— Все целы? — поинтересовался Серый Ворон, оглядываясь на всякий случай.
Я радостно подтвердила, но Пузырь проговорил не столь оптимистично:
— На твоём месте я бы не был настолько уверен, посмотри на нашего пленника.
Я повернула голову и вздрогнула. В спину связанного разбойника почти по самое оперение вошла стрела, пробив казавшуюся надёжной кольчугу. Раненый мужик бледнел с каждой секундой и судорожно хватал ртом воздух.
— Как это нелепо… — в булькающем голосе умирающего сквозили боль и досада. — Сколько раз я сам вот так участвовал в лихих засадах на купцов… Сколько… сколько раз сам стрелял из кустов… по спинам удирающих в панике всадников… Богиня судьбы Фаэтта злопамятная… И шутки у неё… паскудные… Как всё глупо вышло… Богиня Морана… будь ко мне милосердной…
После этого у разбойника пошла горлом кровь, а глаза его разом остекленели. Через несколько секунд тело бандита беспомощно обвисло в седле, а затем и начало быстро сползать вниз под брюхо лошади. Вскоре над седлом скачущей во весь опор лошади нелепо торчали связанные между собой грязные босые ноги. Далеко позади нас раздались радостные вопли — разбойники разглядели, что сумели убить одного из всадников. Лошадь с убитым стала заплетаться и останавливаться. Я попыталась подхватить её за узду, но промахнулась рукой. Петька с сожалением оглянулся на отстающую лошадь, но разворачиваться не стал — из-за кустов к добыче уже бежали разбойники.
— Не задерживаемся! Вперёд! — крикнул мой друг, пиная Шахтёра каблуками.
И мы поскакали дальше.
Остановились мы лишь к полудню, далеко отъехав от места второй лесной засады. Шахтёр был весь в мыле и дрожал, взгляд его красных глаз был совсем дурной. Не в лучшем состоянии была и Пчёлка под Серым Вороном, и пара других лошадей. Мы съехали в сторону от дороги и поднялись на крутой сильно заросший папоротником холм. Серый Ворон слез с лошади и не поленился пройти обратно к подножию холма, поправляя ветки и затирая наши следы в зарослях папоротника. Спать мне хотелось ужасно, я передвигалась враскорячку на нетвёрдых ногах после стольких часов верхом. В довершение своих бед с непривычки жёстким седлом я в кровь натёрла себе внутренние поверхности бёдер.
Но всё же моё состояние было просто ерундой по сравнению с состоянием Пузыря. Он угрюмо молчал последние несколько часов, вокруг мокрых от слёз глаз моего друга были чёрные круги. Я понимала его, Петька страшно переживал потерю бесценного свидетеля. Свидетеля, чьи показания были способны вызвать бурю, которая выметет виконта Риго Армазо из Совета Рыцарства и разом лишит род Армазо всех шансов на пост главы Холфорда. В своих сладких мечтах утром парень уже видел себя рыцарем, получившим этот славный титул в благодарность от Мазуро Кафиштена, нового правителя Западной Столицы. И тут такой облом…
Не в лучшем расположении духа был и Серый Ворон. Он тоже устал и вдобавок ко всем другим нашим бедам не знал, что делать с голодным волчонком. Тьма отказывалась пить прокисшее молоко, но была ещё слишком маленькой, чтобы питаться мясом, пусть даже варёным или пережёванным. Приготовленный в котелке тёплый мясной бульон она попробовала буквально половину ложечки, после чего стала воротить мордашку и опять жалобно скулить.
Стараясь не уснуть на ходу, мы поставили палатку и закидали её сверху листьями папоротника. С места нашего лагеря можно было сверху наблюдать дорогу в обе стороны, так что возможную погоню мы бы вовремя обнаружили, сами оставаясь при этом укрытыми густой растительностью. Поэтому мы стреножили и пустили пастись коней на лужайке, быстро перекусили и решили отдохнуть после всех мытарств и разбойничьих засад. Жребий первой охранять лагерь выпал мне. Я уселась на поваленный древесный ствол, запустила поисковое заклинание и собралась примерно два часа поддерживать огонь в маленьком костре и караулить дорогу. Чтобы скоротать время, я достала конспекты мага Теодора. Тут, в насыщенном магией мире, наконец-то можно было проверить на практике мои многочисленные предположения и догадки в области построения заклинаний.
Погода наконец-то вспомнила про летний сезон — было очень жарко и душно. Я сняла плащ, накинутый поверх мантии адепта, а затем стянула и повесила сушиться у костра свои промокшие насквозь ботинки вместе с носками, с наслаждением вытянув босые ноги. Где-то сверху над лесом припекало яркое летнее солнце. Но сюда вниз сквозь густое сито миллионов листьев не пробивался напрямую ни один солнечный лучик, к поверхности земли доходил только приглушённый матовый зелёный свет. Даже днём тут царил полумрак, так что читать книгу мне приходилось при дополнительном освещении от магического фонарика. Учёба шла трудно, мысли от усталости были тягучими и вязкими, словно моя голова была наполнена липким мёдом. Мне приходилось постоянно сосредотачиваться, чтобы отогнать сонливость.
* * *
Проснулась я резко, как от удара током. Была ночь. Костёр давно догорел, вокруг было совсем темно. Рядом испуганно ржали и метались кони. Я произнесла заклинание света и буквально в трёх шагах от себя увидела большого тёмно-серого волка. Он, прижав испуганно уши и почти улёгшись брюхом на землю, смотрел то на меня, то на вход в палатку. Из палатки доносилось жалобное поскуливание крохотной Тьмы. Я громко крикнула, отгоняя зверя и одновременно стараясь этим криком разбудить своих друзей. Волк бочком-бочком стал медленно отступать к кустам, втягивая носом воздух и принюхиваясь к запахам из палатки.
Тут полог палатки откинулся, из неё выполз заспанный Серый Ворон, столкнувшись нос-к-носу с лесным зверем. Сергей от неожиданности невольно матюгнулся, волк оскалил зубы и зарычал. Мой друг тоже зарычал, глядя опасному хищнику прямо в жёлтые глаза. Так они и стояли некоторое время в полуметре друг от друга, рыча и скалясь. Затем волк отвёл глаза и отбежал на несколько шагов в сторону. Однако с нашей небольшой полянки зверь не уходил, продолжая непрерывно глухо рычать сквозь зубы. Сергей выпрямился и что-то отрывисто пролаял. Волк лёг на землю, затем завалился на бок, показав брюхо. Судя по набухшим соскам, это оказалась волчица.
Сергей зашёл в палатку и вскоре вышел с волчонком на руках. Мой друг подошёл к лесному хищнику и положил Тьму возле волчицы. Щенок тут же безошибочно определил направление и пополз в сторону сосков. Через несколько секунд изголодавшаяся Тьма уже жадно сосала молоко.
— Эта волчица потеряла своих щенков. Говорит, что их украли прямо из норы. Она пришла на плач голодного волчонка. Знала, что это не её ребёнок, но хотела убедиться. Она просила оставить ей волчонка, но я отказался. Это мой зверь, и я её никому не отдам. Волчица сама предложила покормить чужого щенка. Сейчас она покормит Тьму, а потом пойдёт и попробует вызволить своих щенков. Она знает, где они. Но очень боится туда идти.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
