Читаем без скачивания Орден Ультрамаринов: Хроники Уриэля Вентриса - Грэм Макнилл

Грудь чудовища тяжело поднималась, гулкое эхо его сердцебиения отражалось от стен зала. Демон одним резким движением вырвал трубку, прикрепленную к груди, по которой поступала питавшая его столько времени кровь псайкеров. Поток мутной жидкости хлынул в озеро.

— Жиллиман, защити нас, — выдохнул Пазаниус.

Чудовище стало вылезать из озера. Огромными шагами оно целеустремленно направилось к берегу. Его копыта высекали искры при соприкосновении с дном, и кровь при каждом шаге вскипала у его ног.

— Демон, — сказал Уриэль. — Один из падших принцев Хаоса…

— А нам-то что делать? — поинтересовался Пазаниус.

Уриэль вытащил энергетический меч. Огромный демон к этому моменту достиг берега.

— Готовить наши души к последнему пути, — просто ответил Вентрис.

Хонсю смотрел, как небо над крепостью заливается светло-голубым огнем. Столбы прозрачного голубого пламени окружали Халан-Гол, пронзая атмосферу планеты. В небесно-голубом пламени Хонсю мог видеть реализовавшиеся ночные кошмары. Танцующие в огне жуткие образы не оставляли сомнений — варп собственной персоной пожаловал в Халан-Гол.

— Что происходит? — требовательно спросил Хонсю.

— Башни! — ответил Оникс.

— Башни? Какие еще башни?!

— Те, что мы видели, когда делали вылазку в лагерь Беросса, — сказал Оникс. — Высокие железные башни, перенасыщенные магической энергией. Помните?

Хонсю кивнул, вспомнив мистические узоры и молящихся жрецов в золотых одеяниях, танцующих вокруг башен, приносящих кровавые жертвы. Он выкинул их из головы вскоре после вылазки, будучи уверенным в том, что сила Кровавого Сердца вполне может противостоять их магии.

Он повернулся к Ониксу, поднял топор и почти прокричал:

— Ты же сказал мне, что никакие чародеи нам не страшны, потому что им никогда не справиться с Кровавым Сердцем!

— Так и есть, но теперь он свободен и больше не держит границы Халан-Гола.

— Мы беззащитны? — спросил Кадарас Грендел.

Оникс покачал головой:

— Нет, крепость сама по себе обладает определенными магическими способностями и какое-то время сможет удерживать барьер. Но без поддержки Кровавого Сердца это только вопрос времени — в конце концов, маги Торамино пробьют нашу защиту и уничтожат Халан-Гол.

— Дьявол! — выругался Хонсю, махнув своим избранным воинам и направляясь к выходу из внутреннего кабинета. — Но как демон мог освободиться?

— Кузнец Войны приковал Кровавое Сердце тремя заговоренными серебряными штырями, так что освободиться он мог только с чьей-то помощью.

— Но кто бы посмел связываться с такой опасной штукой?

Хонсю резко вскинул глаза, на Оникса, когда тот предположил:

— Вентрис и его отряд?

— Ну конечно! — вскрикнул Хонсю. — Мне следовало ожидать подобное от Торамино. Он никогда ничем не гнушался, стоит ли удивляться, что он опустился до того, что нанял изменников. Он и Вентрис, наверное, спланировали все это. Освободить Кровавое Сердце, а потом разрушить Халан-Гол. Я скормлю этих ублюдков по кусочкам экзувиям!

— Торамино и не собирался гробить здесь своих воинов, — рявкнул Кадарас Грендел. — Он предпочитает загребать жар чужими руками.

— Да, — согласился Оникс. — Похоже на то.

— Сколько у нас времени до того, как упадет силовой барьер? — резко перебил их Хонсю, входя в кабину подъемника. Он хотел как можно быстрее добраться до зала Мортициев.

— Я не могу точно ответить на этот вопрос, — признался Оникс. — Но я уверен, что немного.

— Ну, тогда нам лучше поторопиться, — сказал Хонсю. — Я хочу убить Вентриса прежде, чем Торамино не оставит от Халан-Гола камня на камне.

Уриэль спрыгнул на наклонную платформу, что огибала пещеру. На бегу он активировал меч, лезвие сразу ожило и заискрилось. Пазаниус бежал рядом с ним, а в это время Кровавое Сердце вышел из озера, расплескивая вокруг себя кровь. Он был огромен, и его багровое тело излучало чудовищную мощь. Под чешуей змеились светящиеся вены. Демон присмотрелся к пропитавшейся кровью земле под ногами, заваленной трупами Бескожих, Мортициев и их слуг. По его грубому лицу пробежала злобная, плотоядная усмешка. Выжившие мутанты и Мортиции застыли, пораженные величием освобожденного демона.

