– Закрой глаза, – шепнул Матвей.
– Зачем?
– Хочу сделать тебе сюрприз…
– Какой?
– Не скажу.
– Не надо. Что ты можешь? Дворец хрустальный возвести или шалаш построить? Мне всё равно…
– Всё равно?! Может получиться и райский сад, и каменная пустыня… Тебе всё равно?
– Нет… Но давай всё делать вместе. Вон там пусть появятся зелёные холмы… – Там, куда она указала, облака расступились, и под ними действительно появилась гряда холмов, покрытых хвойным лесом.
– А за ними пусть будет озеро, огромное, глубокое и чистое, правильной овальной формы.
– Почему овальной?
– Потому что я назову его Зеркало Принцессы.
– Тогда эти холмы пусть будут Командорскими.
– Хорошо. Пусть будут.
Они летели всё дальше и дальше, рисуя в своём воображении бескрайние долины, дремучие леса, величественные горы, нанося на карту своего мира очертания океанов и поднимая из их пучины острова. По долинам неслись стада бизонов и табуны диких коней, в чащобах таились хищники, в океанах неспешно двигались косяки рыб. Их лица обжигал жаркий ветер пустынь, а уже через мгновение они стряхивали с ресниц иней, рассекая морозный воздух заснеженных долин, а потом после долгого полёта рухнули с небес в высокую мягкую траву, расцвеченную ромашками и васильками…
Глава 30
Многие ошибочно полагают, что все планеты Лиги Окраинных миров появились в результате Игры. Многие, но далеко не все. Несколько десятков миров были заселены выходцами с Земли в незапамятные времена, и на прародине человечества о них просто забыли. Планеты, пригодные для жизни землян, – не такая уж и редкость. Причём ни на одной из них не было обнаружено ни собственной цивилизации, ни форм жизни, стоящих на пороге возникновения разума. А вот следы деятельности исчезнувших разумных существ встречались и встречаются практически повсеместно. Причём говорить о каких-либо техногенных катастрофах, которые привели к их исчезновению, не приходится. Многие цивилизации исчезли не только до овладения атомной энергией, но и даже до изобретения колеса. Нет там даже следов войн и разрушений. Прекрасно сохранились города, многие из которых отличаются необыкновенно совершенной архитектурой, произведения искусства, библиотеки. Возможно, когда мы раскроем тайну письменности хотя бы одного из этих миров, человечество узнает, как можно прожить короткую и счастливую жизнь, а затем исчезнуть – без мук и лишений в свой срок…
Диего Гарсия. Предисловие к «Атласу исчезнувших цивилизаций», Фабрика, 3011 год Над ухом протяжно гудел шмель. Он явно заблудился в стеблях травы и теперь шёл на посадку, чтобы слегка передохнуть и снова отправиться на поиски выхода. Но, похоже, место для посадки он выбрал не самое удачное, и когда Матвей провёл ладонью по щеке, ему пришлось снова взлетать и теперь уже мчаться напролом сквозь зелёные заросли. Командор открыл глаза и увидел сквозь пучок осоки, склонившийся над его лицом, голубое небо в паутине перистых облаков. В ноздри ударили давно забытые пряные запахи поздней весны. После окончания училища ему лишь несколько раз удалось побывать на Земле, да и половина срока обучения прошла на Ялте, небольшой планете в сотнях парсеков от Солнечной системы, где были и океан, и каменистая суша, и воздух, но почти не было растительности – только мхи да редкие чахлые кустики с мелкой бледно-зелёной листвой. Да ещё и холод собачий…
Может быть, пора признать, что всё, произошедшее за последние дни, всего лишь дурной сон… В реальности такая история ни за что не могла бы иметь счастливого финала. Но, возможно, ещё ничто не кончилось?! Может быть, то, что происходит сейчас, – очередная ловушка, очередная каверза судьбы, и теперь рядом нет ни шерифа Кассия, ни адмирала Ариги, никого, кто мог бы помочь. Кстати, почему это место называют Лабиринтом? Не было никакого лабиринта… Была лишь цепочка обстоятельств, и единственным, кто мог бы помешать ему достигнуть цели, был он сам. Стоило хоть раз потерять самообладание, сделать поспешный шаг, принять друга за врага, а врага за друга – и всё… Неумеренность в желаниях вредит вашему здоровью и является угрозой для жизни. Впрочем, ничто в этом мире не безопасно. Всякая жизнь висит на волоске, даже если её хозяин нежится под ласковым солнцем на мягкой траве.
