управлением увеличилось на сто четырнадцать процентов и в данный момент превышает по размеру весь штат Флорида. Причём это не был тупой захват территорий и объявление своих притязаний. Нет, это были стратегически важные для нас земли, в основном расположенные вокруг Терминалов и построенных нами баз.
Число самих Терминалов под нашим контролем выросло до двухсот двадцати, и из них лишь шестьдесят не были перестроены. На них не было ни штабов, ни других построек. Не потому, что это было бесполезно, а по одной из двух весомых причин. Первая — мы просто не успели этого сделать, ведь они оказались под нашим контролем лишь недавно и находились на передовой. Бывали случаи, когда война требовала от нас отступить и перегруппироваться, чтобы избежать лишних потерь. Как я и предупреждал своих соратников ещё в первые дни освобождения лайнера: люди, а не зомби, станут главной угрозой для мира. А точнее — их неконтролируемая жажда власти. Впрочем, я и сам со стороны выглядел таким же тираном-захватчиком в глазах многих. Да ещё и постоянно третировал население своими радиопередачами. В противовес мне и моему «культурному захвату», местные правители утверждали, что я «зомбировал» людей, обманывая их ожидания и превращая жизнь в ад, из которого нет пути назад.
Вторая причина, почему Терминалы оставались неразвитыми, заключалась в том, что проще было развить один Терминал и захватить соседний его зоной влияния, если они находились достаточно близко друг к другу. Так произошло на лайнере. Так четыре Терминала в Майами объединили под своими зонами влияния все остальные. Так под Нью-Йорком у нас появился крепкий аванпост с одним развитым штабом, который поглотил ещё два соседних Терминала. И так далее…
Мы доказывали свою эффективность не только увеличением числа людей под своими знамёнами, но и успешными дипломатическими миссиями. Мы уже торговали с жителями Венесуэлы, хотя она и распалась на несколько независимых государств. Открыли торговый путь к ресурсам Колумбии и снарядили первый рейс в сторону Чили. Сейчас мы ожидаем доклад от экспедиционной группы, которой была поставлена задача закрепиться, создать аванпост и разместить горнодобывающий комплекс. Один из трёх, что был в наших руках. Само собой, чтобы заполучить эти уникальные образцы технологического оборудования, требовалось либо найти их, либо создать дубликаты. Найти их нам не удалось, зато дубликатор в Атланте сработал как надо. Правда, пришлось заплатить огромное количество ОД за покупку самого комплекса, а затем ещё и отдать немалую сумму за дублирование оборудования для добычи полезных ископаемых.
И, конечно, для этого нужно было захватить Атланту и сломить сопротивление независимой Джорджии. Они сопротивлялись долго и отчаянно, но стоило прорвать оборону, ударить в тыл, провести спецоперацию и уничтожить штаб командования вместе с большей частью офицеров, как бойцы на передовой начали сдаваться, и сопротивление пошло на спад. Тяжело сражаться за то, что появилось недавно, да и не потому, что ты этого хотел, а потому, что так решил какой-то чиновник в правительстве. Большая часть солдат плевала на то, будут ли они жить в независимом штате или в едином государстве. Адамс понимал это, и как только мои силы нанесли серьёзный удар по их тылу, зажав в клещи лучшие отряды и отрезав их от путей снабжения и отступления, его бойцы начали брать в плен бунтовщиков одного за другим.
К слову, по генералам независимой Джорджии ударил не я, и не моя авиация. И даже не генерал Адамс. Нет, это была диверсия, организованная моим союзником, а исполнителями стали сами бойцы независимого штата. Те из них, кто понимал, чем всё это закончится, если бойню не остановить. Мне оставалось лишь похлопать предприимчивому и хитроумному генералу. Одной серией ракетных атак он остановил бойню сотен тысяч человек и помог им сохранить жизни.
Как мы и договаривались, Атланта частично стала нашей. Опорный пункт, невероятно важный для наших планов. Генерал Адамс взял под контроль большую часть земель, Терминалов и людей из бывшей армии независимого штата. Эта победа ускорила его продвижение и позволила развязать руки в ещё трёх соседних штатах. Его имя, ранее просто претендента на титул сурового правителя, жаждущего воскресить США, стало ассоциироваться с победами. Правда, там, где на него сыпались надежды жителей некогда великой страны, там же на него обрушивались проблемы и критика. Ведь как так, он и ему подобные допустили крах такой страны!
В целом, всё это было ожидаемо. Я потому и не хотел лезть в США со своим уставом и идеями. Людям вечно будет мало, вечно будет чего-то не хватать. Так что пусть Адамс, человек, под чьим контролем сейчас втрое больше земель, чем у меня, в пять раз больше людей и на треть больше Терминалов, сам правит этими землями хаоса, бунтов, бандитизма и разбоя. Я, как мы и договаривались, буду создавать островки стабильности и безопасности на его территориях. А вся грязь, что приходит с правом собственности, пусть остаётся у него.
Вообще, если бы он не был частью моей фракции, он уже давно стал бы самостоятельным игроком в этом элитном списке. Создал бы свою. Но нет, он подписал договор, и теперь каждый из нас делает свою работу.
Адаптивные боевые костюмы разведки с модульными улучшениями, такие как у Наташи, теперь есть не в единственном экземпляре. Как и моя красная броня «Берсерк». Боевые генералы, командующие операциями на местах, получили их как символ власти и несокрушимости, укрепляя легенду о Красном Командире Круизеров, приносящем победу и уничтожающем зомби, независимо от размера орды. Пусть легенды живут, развиваются и укрепляют боевой дух людей. Не вижу в этом ничего плохого.
На костюмы с маскировочными модулями у меня были особые планы. Их дублирование проходило в режиме строжайшей секретности, а отбор людей, которые станут их обладателями, проводился по самым жёстким критериям. Легион Призраков сначала появился на бумаге, а затем начал воплощаться в реальности. Каждый, кто должен был к нему присоединиться, встречался со мной и Натальей для собеседования, проходил интенсивную подготовку в Центре нейростимуляции, и если всё устраивало, и он соглашался войти в элитный тайный отряд для спецопераций, где шанс погибнуть был в разы выше, чем в обычных подразделениях, мы направляли его к Дубликатору для снятия мерок. Ведь каждый созданный боевой костюм имеет ограничения по настройке размеров. Костюм Наташи ни я, ни Роберто не смогли бы надеть, какой бы жёсткой диеты мы ни придерживались.
Успехи дипломатии и войны не ограничивались американской землёй. Хотя мы провели там огромное количество операций, и семьдесят процентов наших усилий было направлено именно