Только Бескожие не растерялись — в силу неизощренности ума они были невосприимчивы к устрашающему облику темного принца. Но и они почувствовали сгустившуюся опасность, хотя и не имели ни малейшего представления о колоссальной угрозе, что нависла над ними.

Лорд Бескожих встал перед могущественным демоном, выпятив грудь, — он вызывал гиганта на бой. Кровавое Сердце посмотрел на него, как человек посмотрел бы на муравья. Лорд Бескожих взревел и шагнул к демону, но, прежде чем он успел хоть что-то сделать, Кровавое Сердце откинул его в сторону случайным взмахом чешуйчатой руки.

Вожак Бескожих врезался в стену пещеры с жутким хрустом. Уриэль подумал, что от удара такой силы бедный здоровяк, наверное, почувствовал каждую косточку в своем теле.

Когда Бескожие увидели, что их вожака так легко победили, они завыли и бросились врассыпную, подальше от ужасного демона.

Кровавое Сердце отвернулся от разбегающихся Бескожих, его сердцебиение стало медленнее, потому что кровь псайкеров больше не вливалась в него. Уриэль ощутил, как к нему понемногу возвращается обычное восприятие — удушающая нечувствительность заметно усилилась в ту секунду, когда он освободил демона.

Тут до Ультрамаринов добрался полковник Леонид.

— Я думал, что он исчезнет, когда из него вынут штыри.

— Я тоже так думал, — ответил Уриэль.

В этот момент Кровавое Сердце снова запрокинул рогатую голову и издал ужасный рев, который, казалось, уничтожил все прочие звуки мира. Дело было даже не в громкости, а в невыносимой тоске и неистовой ярости, что слышались в этом зове. Голос демона пронзил границы измерений, и его эхо навечно заблудилось в огромной пропасти, что разделяла вселенные.

Уриэль, как и все живые здесь, упал на колени, потрясенный до глубины души этим криком.

— Что он делает? — прокричал Леонид, когда рев затих.

— Варп его знает! — откликнулся Пазаниус.

Уриэль поднялся, все еще зажимая уши руками. Что-то в этом вопле-плаче взывало к Уриэлю, говорило об утерянных вещах, которые необходимо обрести вновь. Ультрамарин пытался осознать, что это было, глядя, как вращающаяся сфера черного света появляется в воздухе перед демоном.

— Это зов, — догадался Уриэль.

Пазаниус я Леонид посмотрели на него как-то странно, и в этот момент хрупкий покров действительности разлетелся с жутким треском, похожим на звук разрываемой плоти. Черные проломы разверзлись в стенах, открывая другие реальности. Воздух наполнился статическими разрядами, тучи ядовитых мух ворвались в пещеру из какого-то отвратительного зачумленного измерения.

Страшные знания потекли в мозг Уриэля, когда он смотрел в черную щель, разлом в реальности. Он видел целые галактики, где миллиарды душ скармливались Повелителю Черепов, Богу Крови.

— Император, помилуй, — всхлипнул Уриэль, чувствуя, что каждая из этих смертей становится занозой в его сердце.

Жизнь когда-то торжествовала в этих галактиках, но теперь здесь царила резня ради насыщения Бога Крови, чье настоящее имя шептал леденящий черный ветер из портала. Сила самого глубокого, самого темного красного… цель, воплощенная в одной-единственной руне и легенде о преданности… Кровь для Бога Крови… Хори… Хорн… Хорн…

Одинокий крик темной и окровавленной родной души, союз ненависти и смерти. Он вернулся эхом из портала, эхом настолько громким, что с потолка подземелья посыпались камни. А потом раздался ответный крик кровавого приветствия, вырвавшийся из луженой глотки Кровавого Сердца.

Из портала вырвался ослепительный свет, и закованный в силовой доспех воин ступил на затопленную кровью землю. Черный разлом плавно закрылся за вновь прибывшим, и существо, чеканя шаг, подошло к Кровавому Сердцу.

Прибывший по зову распространял вокруг себя мощнейшую ауру зла. Из-под забрала рогатого шлема лился болезненно-бледный свет, нечистый и оскверненный, расплескиваясь как прокисшее молоко. На наплечниках красовались эмблемы Проклятого Легиона Железных Воинов.

Воин Хаоса нес в руках огромный зазубренный клинок и пистолет с золотой гравировкой, и то и другое оружие несло на себе следы многочисленных битв. Уриэль откуда-то знал, что, мощные сами по себе, да еще и усиленные благодаря черной магии, эти два предмета были самыми совершенными орудиями убийства, какие только можно представить.

Вентрис краем глаза уловил неуклюжую фигуру, хромающую по коридору, ведущему в пещеру. Капитан, вглядевшись пристальнее, узнал отвратительного Сабатиера. Железный Воин в мгновение ока выхватил пистолет и выстрелил в нескладное существо.