как конструктор и как артиллерист-практик, осознавали, что ведение зенитного огня из дивизионной пушки в условиях возможной современной войны — это просто блажь, что приведет к околонулевому практическому результату при безумно огромных затратах страны на изготовление излишне сложных и переутяжеленных орудий? Так? — Наверное, находись они сейчас в суде, адвокат противоположной стороны непременно выкрикнул бы — «Протестую!», столь беспардонно Александр навязывал свои измышления «свидетелю».
— Говорите, товарищ Грабин. Нам всем интересно услышать ваше мнение, — заметив, что собеседник его протеже несколько колеблется с ответом, пришел на помощь им обоим Иосиф Виссарионович.
— Всё так, товарищ Сталин. Товарищ Геркан говорит абсолютно верно, — в который уже раз Василий Гаврилович пошел против настроений, царивших в артиллерийском управлении — то есть в стане главного заказчика нового орудия.
— Итак, товарищи. Собрав воедино всю информацию, мы выяснили: во-первых, орудие, применяющее стандартный патрон от дивизионки, не способно добить до высоты полета современных самолетов; во-вторых, командир батареи банально не способен вовремя сделать соответствующие расчеты стрельбы без применения специфических дополнительных знаний и устройств. Но я в самом начале своей речи говорил о трех факторах, на которых выстраиваю свои суждения! — Александр вновь продемонстрировал всем смотрящим в его сторону три пальца. — И третий — это доставка орудия к полю боя. По какой-то причине все совершенно позабыли о том, что в РККА банально отсутствует массовый быстроходный артиллерийский тягач для буксировки пушек тяжелее полковых и батальонных. Для стрелковых дивизий можно, конечно, продолжать использовать привычные шестерки лошадей или обычные сельскохозяйственные трактора. Но скорость передвижения полковой моторизованной колонны никак не может быть меньше 20 — 25 километров в час. Стало быть, и следующая за полком дивизионная артиллерия попросту обязана поддерживать никак не меньшую скорость хода.
— Вы что-то путаете, товарищ Геркан. Армейский грузовик ЗИС-32 способен тянуть прицеп массой до трех с половиной тонн, — наконец подал голос начальник вооружений РККА. — Сами же принимали участие в его появлении на свет. Неужто позабыли?
— Характеристики ЗИС-32 я прекрасно помню, товарищ Тухачевский, — тут же отреагировал танкист на вступление в дискуссию своей основной цели. — Но указанный вами вес он может тянуть лишь по шоссе с твердым покрытием в сухую и солнечную погоду. По мягким грунтам его тягловые возможности ограничиваются примерно двумя тоннами. И то, бывает, застревает. А после того как ту же весеннюю или осеннюю дорогу предварительно разобьет своими гусеницами, к примеру, целый танковый полк, даже полноприводные грузовики смогут проползать по ней хорошо если со скоростью пешехода или чуть быстрее. В том числе именно по этой причине я в свое время всячески настаивал на создании самоходных артиллерийских орудий на танковых шасси, — вставил он пять копеек за свою личную боль. Так-то подобные самоходки уже появились в РККА, но пока в откровенно мизерном количестве и опять же без включения в список создателей его имени. — Однако речь сейчас идет не о самоходках, а о пушке. Так вот, две тонны тот же ЗИС-32 по весенним и осенним хлябям еще хоть как-то утащит, при условии применения на нем специальной внедорожной резины, которой у нас вообще до сих пор нет, — нанес Александр еще один небольшой укол в адрес тех, кто вовсе не чесался на сей счет. Хотя был обязан! — Тогда как обсуждаемая тут универсальная пушка Л-3 в транспортном положении приближается как раз к трем с половиной тоннам, что делает её фактически недоступной для моторизованных войск в реальных, а не парадных, условиях передвижения. Либо нам будет потребно подавать для буксировки дивизионных орудий куда более мощные тягачи корпусной артиллерии, что вряд ли возможно, учитывая их дефицит. Ну, или тут все уверены, что воевать, в случае чего, нам придется исключительно летом и исключительно там, где существует разветвленная сеть отличных шоссейных дорог.
— У кого имеются конструктивные возражения по поводу трех озвученных товарищем Герканом фактов? — дождавшись, когда фонтан красноречия иссякнет, Иосиф Виссарионович обвел всех присутствующих вопросительным взглядом. — Товарищ Роговский, я вижу, вам есть, что сказать в ответ.
[1] Реальные слова Грабина, отраженные в его книге «Оружие победы».
Глава 10
Только что на этом месте стояла моя ладья!
— Да, товарищ Сталин. У меня найдется, что сказать. Командир батальона Геркан, подвергая критике принятую Артиллерийским управлением концепцию, — сделал Николай Михайлович неслабый такой намек, на то, кто тут слон, а кто тут Моська, — старался быть объективным и оперировал исключительно известными ему фактами. Следуя этой же логике и опираясь исключительно на факты, мы никак не можем принять на вооружение, ни одну из представленных к смотру полууниверсальных пушек. Может быть, по озвученному весовому лимиту, который еще кстати надо проверить, они и проходят. Но за счёт чего это достигнуто? За счёт применения дульного тормоза, который никак невозможно допустить к установке на дивизионных орудиях! Товарищ Грабин, — обратился он к чрезмерно настойчивому и даже настырному конструктору, что своей критикой не позволял пропихнуть в армию пушку Маханова. — Если с вашей Ф-22 удалить дульный тормоз, вам придется переделывать орудие, не так ли?
— Естественно! Можно сказать, что всю работу придется делать с нуля! — тут же кивнул головой главный конструктор означенной пушки. — Ведь дульный тормоз компенсирует почти треть силы отдачи при выстреле!
— И насколько сильно вам придется укрепить орудие, чтобы оно выдерживало всю силу отдачи? Насколько при этом увеличится вес? — нашел Роговский ту мозоль, на которую ему реально было надавить, чтобы на равных выступить с тем же Герканом.
— Там укрепления уже не помогут. Как я сказал, орудие придется полностью перепроектировать. А вес… Вес, естественно, вырастит. Сразу я точную цифру не назову, но никак не менее чем на триста килограмм и вплоть до полутонны. Либо же придется применять в конструкции очень много легированной стали, что приведет к её значительному удорожанию.
— То есть возможный окончательный вес в походном положении превысит те самые 2 тонны, о возможности буксировки которых рассуждал товарищ Геркан? — подвел-таки сотрудник Артиллерийского управления молодого конструктора к неприятному для того итоговому ответу.
— Совершенно верно, — не стал юлить и как-либо изворачиваться Грабин. — На весь указанный мною добавочный вес и превысит. Она ведь и сейчас едва в две тонны вписывается, учитывая 650 килограмм веса стандартного передка для трехдюймовки. Только в техническом задании на универсальную пушку не было никакого ограничения по
