чувствовала слабость и тяжесть во всем теле, но впервые за долгое время (ей казалось, что прошла целая вечность), не было жуткого ощущения неправильности и нереальности происходящего, которые давили на нее непосильной ношей.
Но сквозь туман бесконечного забытья и редких проблесков сознания она все-таки улавливала невероятную заботу и внимание со стороны своего окружения. И в первую очередь — самого лорда дракона.
Слишком утомленная, чтобы терзать себя размышлениями по этому поводу, Айнэ лишь глубоко вздохнула и инстинктивно прижала ладонь к груди. Она очень четко помнила, как нечто буквально разрывало в этом месте ее изнутри и сильнейшими всполохами и судорогами проходилось по всему телу и в итоге болезненно пульсировало в кончиках рук и ног, в животе и голове. И снова возвращалось к первоисточнику, чтобы начать эту страшную пытку заново…
Даже само воспоминание внушало ей тревогу и неприятное ощущение. И поэтому девушка повернула голову, чтобы в инстинктивном желании найти того, кто в эти дни и ночи служил ей своеобразными маяком в череде этой страшной боли и нестерпимого жара, пожирающей, казалось, не только тело и разум, но и саму душу.
И Ирравэль оказался рядом. Он безмятежно спал на животе, обхватив одной рукой подушку, а другой — слегка прикрыв глаза от льющегося из окна солнечного света.
Почему шторы не задернуты? Наверное, нужно подняться и сделать это… Надо просто постараться. Чуть-чуть поднапрячься и сделать каких-то несколько шагов. Не всё ж прохлаждаться в постели, когда вокруг нее и так столько времени носились, как с писанной торбой.
Откинув край одеяла, Айнэ неторопливо подтянулась к краю постели и медленно опустила ноги на пол. Немного посидела так, восстанавливая сбившееся от этого незначительного движения дыхание, и неторопливо поднялась. Ее, конечно, немного повело в сторону, но, в целом, ничего страшного она не ощутила — ни головокружения, ни судороги в затекших от долгого лежания мышц. Поэтому, осторожно ступая, она подошла к окну, несколько секунд поглядела через стекло на улицу и только потом задернула тяжелые портьеры. И поняла, что от навалившейся слабости не может сделать больше ни шага и поэтому тяжело опустилась на стоящее рядом кресло. От ощущения, что она сделала не несколько шагов, а прошла несколько километров, стало неприятно и стыдно, ведь, не считая регулярных ушибов и синяков, получаемых ею из-за неуклюжести, она болела очень редко. А чтобы еще и так тяжело! Такого вообще не бывало ни разу!
Но она видела, как болели братья и отец. Поэтому понимала, что эта иррациональная и неприятная беспомощность — лишь результат сильнейшей лихорадки.
Зябко подтянув под себя ноги и укутав их полами длинной ночной рубашки, Айнэ огляделась. И только сейчас поняла, что находится не в своей спальне, а в апартаментах дракона — гораздо более просторных и роскошных, чем ее собственная комната, и к тому же имеющие выход на балкон.
Спать Айнэ не хотелось. Но и сил разглядывать комнату у нее не было, поэтому девушка просто удобно откинулась на спинку кресла и слегка прикрыла глаза ресницами, погрузившись в состояние, близкое к дреме, но не ныряя в него окончательно. Иногда она переводила взгляд на какой-нибудь предмет и смотрела на него, не видя — лишь останавливала на нем свой взор, будто за маячок, помогающий держать верное направление.
При этом в голове была даже несколько приятная пустота. И только изредка, как будто скрытое дымкой, возникало то или иное видение из прошедших дней.
Неизвестно, сколько она так просидела — может, несколько минут, а, может, и часов, но дверь в комнату тихонько отворилась и внутрь бесшумно зашла Бэя с подносом. Увидев сидящую в кресле принцессу, она вздрогнула и тут же радостно улыбнулась.
— Госпожа! — тихо позвала она, и Айнэ, медленно обернувшись, прижала к губам указательный палец. Потом перевела взгляд на спящего дракона, и служанка понятливо кивнула.
Поставив на круглый столик поднос, Бэя также неслышно подошла к ней и наклонилась.
— Как вы себя чувствуете, госпожа? — спросила она негромко, — Почему вы не в постели?
— Устала лежать, — слабо улыбнулась в ответ девушка, — Да и лорду дракону надо отдохнуть. Я наверняка порядком надоела вам…
— Главное, чтобы вы поскорее выздоровели, госпожа. А выспаться мы все успеем. Что бы вы хотели? Хотите пить? Есть? Может, помыться?
— Было бы замечательно! — улыбка Айнэ стала мечтательной, — И… в туалет, наверное…
Своими сильными руками служанка без проблем помогла принцессе подняться и повела ее в ванную, которая тоже была в разы больше и роскошней, чем в ее комнате. Оно и понятно. Как-никак, хозяйская спальня. И хозяйская ванная.
Пока Айнэ справляла нужду и раздевалась, Бэя набрала на высоту двух ладоней латунную лохань, щедро разбавив горячей водой из постоянно греющегося на жаровне ведра, и помогла девушке забраться в нее. И, пока нагревалась очередная порция, служанка стала обливать ее и мылить немного липкое от пота кожу.
— Волосы… Тоже надо… — прошептала Айнэ.
— Лучше не надо, — мягко заметила рабыня, — Во время болезни не стоит долго сидеть в воде.
— Но они пахнут, — капризно заявила принцесса, которая, наоборот, чувствовала себя неожиданно комфортно и готова была просидеть так бесконечно долго. — И я правда чувствую себя хорошо! Гораздо лучше, правда!
Бэя с сомнением посмотрела на нее, но смиренно опустила ресницы, будто соглашаясь. Девушка и правда за несколько минут стала выглядеть в разы лучше.
— Лорд Ирравэль, кстати, тоже любит купаться, правда? — спросила Айнэ, когда по ее просьбе служанка добавила в лохань горячей воды.
— Совершенно верно. Поэтому в доме такая большая купальня. Еще есть река… Озера… Я слышала, что он хочет построить большой бассейн на улице, чтобы плавать.
— Было бы здорово…
— Считаешь?! — отрезанировав от плитки, подобно грому пронесся в ванной голос Ирравэля.
Девушки синхронно выдохнули идентичной “ой!” и обернулись в сторону дверного проема, в котором мужчина стоял, прислонившись к косяку и сложив на груди руки.
Выглядевший хмурым и помятым ото сна, он, тем не менее, не показался принцессе разъяренным. Разве что чуть-чуть раздраженным и недоумевающим. Что, в общем-то было не страшно.
— Доброе… утро? — несмело улыбнувшись, пролепетала Айнэ, тем не менее искренне радуясь видеть дракона ясно и не в затуманенном сознании.
Покачав головой, Ирравэль прошел внутрь ванной комнаты и уперевшись ладонями в бортики лохани, наклонился.
— А что это ты тут делаешь, принцесса? — глухо и хрипло пророкотал он, выдохнув прямо в лицо девушки.
— Эм… моюсь? — неуверенно проговорила Айнэ.
— После лихорадки? Очень самонадеянно!
Вжав голову в плечи, девушка тихонько выдохнула:
— Извините…
— Бэя! Уйди! — приказал он служанке, — Дальше я сам!
Разумеется,
