уйти от директивных отношений с сельским производителем, предоставив ему право самому решать вопрос, продавать ли зерно государству или использовать механизмы рынка, могли закончиться массовым отказом крестьянства от производства зерновых. Это, в свою очередь, ставило под угрозу главное достижение реформ — самообеспечение продовольствием. В результате экономическая политика властей в области сельского хозяйства представляла собой циклический процесс, сопровождавшийся то усилением, то ослаблением давления властей на деревню. Власти никак не могли выровнять уровень жизни в городе и в деревне, они бросались из крайности в крайность, то «подкармливая» город, то поддерживая деревню. В конце 1980-х годов иногда возникал дефицит продовольствия, что вызывало необходимость закупок зерна за рубежом.
Весьма существенной оставалась и проблема преобразований в государственном секторе экономики. Реформы второй половины 1980-х годов не смогли сделать этот сектор экономически эффективным. Осуществленные преобразования, направленные на предоставление государственным предприятиям более ощутимой экономической свободы, стимулировали развитие производства, но взаимодействие с рынком показало, что значительная их часть убыточна (в начале 1990-х годов их доля достигла примерно 40 %, а задолженность превысила 10 % ВВП).
Опыт проведения реформы государственного сектора продемонстрировал, что экономически эффективное решение его проблем возможно только на основе проведения широкой приватизации, но это было политически неприемлемым для руководства КПК. В результате им была выдвинута концепция «двухколейного развития экономики», предполагающая создание условий для роста частно-хозяйственных отношений при одновременном сохранении преобладающих позиций за государственным сектором.
Успешное в целом проведение экономических реформ в 1980-х годах, расширение рыночных отношений, деколлективизация сельского хозяйства, образование довольно значительного и экономически влиятельного частно-хозяйственного сектора имели своим следствием фундаментальное изменение характера китайского общества. КНР уже перестала быть в полном смысле тоталитарным государством, экономическая жизнь в стране в существенной мере была «отпущена на свободу», высвобождена из-под всеобъемлющего партийно-государственного контроля. Эти процессы способствовали появлению ростков гражданского общества, что проявлялось в стремлении еще больше высвободиться из жестких «объятий» партии-государства.
Надо иметь в виду, что демократия и демократическое движение возникли в условиях раздвоенности руководства правящей партии. Одна его часть, прежде всего, официальный глава, генеральный секретарь ЦК КПК Ху Яобан, премьер Госсовета КНР Чжао Цзыян и руководитель парламента, председатель Постоянного комитета ВСНП Вань Ли, выступала за движение по пути демократизации жизни в стране.
Другая часть руководства состояла из тех, кто находился в основном «за бамбуковым занавесом», за кулисами, и претендовал на роль «режиссеров». В первую очередь это были два самых старших по положению в традиционной партийной иерархии политических деятеля — Дэн Сяопин и Чэнь Юнь. Они считали необходимым сохранять однопартийную систему. С их точки зрения, допустимо было говорить лишь о «совершенствовании демократии». Это означало, что демократия в КПК и в КНР существует и можно ставить вопрос лишь о некоторых дополнительных ее улучшениях. Они, конечно же, никак не могли согласиться с такими предложениями, как, например, переход к системе, при которой выдвижение кандидатов на выборах внутри партии и в стране должно стать индивидуальным и тайным.
В такой ситуации раздвоенности руководства демократическое движение неизбежно должно было прийти к столкновению со значительной частью структур власти. Упоминавшиеся выше события апреля 1976 г. на площади Тяньаньмэнь можно рассматривать как первое проявление массовых требований демократизации политической и общественной жизни. Вторым этапом демократического движения стало появление в Пекине, в самом центре города, «стены демократии». Она появилась в 1978 г. и стала символом надежд на установление демократии.
В своих дацзыбао, которые жители Пекина и других районов страны наклеивали на деревянные шиты, они требовали разрешить наиболее неотложные экономические проблемы, гарантировать права человека, ввести демократические институты. На протяжении некоторого времени власти допускали и даже вроде бы поощряли это движение. Вероятно, тогда не только демократически настроенное крыло в руководстве КПК, но и другая его часть считали это полезным, так как оно помогало бороться против остатков влияния тех, кто хотел бы следовать старым курсом без каких-либо изменений. Однако затем демократический настрой, проявлявшийся на «стене демократии», пришел в противоречие с настроениями и воззрениями того же Дэн Сяопина.
На «стене демократии» появилась ставшая широко известной дацзыбао с требованием «пятой модернизации». Ее автор считал, что предусмотренных властями «четырех модернизаций» (обороны, промышленности, сельского хозяйства и науки) недостаточно. Согласно его мысли, они вообще оказывались бесполезными и не отвечавшими интересам народа Китая, если не было самого главного — демократии, демократизации всей политической и общественной жизни. Эту демократизацию он и назвал «пятой модернизацией».
В такой постановке вопроса Дэн Сяопин и другие близкие к нему политики увидели угрозу своей власти и устойчивости положения КПК в обществе. Поэтому «стена демократии» была запрещена и выдвинут тезис о необходимости сохранять верность «четырем основным принципам»: социалистическому пути, диктатуре пролетариата, руководящей роли КПК, марксизму-ленинизму и идеям Мао Цзэдуна. На политическом процессе, состоявшемся в октябре 1979 г., наиболее видные участники спонтанно возникшего демократического движения были осуждены на длительные сроки тюремного заключения. Автор дацзыбао с требованием «пятой модернизации» провел после этого 18 лет в тюрьмах и лагерях.
Следующим этапом в развитии демократического движения стали студенческие демонстрации в конце 1986 г., поддержанные населением крупных городских центров. Непосредственные причины, которые привели к его возникновению, связаны с курсом на поддержку деревни и ростом цен в городах. От инфляции пострадали в первую очередь экономически наименее защищенные слои населения, к которым принадлежали студенты. Кроме того, они остро реагировали на рост коррупции в среде партийно-государственного аппарата, стремившегося использовать реформы для личного обогащения.
Призывы участников протестного движения свидетельствовали о том, что для них реформы неотделимы от развития демократических институтов. Это стало ясно уже после первых демонстраций, состоявшихся в декабре 1986 г. в провинции Аньхой. Около пяти тысяч демонстрантов сплотились под лозунгом «Без демократии нет реформ». Вскоре демонстрациями были охвачены Ухань, специальная экономическая зона Шэньчжэнь, Шанхай. Нельзя сказать, что прямые призывы к немедленному введению демократических норм жизни всюду доминировали, однако можно утверждать, что именно они были квинтэссенцией развернувшегося общественного движения. Наряду с лозунгами, призывавшими покончить с бюрократией и коррупцией, были выдвинуты призывы к демократизации выборов, увеличению представительства интеллигенции и студенчества в органах власти. Появились и лозунги, которые восхваляли Сунь Ятсена. В Шанхае демонстрации, первоначально носившие мирный характер, вскоре переросли в схватки с полицией. В конце декабря движение перекинулось на Тяньцзинь и Пекин.
Генеральный секретарь ЦК КПК Ху Яобан и его единомышленники понимали необходимость последовательного продвижения одновременно по двум дорогам: продолжать экономические и начинать политические преобразования. Однако Дэн Сяопин и Чэнь Юнь были против всего того, что могло, с их точки зрения, поколебать власть КПК над Китаем, разрушить КНР. В середине января 1987 г. Ху Яобан
