В это время неведомая сила отбросила обоих монстров прямо к Вратам Мрачности. Чудовища столкнулись с серой аркой и прекратили схватку.
– Ты погляди, кто к нам пришел, дражайший! Никак Михаил собственной персоной?
– Странно, ты же спал как убитый, – удивился монстр с проседью на затылке.
Оставив в комнате Сомова воду, которая должна была заставить парня заснуть на сутки, Зерг был уверен, что нейтрализовал своего гладиатора на время, пока будет заниматься Эдуардом и Гогой. Для подстраховки мраг специально прикрепил к стакану чары, настроенные на Михаила. Тот не мог не выпить воду, если сосуд хоть на секунду попадет в его поле зрения. «Неужели привораживающее заклинание не подействовало?»
– Поспишь тут, зная твою подлую натуру. Убирайся в свой мир и оставь нас в покое!
– Зерг, по-моему, твой гладиатор ведет себя крайне непочтительно. Предлагаю срочно поставить его на место. – После поражения на арене Горгун ненавидел Сомова не меньше, чем седого мрага.
– Пожалуй, ты прав. Его заносчивость перешла все границы. Он твой. Можешь сделать с ним все, что считаешь нужным.
– Спасибо за любезность, дражайший. А пока я буду заниматься рабом, ты нанесешь мне удар в спину?
– Клянусь будущим, я этого не сделаю.
– Тогда присоединяйся. Я тоже клянусь будущим, что на время, пока мы не расправимся с этим человеком, я забуду о прошлых обидах.
Дав друг другу клятвы, которые не мог нарушить ни один обитатель мрачного мира, соперники на время объединились. Ситуация для Сомова осложнялась еще и тем, что к этому моменту действие порошка закончилось и монстры обрели человеческие очертания. В таком виде они были практически неуязвимы.
Стоявший в стороне Ариант собрался было уравнять шансы Михаила.
– Не вмешивайся, – услышал он чей-то приглушенный голос. – Против них твои чары бессильны.
– Кто здесь? – также тихо спросил волшебник.
– Я Страж, магический призрак. Попробую сам что-нибудь сделать.
Мраги выбрали единственно верную тактику, атакуя ушедшего в глухую оборону Мишку. Они знали, что энергия человека вскоре иссякнет и он станет беззащитным. Главное – не использовать огонь, и тогда парень обречен. Пока же барьер, выстроенный совмещением теней, надежно укрывал Сомова от мощных атак мрагов.
Марицкий недолго радовался появлению отмеченного тенью. Объединение бывших противников, пусть и временное, только ухудшило положение. И тут у парня возникла спасительная мысль.
– Гога, очнись! Хоть на секунду! Скажи, как у тебя получалось… – Эдуард не смог сразу подобрать нужного слова, – вызвать нашу магию? Что нужно сделать?!
Скальнов очнулся на пару секунд и лишь успел произнести:
– Каланча, поцелуй меня в… – Конец фразы заглушил мощный взрыв. Сомов отбросил противников и, воспользовавшись тенью мгновенного полета, оказался возле Арианта.
– Срочно подожги меня, иначе нам крышка.
Кантилимский волшебник пребывал в замешательстве не больше секунды, и в следующее мгновенье Михаил вспыхнул, как свечка.
Тень живого пламени вернула парню прежние силы. Теперь он накрыл непроницаемым барьером сразу двоих: себя и Арианта.
– Нам его не достать, – вздохнул горбатый и моментально получил мощный удар от соратника.
– Отдыхать вздумал? Мы еще не закончили. – Зерг начал отчитывать приземлившегося в десяти шагах изгоя, словно тот «отдыхал» по своей воле.
– Ты посмел нарушить клятву, а теперь еще и издеваешься?! – Ответом наглецу стал энергетический выброс.
– Я ничего не нарушал. – Седой ушел из-под удара, а затем вдруг дотронулся до собственных висков и прикрыл глаза. – Горгун, немедленно блокируй разум. Кто-то невидимый пытается влезть в наши мозги.
Мишка только сейчас сообразил, что его друзья в опасности. Он убрал непроницаемые барьеры и попробовал перенести себя и Арианта под тень серой арки, где Марицкий безуспешно старался привести в чувство Гогу. И вдруг неудача. Сила невидимого полета не смогла справиться с задачей. В тени Врат Мрачности тень огня оказалась бессильной. Это явилось страшным открытием для победителя турнира последней надежды.
– Что случилось? – недоуменно спросил кантилимский волшебник. Он сообразил, что у его компаньона возникли непредвиденные проблемы.
– Пока не знаю, – ответил парень, пытаясь найти выход.
Небольшая размолвка мрагов уже закончилась. Они заметили неудачу своего врага и оказались рядом с его беззащитными друзьями.
– Что ты теперь скажешь, дражайший? Сейчас мы будем резать этих болванов на мелкие кусочки. Прямо у тебя на глазах. – Горгун превратил свою руку в острую саблю.
– Михаил, не вздумай входить в тень арки. Там все чужеродное. – Рядом с непроницаемым кубом проявилась черная кошка. – Я туда даже в призрачном состоянии проникнуть не смог.
– Это ты устроил потасовку между ними?
– Гаруна. Чужие мозги – ее специальность. Жаль, не все получилось так, как хотелось. Она смогла продержаться в голове мрага меньше секунды.
– Гладиатор, предлагаю тебе главный бой в твоей жизни, – подал голос Зерг. – Сражаемся на мечах до первой крови. Победишь ты – забираешь своих друзей и свободен. Но если проиграешь, вы все трое отправитесь со мной. Согласен?
Эдуард долго не мог уговорить себя выполнить странную просьбу Гоги. Он понимал, что тот скорее всего просто послал его куда подальше, но, с другой стороны, несостоявшийся филолог хорошо помнил многие сказки, где поцелуй пробуждал красавиц от вечного сна, превращал лягушку в принцессу, юношу в медведя… А вдруг?.. Тут ведь тоже волшебники и прочая нечисть. Почему бы… Марицкий постоянно отгонял нелепые мысли, но, когда над их головами занесли саблю, студент решил, что терять уже нечего. Плюнув в сторону, «эльф» резко наклонился и прижал губы к небритой щеке «гнома».
– Не помню, чтобы у тебя хоть раз выступила кровь, – ответил Мишка на предложение мрага, – да и меча у меня при себе нет.
– Меч мы быстро отыщем…
– Зерг, что это?! – на полуслове перебил седого горбатый изгой.
Это оказались последние слова извечных соперников. Сначала на груди Скальнова возник небольшой радужный шарик, превратившийся затем в бутон красивейшего цветка. Бутон тут же лопнул и выпустил яркие продолговатые лепестки. Их свет буквально разорвал темень, исходившую от Врат Мрачности. Тьма пыталась сопротивляться, заставив дрожать землю под ногами, но все-таки здесь, в Роктании, она была всего лишь частичкой чужого мрачного мира, против которой сейчас ополчилась энергия земли и воздуха. Сила, вызванная двумя примирившимися в минуту опасности противоположностями, сковала обоих мрагов незримыми путами. Когда свет цветка погас, они оба превратились в статуи из черного блестящего камня.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
