погуляешь, а мы тут пока поговорим по-мужски…
— Даааа, я уйду, а ты…
— Я ничего ему не сделаю, — весомо ответил Медведев, хотя вряд ли сделал это не покривив душой. — По крайней мере, не сейчас.
Снежка взглянула на меня заплаканными глазами, и я кивнул — иди, всё будет хорошо, не волнуйся.
— Пойду чаю выпью, — решила Снежана и удалилась, оставив нас наедине.
От взгляда Медведева не ускользнул наш молчаливый диалог.
— Значит, она тебя действительно признала, — вздохнул он. — Жаль будет голову отрывать…
Отрывалки кое у кого не выросли. Хотя должен был признать — я впервые встретил в этом изменившемся мире настолько матёрого ровню мне по силе духа, а может, даже и превосходящую в чём-то… нет, даже не акулу — мегалодона бизнеса, олицетворение всей этой эпохи, и при этом — сохранившего какие-то следы человечности исполина.
— Давайте не будем делить шкуру неубитого медведя, — предложил я.
— Медведь против, — согласился он, всё ещё пытаясь продавить меня своей аурой величия, но коса нашла на камень — я не уступил ему ни в чём.
— Я верю, что ты Рюрик, — сказал он наконец, оставив попытки взять верх. — Это слишком многое объясняет… Даже доказательств не нужно, у меня нет сомнений, что они есть…
— Они действительно есть, — подтвердил я. — И их достаточно, чтобы меня признали в White Case.
— Это серьёзная компания, — согласился Медведев. — Но я должен знать наверняка…
Я протянул ему чип с подборкой генетических тестов. Он вставил флешку в слот планшета, вчитался в строки заключения.
— Я искал для дочери лучшего воина с хорошими генами, — заговорил Старый Медведь. — Рассчитывал, что моими преемниками будут внуки… А тут мне достался целый Рюрик, о лучшем женихе и мечтать нельзя — наследственность, гены, качества, знатность… И внуков ждать не обязательно. Достаточно прогнать тебя через «РосТех», пять-десять лет, и будет готов новый генеральный директор. Заодно почистишь это болото, а то лягушки зажирели и на меня квакать начинают, ты это можешь, уже показал сегодня…
— Я вам очень признателен за доверие, Дмитрий Анатольевич, но вынужден отказаться, — прервал я размечтавшегося Старого Медведя.
— Не понял, — тот растерянно моргнул. — Ты не хочешь жениться на Снежане⁈
— Я очень хочу жениться на Снежане, — возразил я. — Но только жениться. Управление лидирующей в топе корпорацией меня не интересует.
Около минуты Медведев озадаченно разглядывал меня, а потом гулко рассмеялся.
— Вот это да, — выдохнул он, просмеявшись. — Удивил…
— У меня просто нет на это времени, — я достал свой планшет. — Присаживайтесь. Мне нужно кое-что вам показать и рассказать. Речь идёт о безопасности и выживании мира, в котором предстоит расти нашим детям…
Заинтересованный и заинтригованный, Медведев уселся на диванчик вип-ложи. Я устроился рядом и развернул первую голограмму.
— В Солнечной системе действует организация, которая называет себя Департаментом. Она весьма могущественна, но работает в режиме глубокой тайны, и ставит своей целью объединение людей перед лицом угрозы существованию всего человечества.
На лице Медведева отразились недоверие и скепсис.
— Речь идёт об инопланетном вторжении, которое уже началось, и прибывший «Ковчег» — только первая его ласточка, — продолжал я.
Взгляд Старого Медведя стал внимательным. Он жестом попросил паузу, позвонил секретарю.
— Встречу с акционерами перенести на завтра…
Я качнул головой.
— На послезавтра. И не беспокоить меня ни по какому поводу.
Он сбросил вызов.
— А теперь рассказывай с самого начала.
Слушал он меня внимательно, не перебивая, лишь задавая время от времени наводящие вопросы. Схватывал сразу. Наконец, когда я закончил, он откинулся на спинку диванчика.
— Всё это очень складно, и внутренних противоречий я не заметил. Но уж извини, байка про инопланетное вторжение так байкой и выглядит.
Я протянул вперёд руку, с пальцев сорвалась небольшая молния.
— Впечатляет, но не более, — Медведев даже глазом не моргнул. — Существуют технологии, которые и не такие фокусы выделывать позволяют.
— Я могу найти доказательства, — негромко проговорил я, выкладывая один из крупных козырей. — Тайные саботажи, подковерные войны, интриги — у всех есть тайные кукловоды, их много. Но некоторые из них играют по-крупному, рискуя дёргать тигра за усы… Или совать медведю рогатину в берлогу.
Вот это его проняло. Старый Медведь осознал, что не до всех виновников убийства своей жены и покушений на дочь добрался, что ему ещё есть кому пожать горло.
Он почуял кровь.
— Найдёшь мне того, кто виновен в смерти Полины, — глухо прорычал Медведев, — будет тебе моя поддержка, принцесса и полцарства в придачу.
В номер я ввалился уже к вечеру, с ходу сграбастал Снежку в объятия и повалился с ней на кровать — отдыхать.
— Хватка у твоего папы воистину медвежья, — выдохнул я в белоснежную макушку. — Я на экзаменах так не потел…
— И? — Снежка повернула голову, чтобы видеть моё лицо.
— И завтра на пересдачу.
— И?
— И судя по тому, что я ещё жив, он не против наших отношений.
— Это хорошо… — выдохнула Снежка. — Я боялась, что отец тяжело воспримет настоящего, а не фиктивного жениха.
— Ну почему, я уверен, что Дмитрий Анатольевич осознанному выбору был бы как раз рад, — возразил я. — А вот покажи ты ему какого-то фиктивного хлыща — да, были бы вопросы.
— Что, даже Винсента? — поразилась Снежка.
— Гарсия? Прошёл бы по нижней планке качества, — пренебрежительно ответил я.
— Откуда ты знаешь? — с любопытством спросила девушка.
— Я бы оценил так же, — пояснил я.
— М… — Снежка извернулась, чтобы подтянуться ближе к моему лицу. — В любом случае я рада, что не ошиблась в выборе.
Долгий нежный поцелуй прервался сначала стоном наслаждения, а потом возмущённым девичьим вскриком:
— Ты где меня лапаешь⁈
— Я компенсирую, — насмешливо отозвался я. — А то вдруг тесть ещё предъявит, что мы плохо стараемся над внуками.
— А мы можем не обсуждать моего отца именно сейчас? — нахмурилась Снежка.
— Как скажешь, дорогая, — покладисто отозвался я.
Ещё один долгий поцелуй, и мне практически взмолились на ухо:
— Сильнее! Что ты меня дразнишь⁈
— Извини, — я не удержался от усталого зевка. — Всё же переговоры были довольно выматывающими.