Даже если всё произошедшее было сном, то теперь было бы обидно проснуться от воя сирены на лежанке в своём боксе – узком «пенале», вырубленном в скальной породе безымянного астероида. И шмель улетел… А если бы ему вздумалось вонзить своё жало в щёку или в нос потерявшего бдительность командора, то, пожалуй, и сну бы конец. Эх, насекомое… А ведь могло бы оказать неоценимую услугу: проверить на прочность призрачную грань между несокрушимой реальностью и зыбкой игрой воображения.
То ли реальность возвращалась, то ли игра воображения настойчиво брала верх, но ощущение уходящего сна исчезало. Но и сейчас не слишком верилось ни в шелест трав, ни в гомон птиц, ни в отчаянную голубизну небес, ни в чьё-то спокойное ровное дыхание у щеки.
Он осторожно повернул голову и увидел, что она рядом, что она спит на его плече, положив руку ему на грудь. Нет, так не бывает. Где-то подвох. У этой истории неизбежно будет продолжение, и судьба наверняка готовит какую-то пакость.
Со стороны неба донёсся гул. Сначала тихий, едва слышимый, но постепенно нарастающий. Внезапный порыв ветра смёл облака и качнул верхушки деревьев, а по небесному своду как будто прошла невидимая волна. Что-то похожее происходит, когда в атмосферу входит тяжёлый транспортный корабль. Но что ему делать здесь, на новорожденной планете, координат которой никто не может знать? Случайно мимо пролетал? Впрочем, как-то господа из корпорации должны подводить итоги Игры… Значит, способ есть, раз уж они так быстро примчались. А что… Время – деньги. Прибытку – время, потехе – час. Пусть неудачник плачет. Только тем неудачникам, что остались в Лабиринте навсегда, сейчас не только не до смеха, но и не до слёз.
Принцесса открыла глаза и резко поднялась на колени, опёршись ладошкой на его грудь.
– Тихо! Больно же… – вполголоса произнёс Матвей, удержав её за руку, не давая принцессе встать.
– Что это там гудит? – поинтересовалась она, ткнув пальцем в небо.
– Точно не знаю, но думаю, что господа из корпорации уже прибыли. Хотят поздравить нас со сказочным выигрышем.
– Ты думаешь – что-то не так? – Она уловила иронию в его интонациях и наморщила лобик, выдавая волнение.
– Не знаю. Я не знаю, что у них на уме на этот раз. Так что сначала поиграем в партизан. – Он взял её за руку и потянул в сторону лесных зарослей, до которых было не больше сотни метров.
– Мы что – ползком будем перемещаться по собственной планете? – возмутилась Анна.
– Нет, я думаю, ползком ещё рано. – Командор поднялся на ноги и помог встать принцессе, и в этот момент гул стих. – А теперь – бегом!
Ноги вязли в густой траве, так что стремительного броска не получилось. Едва беглецы укрылись под раскидистыми кронами клёнов и берёз, над поляной завис серебристый катер с открытым верхом и медленно опустился прямо на то место, где они лежали ещё пару минут назад. Через борт неуклюже перелез низкорослый толстячок в рубашке и шортах защитной раскраски, огляделся по сторонам, пожал плечами, но потом вдруг заметил полосу примятой травы, ведущую к зарослям, и пискляво прокричал что-то нечленораздельное. Не услышав ответа, он с трудом перегнулся через борт, достал здоровенное охотничье лучевое ружьё и, беспорядочно тыча стволом в разные стороны, неуклюже зашагал по следам. Вояка он был явно никудышный, да и следопыт никакой. Прежде чем он прошёл полпути до зарослей, где затаились принцесса и командор, трава успела распрямиться, что повергло его в полную растерянность.
– Хоть бы не нашёл… – прошептала Анна чуть слышно.
– Ты его знаешь?
– Да. Конфедент-советник Иона. Из Корпорации. Препротивный тип. Он контролировал мою подготовку…
