Суд над Орвистом был обязательным атрибутом, ключевой точкой. Именно там мелкая знать должна почувствовать свою силу, осознать, как много дворян собралось вокруг Сании и симпатизирует королеве. Тогда можно было рассчитывать на абсолютное принятие отречения Кая со стороны народных масс. Ведь никто особо и не хочет видеть его на престоле, народ хочет Санию.
Что‑то такое стали подозревать и герцоги. Или они просто давно готовили свержение династии Фотенов, а мое появление при дворе и наглое «изъятие» Орвиста из темниц только ускорило их планы, так сказать, подтолкнуло к активным действиям. Думаю, немалую роль сыграла и баронесса Тинт в исполнении Лу, ведь мы виртуозно вернули мои бывшие земли под управление короны.
– Мне нужно поговорить с Вилой, – добавил я.
– Лично?
– Нет, можно и передать послание, я думаю.
– Что сказать?
– Пусть в столицу возвращается Арман, пора восстановить контроль над канцелярией.
Если бы королевской тайной службой управлял лояльный престолу, а не герцогам человек, то мы бы узнали о шевелении благородных домов очень и очень заранее. Но сейчас там сидел ставленник Вилсов, если мне не изменяет память, так что засекли дружины в самый последний момент.
Войска… Все же мы пройдем по краю. Видимо, Клерия рухнет в горнило гражданской войны.
Я развил крайне бурную деятельность. Первым делом – зашел к Рисе. Девушка сейчас делала по моей просьбе энергетические схемы. Это будет полезно не только мне, но и Сании, которой стоило бы стабилизировать свои магические способности, а тут такой учитель.
– Так, где меч? – спросил я прямо.
Рисанриэль, не понимая, что вообще происходит, кивнула в угол комнаты, на шкаф. Я распахнул створки и, отодвинув несколько платьев, извлек на свет ножны, которые уже через несколько мгновений с грохотом опустил на стол перед девушкой.
– Мне жаль это говорить, но теперь ты с ним ходишь, ешь, спишь и даже ходишь по нужде…
Риса покраснела, мне тоже было неловко, но что поделать: из песни слов не выбросить.
– Что случилось?
– Случится. Возможно, будет война.
– Гонгорцы? Кватт? – девушка побледнела.
– Если бы. Наши же герцоги, – ответил я, уже разворачиваясь на каблуках. – И найди графа де Гранжа! Вам стоит держаться вместе!
Если что, Риса сможет защитить Орвиста при помощи меча в затяжном бою, а в случае внезапного нападения уже среагирует сам де Гранж. Отличное сочетание опыта и убойной силы.
Следующая остановка – кабинет Арвана.
Арха на месте не оказалось. Был где‑то в городе по делам посольства. Пусть арх и прибыл в Клерию, чтобы освободить своего шурина, но как человек ответственный он целиком и полностью влился в дела посольства. И хоть грамоты на него не подписывали, никто право арха представлять собственного отца и родную страну не оспаривал. Дураков как‑то не находилось.
– Антон, что случилось? Я видела, тут Риса какая‑то бледная пробегала…
Это была Айрин.
– Где твой муж? – прямо спросил я.
– Э‑э‑э. Вроде в королевской гильдии, а что?
– Сколько с ним бойцов?
– Да как обычно, двое, – в голосе Айрин стало появляться беспокойство. – Антон, что случилось?
Я только выругался сквозь зубы и бросился вниз. Надо найти солдат. Где Орвист? Или не звать графа? Все же, нам его еще судить надо…
Благо, на конюшнях я столкнулся с Арваном и его свитой.
– Антон, ты чего такой?
Арх моментально уловил мое настроение и сразу же понял, что что‑то случилось.
– Не здесь, пройдем, – ответил я Арвану, чем заинтриговал его еще больше.
– В чем дело? – опять спросил арх после того, как за его спиной закрылась дверь в кабинет.
– Войска герцогов. В Мигне и Рагонвеле.
– Мне это ни о чем не говорит, – резонно заметил арх, – в пеших переходах сколько?
– Двести лиг до Мигне, вдвое меньше до Рагонвела. Оба стоят на Королевском Тракте.
– От четырех дней до недели. Максимум – дней девять, – резюмировал Арван.
Я согласно кивнул.
– Говоришь, до Мигне двести лиг?
– Именно так.
