголок – руки-то голые. Хорошо, что старый полукомбез сообразил надеть, порадовалась рачительная Ольга, наметанным взглядом намечая фронт работ на предмет подлатать-заштопать. Нежности с Тырей даром для одежды не проходят. Эх, Павлу бы портки из такой же ткани, как ее спецовка, да и себе…

– Тёть Оль! – заорал радостно Пашка – заметил прибавление зрителей. – Смотри, что у меня получилось! – Он подкинул вверх и волейбольным ударом отправил в полет свое творчество. – Ерунда, конечно, но на разок сойдет.

Тыря от удивления аж осела на задние. Как?! Куда?! А ей?! И рванула на перехват. Плотный кривоватый клубок из всякой кожаной рухляди – все же не надувной мяч, летает так себе, догонять неинтересно, зато нахально выскальзывает из лап и не дается в зубы. Тр-тр-тр! Щена аж кубарем кувырнулась, когда непокорная штуковина вырвалась из когтей и улетела куда-то за хвост. Тр-р-р!

– Бивень убери, дуреха, – хохотал Павел и радовался, что угадал с размерчиком снаряда. Шипастая наглюшка так пасть не раззявит, разве что за какой ремешок зубом прихватит. Да и пусть – кожаная полоска ей на один укус. Хряп – и игрушка опять на воле. 

Жалко, быстро растреплется. Ну, хоть такая получилась, благо на стеллаже в караулке хлама хватило на задуманное. Заботливая тёть Оля подсказала срезать с кожи все металлические колечки и заклепки. А бечевку привязать, чтоб Тыре было интересней охотиться, он и сам додумался. Иначе пиши пропало – быстро наскучит, тем более что щена носится по плацу, как пинг-понговый шарик по теннисному столу. Знай только голову поворачивай да за бечевку дергай порезче.

Свап к Тыриному веселью присоединяться не спешил – учуял своего наездника и стоял спокойно, блюдя статус альфы. Дожидался, когда люди сами подойдут, но с щены глаз не спускал.

– Что, тоже поиграть не прочь? – спросила Оля вожака задумчиво и дернула Раима за рукав, желая немедленно задать пришедший в голову вопрос. Потом еще разок и еще. Генерал недовольно дернул плечом. И что его так увлекло? Оля видела всего лишь играющего и довольного жизнью щенка, а наездник зрил что-то свое. Наконец он обернулся с нетерпеливым: 

– Что?

– Эта ткань как-то зачарована? – Оля указала на свою робу. С виду не очень новый брезент, а острые иглы Тыри, да и Свапа, ему нипочем. Утвердительный кивок был ей ответом. – А чтобы нгурул не прокусил, зачаровать можно?

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

– Никто никогда не пробовал, – с сомнением ответил лавэ. – Зачем? Одежда из такой ткани все равно не защитит от нгурула.

Дураку понятно, что не защитит. Там такие челюсти – МЧСовские штуки, которые арматуру коцают как спагетти – мелочь и пустая забава! Если уж на зуб к нгурулу попадешь, наверное, ничто не защитит – если не перекусит, то раздробит-расплющит. Непрокусываемый материал Олю интересовал не для защиты. Фрисби! Сделать летающую тарелку-игрушку не проблема. Пять-шесть кусочков плотной ткани и твердеющая смола, делов-то. А форму подскажет Пашка. Он же у нас собачник. В том, что подобие эпоксидки в этом мире найдется, Ольга не сомневалась – мебель покрыта лаком. А в остальном – магия в помощь, раз уж приходится считаться с этой антинаучной пакостью.