раз перебирались? — Неожиданно вплотную к Птахину у него за спиной оказался один из опричников. Незнакомый. Стасов с Родзянкой их довольно много с собой взяли, но Пете их не представили. Да и не говорили с ним. Даже на утреннее «здравствуйте» не всегда отвечали. Впрочем, молодого мага такая «немилость» совершенно не огорчала (век бы их, вообще, не видеть!), поэтому от вопроса он невольно вздрогнул.
— Тут лодка была, — Немного исказил события Петя: — Сейчас я ее не вижу. Да и не переправить такое войско в одной лодке. Так что подсказать, с какой стороны лучше обходить озеро, не могу.
Тем временем с этого берега по кустам противоположного началась довольно густая пальба, и полетели огнешары. Шансы лежавших там четырех магов остаться живыми, и так крохотные, окончательно устремились к нулю. Хотя, надо отдать должное офицерам, огонь они старались корректировать, и старались не дать бить совсем уж по своим.
И тут из кустов вышли и заскользили по глади озера целых четыре больших туманных фигуры. «Духи»! Пете они показались медведями. А вот другие, похоже, их вовсе не заметили.
— Осторожнее! Сюда духи летят! — Закричал Птахин: — Вон там!
И он указал рукой направление. Только вот забеспокоились, кажется, одни опричники. Офицеры и маги его проигнорировали. А вот Стасов своим что-то тихо сказал, и несколько огнешаров и ледяных стрел полетело над озером. То есть и среди опричников имелись маги.
К сожалению, никакого видимого вреда туманным фигурам они не нанесли, хотя некоторые магические заряды явно пролетели сквозь них. Неужели разные магические энергии настолько между собой не взаимодействуют? Или это потому, что «духи» не совсем материальные?
— Ваше высочество! — Рискнул обратиться Петя: — Вам был лучше отойти, трудно понять, на что эти духи способны, но могут быть опасны.
Князь только фыркнул, но некоторые из свитских немедленно выстроились перед ним полукольцом и обнажили то холодное оружие, что у них было. В основном, шашки и кортики. Даже немного потолкались при перестроении. Хотя редкие взгляды, которые они иногда бросали на Птахина, говорили о том, что не слишком-то они ему поверили. И еще спросят за ложную тревогу.
Петя же накачал в аурный щит максимум энергии. Это сейчас тихо, а если беспорядочная стрельба пойдет? Как бы от своих пулю не словить.
Только тревога была не ложной. «Духи» благополучно переправились на этот берег и заскользили вдоль цепи залегших в кустах солдат. Двое влево, двое вправо. И сначала их действия остались незамеченными. Солдаты и так лежали на земле, так что никто не падал. А что стрелять переставали, так не все же сразу. Скорость перемещения «духов» от одной жертвы до другой была не слишком велика.
Некоторые офицеры опомнились довольно быстро и пошли проверять, что происходит. «Духов» они по-прежнему не видели, но то, что солдаты, как минимум, в беспамятности, заметили сразу. И, видимо, растерялись. Кричать «Тревога!» — только поднимать панику. Невидимый и пока неуязвимый враг, что может быть хуже?!
«Духи», тем временем, развернулись и двинулись в обратном направлении, уже по второй цепи солдат. Среди которых многие стояли, сжимая в руках штуцеры и поводя штыками из стороны в сторону. Паника их пока не коснулась. А вот когда первые из них стали падать на землю сломанными куклами, раздались испуганные крики, и солдаты пришли в движение. В бегство, правда, никто не бросился, беспорядочная пальба не возникла, и офицеры сумели их даже более или менее организованно перестроить вокруг князя и опричников. А вот свитские частично оказались «на передовой».
На это скопление и двинулись «духи».
Петя вздохнул, и тоже стал перебираться вперед, прикрывая начальство. Особо «духов» он не боялся. Довелось с подобными уже дело иметь. Тут бы главное под «дружественный огонь» не попасть. А вот к его высочеству на глаза попасться, как раз, желательно. Только свитские рассуждали так же, и пока было не протолкаться.
Но тут один из туманных «медведей» повернул как раз в сторону князя, и стоявший ближним с этой стороны свитский покачнулся и упал на своих товарищей. Что интересно, никто его подхватывать не стал. Двое подались вперед и отчаянно замахали перед собой клинками, остальные же, явно в растерянности, подались в стороны. Освободив место для Пети. Чем он и воспользовался. И выставил вперед свой кинжал.
Когда же упал и один из размахивавших мечом, места стало еще больше. Птахин решительно шагнул вперед и ткнул кинжалом в туман:
— Врешь, не пройдешь! — Воскликнул он. Но резких движений делать не стал, а потянул «темную энергию» в кинжал и дальше в себя.
Несколько неожиданно, «дух» даже не стал сопротивляться. Он просто сбежал за спины своих товарищей, которые тем временем громили левый фланг войска князя. В смысле упокаивали. Одна надежда, не навсегда. Хотя, кто их знает.
— Отступил «дух», — Сообщил Петя.
— Что со Скваронским? — Спросил Владимр Васильевич, внешне стараясь выражать только обеспокоенность о приближенных: — И с Томиловым?
Нервно озираясь над ними склонился один из свитских.
— Не дышат, ваше высочество…
В принципе, Петя представлял, как возвращать людей к жизни после прикосновения «духа». Убрать из них «темную энергию» и накачать их «жизнью». Но это требовало полной концентрации и большого напряжения сил. Выпадать из реальности, когда вокруг бродят весьма недружелюбные «медведи» было бы легкомысленно.
И тут рядом раздался знакомый голос:
— Значит, ваш кинжал все-таки действует на шаманскую магию. Как же нехорошо обманывать. Вас же предупреждали, что все шаманские артефакты подлежат сдаче. Давайте кинжал сюда! — Родзянка требовательно протягивал руку. И смотрел очень нехорошо, как на вора и мерзавца.
— От «духов» отбиваться сами будете, — Петя с надеждой посмотрел на князя, но тот почему-то отвернулся.
— Вы же сам сказали, что шаманской магии в вас больше нет, — Стасов тоже подтянулся: — Значит, с кинжалом любой управится.
— Или вы и в этом обманули?! — Родзянка.
Петя протянул кинжал. Хотел еще и несколько слов добавить, но пересилил желание. Сволочи эти опричники. А Родзянка еще и на шаманской магии с ума сходит. Может «духи» им мозги прочистят? Лучше бы смертельно. Защищать их Петя точно не станет.
С «духами» же тем временем, происходило что-то непонятное. Точнее, понятное, но Петя не знал, что такое возможно. Они обретали материальность. Видимо, обожрались энергией солдат и магов. А, может, так и было задумано оставшимися на другом берегу озера шаманами.
Теперь это были громадные «медведи». И свои жертвы они обльше не обволакивали, а рвали когтями и зубами на части.
Правда, и заклинания магов, и даже пули солдат стали
