лучше в сложившейся ситуации не придумать. Зато не видно, да и карман не оттягивает. И «дэй-пак», что характерно, не мешается, поскольку лежит в багажнике, на коробках с пиццей.
Записав на свой счет еще и разбойное нападение с кражей, я перебрался в нужный дистрикт, по дороге немного освоившись с управлением. «Ломать» скутер не стал, воспользовавшись вместо этого экспроприированной у курьера ключ-картой. Так надежнее, хотя бы копы не переполошатся раньше времени. А то когда еще до них очнувшийся студентик доберется… глядишь, к тому моменту у меня и надобность в угнанном средстве передвижения отпадет. На что, собственно, и расчет. Единственное, не удержался и остановился перекусить в удобной подворотне в квартале от места назначения. До этого, знаете, как-то все не получалось. А тут еще и несколько бутылок колы в багажнике нашлось, как по заказу.
Ладно, пора работать. Покончив с едой и проконтролировав работоспособность транспорта, я расставил ноги, зафиксировав скутер в распор, довольно потянулся, извлек из кармана КПК и поелозил пальцем по дисплею, запустив «интерцептор» – хитрую программку, позволяющую перехватывать управляющие импульсы электронных исполнительных механизмов. Разных, тех же замков или опускающихся жалюзи с электроприводом. Да хоть «сигналок» автомобильных. Плохо только, что дальности действия не хватало. Но это уже не к софту претензия, а к мощностям компьютера. Далековато даже для моего боевого планшетника, так что хочешь не хочешь, а придется высовываться на открытое место. Но план уже готов, так что нечего время тянуть. Погнали.
Осторожно вырулив из подворотни – ну его на фиг, райончик так себе, рай для стритрейсеров и просто лихачей – я столь же аккуратно покатил вдоль бордюра, отделявшего тротуар непосредственно от проезжей части. Правда, таковой наблюдался не везде – чувствовалось, что за инфраструктурой тут ухаживали спустя рукава. Если честно, квартал можно было бы счесть и вовсе заброшенным, если бы не редкие вывески и горящие кое-где на верхних этажах окна. Обычная такая, я бы даже сказал, типичная окраинная промка, в которой делали все и ничего конкретного. То есть крупных производств здесь не было, а половина мелких прогорела еще лет десять назад. Хотя я-то знаю, что даже те конторы, которые перманентно пребывали на грани разорения, влача жалкое существование, на самом деле просто перешли в теневой бизнес. Пришлось им, поскольку «криадосы» мало кому выбор оставляли, коли уж данный «кто-то» имел несчастье им приглянуться. Опять же типичная картина. Все банды, «крышевавшие» районы, так делали. Часть бизнеса, более-менее доходная и способная отстегивать «налог», оставалась на виду, остальные бедолаги подминались под бандитов, существуя чисто номинально, на серверах фискальных служб. Всех такое положение дел устраивало, включая и владельцев условно обанкротившихся шараг – копы их не трогали, проблемы с корпами разруливали бандосы, а с бандосами каждый договаривался сам, по мере способностей. Судя по тому, что таких заведений хватало повсюду, на жизнь заработать было можно. Отсеивались единицы – или самые щепетильные, или слабые и безвольные, которых сами бандиты меняли на своих людей. Равновесие, чтоб его!..
Данный конкретный район находился под рукой Грязного Густаво – главаря банды «Лос криадос де ла муэрте», той самой, к которой у меня до сих пор был неоплаченный должок – уже лет пять как. Сам Густаво, как это и заведено в уличных бандах, начинал с самых низов и дорвался до власти, физически устранив предшественника – тоже Грязного, только Луиса. И сейчас как раз перерастал стадию «молодого и наглого», постепенно приближаясь к планке «зрелый и солидный». То бишь скоро уже тридцать стукнет, пора остепениться и влиться в дружный коллектив таких же «бизнесменов», возможно даже заручившись поддержкой одного из них, например, удачной женитьбой. Вообще типичный случай, я еще в бытность свою на гражданке выполнял заказ одного из «солидных», то бишь продержавшихся у власти достаточно долго, чтобы вырастить наследников и наследниц. Тот реально уже почти эволюционировал в легального дельца, давно перевалив весь криминал на старшего сына, а потому жаждал знать всю подноготную подкатившего к его дочурке «молодого и наглого», задумавшего стать «зрелым и солидным». Тогда все закончилось благополучно, по крайней мере, войны банд не случилось, вместо этого сыграли шумную свадьбу, подняв за три дня на уши копов трех соседних дистриктов. Кстати, заказчик был соотечественником, потомком русских переселенцев в Латинскую Америку. Я тогда узнал много нового о свадебных традициях предков. По крайней мере, об их интерпретации много перенявших от горячих латинских парней эмигрантов.
Это я все к чему? Случись заварушка парой лет ранее, как раз перед моей службой, особо заморачиваться бы и не пришлось – тогда глава «криадосов» обитал в условно заброшенном складском комплексе пятью кварталами севернее, почти на границе с трущобами. Место там глухое, безлюдное, да и весьма обширное. С одной стороны, самим «криадосам» раздолье – твори, что хочешь. С другой – незаметно проникнуть на территорию раз плюнуть любому, кто обладал хоть какой-то подготовкой, тем же копам. Правда, ни блюстители закона, ни эсбэшники туда не совались – незачем, все же обговорено, правила заранее известны, не зарывайся только, и никто тебя не тронет. Принцип «живи и давай жить другому» в чистом виде. Квинтэссенция, я бы даже сказал. А с конкурентами из других банд разговор короткий – приперлись, получите! И всем пофиг, что это за странные звуки доносятся из заброшенного с виду склада. Тем более что и тел потом обычно не находили. Пропали пацаны, а где и когда – да кто ж знает-то? Может, на охоту в пустоши выбрались, да там и сгинули. Родственники убиенных тоже, как правило, права не качали – себе же дороже, потом, так сказать, «родная» банда житья не даст. Погоревали, погоревали, да и забыли. Жизнь продолжается. Или существование?.. Так вот, тот самый склад давал такой простор для фантазии, что я реально обрадовался, когда выяснил имя обидчика Никки. В тех условиях я вполне мог сработать точечно, то есть добраться прямиком до Густаво и поговорить с ним по душам. Вот только радость моя оказалась недолгой – едва прошерстив сетевые ресурсы, в том числе специфические и закрытые для широкой публики, я с досадой узнал, что за время моей службы Густаво слегка остепенился и озаботился переводом части активов банды – читай, своих собственных – в легальную сферу. И первое, что он сделал, это забросил шикарный склад, который запросто можно было превратить в полигон для военных игрищ, и перебрался на бывшую швейную фабрику, которая лет двадцать назад не выдержала конкуренции с подпольными цехами, выросшими