– Значит, у нас есть полторы недели. Те войска, что прибыли в этот, как его, Рагонвел? Да? Они будут ждать хвост. Никто не пойдет в две волны на столицу, если поднимает мятеж.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
– Ты говоришь так, будто бы у тебя большой опыт в мятежах, – криво улыбнулся я.
– Ты не поверишь, как часто в истории Ламхитана совет бывал недоволен Верховным Архом. Не моим отцом, а вообще. И мы все это изучаем, это наша история, – спокойно ответил Арван.
– Десять дней, так?
– Ну если сгущать краски, то неделя, – ответил Арван. – Как ты узнал?
– Мне сообщил Ирдис.
– Твой карманный душегуб? – сыронизировал арх.
– Он самый. Самый дорогой душегуб Таллерии, я бы даже сказал. У него много где есть глаза, там голубятня у воров больше, чем в канцелярии.
– Ясно. Значит, неделя. Фотенам сообщил?
– Передал весточку через Лу, – ответил я.
Арван удивленно поднял бровь, но ничего не сказал. О визитах богини он не знал, а как я общаюсь с женой – мое дело. Может мои ментальные способности и близость с Лу позволяют передавать ей мысли и послания на любые расстояния? Как вам такое? Было бы, конечно, очень удобно, но законы местной магофизики были против. О чем, впрочем, Арвану, да и всем остальным, знать было необязательно.
Тем же днем Сания объявила о дате суда – послезавтра. Тогда же было заявлено, что суд этот – Суд Знати, так как король и королева не пришли к единому мнению касательно судьбы графа де Гранжа.
Это подняло целую волну обсуждения в народе, так как информация о том, что будет собираться открытый суд дворян над знаменитым де Гранжем, моментально вышла за пределы двора и вообще, знатного круга. Клянусь богами, в тот же вечер самые ушлые трактирщики стали принимать ставки на то, осудят Орвиста или нет, или я ничего не знаю о нравах Пите.
До дня суда я чувствовал себя, как на иголках. Лу ходила за Санией, словно стала ее тенью, но мы с ней обсудили, что понимание того, где находятся войска герцогов для нас важнее, так что в день суда над Орвистом Лу отправится на один из своих алтарей в Мигне и Рагонвеле, так сказать, посмотреть своими глазами, что там сейчас творится. Как только богиня увидит достаточно, она сразу же вернется в столицу, и мы будем готовиться отразить удар. То, что герцоги попробуют взять власть силой, я не сомневался ни на секунду.
Больше меня в посольстве нервничала только Риса. Девушка стала хмурой и молчаливой, чего ранее за ней не наблюдалась, и так загоняла Орвиста на тренировочной площадке, что граф буквально взмолился о пощаде. Но бой на мечах был единственно доступным для Рисы средством разрядки: так как мы были на военном положении, Арван моментально ввел сухой закон и я его в этом решении поддерживал. Максимум – разбавленное водой вино за едой, чтобы убить в питье заразу. Хотя вполне подходили и травяные отвары, которые были популярны на юге.
В вечер перед судом я сидел в своих покоях и в который раз пытался справиться с загадкой фолианта о ментальной магии.
– Ты как?
Это Риса тихо скользнула в мои покои.
– Нормально. Вот, убиваю время, – сказал я с кривой усмешкой, указывая взглядом на книгу с пустыми страницами.
– Понимаю. Я уверена, что ты рано или поздно сможешь его прочесть, – сказала волшебница.
Как мне и советовал Орвист, я обратился за помощью Софу. Помолился я Мудрецу исправно, даже посох с собой припер, чтобы посмотреть, загорится ли руна. Загорелась. Но ничего не изменилось – фолиант все еще мне не давался.
– Стоит ли вообще эта книга моего времени? – спросил я Рису.
– Конечно стоит. Ты правильно сказал тогда, Антон. Ты – единственный человек во всей Таллерии, кому он мог на самом деле пригодиться. И если меня на твой порог привели боги, значит, и фолиант ты прочтешь. Возможно, просто не сразу…
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
Я чувствовал, что Риса пытается меня поддержать, но получалось у нее откровенно плохо.
На следующее утро я обнаружил себя за тем же столом, где сидел накануне. Книга – отодвинута в сторону, а спина и шея буквально разваливались от неудобной позы, в которой я провел не меньше четырех часов.
