но она не может разорвать черные путы. А Гелла смотрит на меня с улыбкой, повторяя: «Я ведь всё равно лучше». Затем снился жаркий, душный лес. Изматывающий марш, где меня преследовали какие-то черные тени. Сил идти практически не оставалось, жажда и усталость замедляли шаги, а враги уже маячили в кустах рядом, тянули оттуда ко мне длинные когти.
Несколько раз я просыпался, ощущая себя немного лучше. Боль ещё не прошла совсем, но хотя бы можно было дышать и открывать глаза. Видимо, меня перенесли в один из домов тайной деревни. Но встать и проверить это возможности не было. Ко мне всегда довольно быстро подходила Гелла, шептала слова утешения, поила водой, а затем делала усыпляющий укол.
В таком режиме прошло… Черт его знает сколько времени. Едва ли слишком много, как показали дальнейшие события. Может быть, что-то около недели.
Проснувшись очередной раз, я услышал звуки боя снаружи. Попытался перевернуться на бок, чтобы посмотреть в дверной проем, но лишь получил порцию страшной боли. Сердцебиение участилось, а перед глазами замельтешило красное марево. Не сумев подавить приступ, я скорчился от боли. Судороги пронзили тело, принося ещё больше страданий. Я кричал, снова кричал и бился в конвульсиях. Целые минуты пропадали из памяти, растворяясь в красном омуте.
— Тише, тише.
Когда приступ стал проходить, то я увидел перед собой лицо Геллы. На нем чернели пятна-раны от попадания яда. Левое плечо сильно повреждено так что был виден скелет перевертыша.
— Что прои… сходит? — сквозь хриплый кашель, спросил я.
— Все хорошо. Мы будем вместе. Мы обязательно будем вместе. Засыпай.
Образ Геллы расплывался. Ее снотворное снова действовало. И теперь, вопреки недавней боли, я окунулся в водоворот приятных, а не пугающих видений. Мне снились объятья в темноте, стоны, страсть. Я не запомнил кто был моей любовницей. Искра, Гелла или некая абстрактная женщина. Лицо ее скрывал мрак, а голос звучал каждый раз иначе. И вслед за приятными видениями, пришла уже довольно сносная явь.
— Так… Не вставай резко. Медленно открой глаза. — произнес незнакомый женский голос.
Я открыл глаза и увидел бледное лицо, в обрамлении белых волос. Альбинос. Но не Половинка. Эта девушка была выше, а на левой стороне шее у нее чернела татуировка в виде глаза и трех капель под ним.
— Не пытайся говорить. — тихо наставляла она. — Проглоти лекарство. Вот. Оно будет немного кислить, но не дергайся.
Она достала железную, круглую коробочку, наподобие упаковок леденцов монпансье. Внутри оказались круглые красные пилюли, одну из которых она вложила мне в роли, залив теплой водой. Таблетка, действительно, оказалась довольно кислой, но вот эффект был очень приятным. По телу быстро разлилась теплота. Исчезли спазмы, судороги и зажимы мускулов. Учитывая как быстро она подействовала, таблетка явно необычная.
— Что это за магия? — прошептал я.
— Это не магия. — спокойной ответила девушка. — Это дар богини, плачущей о наших бедах.
Дар богини? А это что-то новенькое. Ладно. Надо осмотреться. Стоп. Я же в форте. Это открытие меня сильно порадовало.
— Ну что? Ему лучше? — раздался знакомый голос.
В комнату вошел Рок. Я обратил внимание, что его татуировка ренегата замаскирована шрамом. Так. Что происходит и кто эта девушка? Новая наемница? Фиг знает. Когда альбиноска ответила Року и снова повернулась ко мне, то мечник показал жест молчания, закрыв двумя пальцами губы. Ясно.
— Вас, кажется, зовут Крайт, верно? — спросила девушка.
— Крайт? Наверное. Если честно, все как в тумане. Я долго спал?
— Увы, не могу вам сказать. Вас усыпили перевертыши. Помните это?
Рок махнул пальцем в знак одобрения.
— Перевертыши? Да. Мы попали в засаду в лесу.
— Где это произошло? — спросила девушка.
Теперь Рок наоборот показал знак отрицания.
— Я не помню. Отряд вел другой человек. Какая-то небольшая поляна… Нет. Не могу точно вспомнить.
— Очень постарайтесь. — попросила девушка. — Я еще останусь здесь на несколько дней для вашего лечения. Вам пока следует оставаться в кровати. Даже если самочувствие наладится, не вставайте и избегайте физических нагрузок. Ваша болезнь, опаснее чем кажется.
— Болезнь? — поинтересовался я.
— Да. Мы плакальщики называем ее воспалением души. Вы исцелили свое тело магией, но она лечит не все. Это… — она поставила на тумбу перед кроватью коробку с таблетками. — Поможет на какое-то время. Но вам нужно беречь себя и, очень желательно, посетить наше святилище. Воспаление души весьма опасно. Оно приходит в виде приступов чрезмерной активности. Некоторым людям такое состояние может даже нравится. Они чувствуют себя сильнее, могут не ощущать боли, но затем приходит истощение. Истощается не только тело, но и душа. Затирается память, лучшие чувства уступают место низким страстям. В нашем многострадальном мире и так много печалей. Сберегите хотя бы себя.
— Спасибо, уважаемая Осень. — прервал её Рок. — Думаю, Крайту уже лучше. Эй, Перышко, проводи гостью в комнату.
— Я вернусь завтра. — предупредила меня Осень. — Пожалуйста, не забывайте мои советы. И не более двух доз лекарства в день. Иначе оно может быть опасно.
На этом плакальщица оставила нас с Роком. Я наконец мог поговорить о всем случившимся открыто.
— Ну ты, конечно, знатно закончил первый выход в роли командира. — усмехнулся мечник.
— Я пришел куда мне сказали. Откуда мне было знать, что там гнездо перевертышей.
— Проверка красной мазью? Ладно, остальные дураки. Но ты то мог вспомнить?
Мог. Только вот меня почти сразу вырубил приступ, да и что бы дала проверка? Перевертыши просто накинулись бы на нас раньше.
— Искра жива?
— Да. Прибежала к нам босиком и… Как ты понимаешь, она не особо могла рассказать, что приключилось. Благо дед с его картинками подсобил. Затем пошли вас вытаскивать.
Ясно. Значит перевертыши уничтожены или сбежали, если им повезло.
— Тяжело было? — спросил я.
— Да. Заруба была знатная. Сраный жрец привел в деревню десятка полтора меченосцев и штук семь других райдхор. А слуг я даже не считал. Трупами всё там завалили.
Черт. Жрец! Верно. Мы же сначала встретили жреца Корнерога, а он собирался устроить рейд на гнездо перевертышей.
— Да уж. Подстава. Вам сначала пришлось драться с перевертышами, а затем покрошить мечей.
— С перевертышами? — усмехнулся Рок, а потом шёпотом добавил. — А мы с ними не дрались.
— В смысле? — нахмурился я, приподнимаясь на кровати.
— Когда пришли в гнездо, то Скейл им предъявил за нападение на своих людей. Они с ним поговорили и решили откупиться.
— Откупиться?
— Ага. Награбили то они много, а деньги им не нужны. Пока мы решали вопрос компенсации, то нагрянули мечи в компании жреца и понеслось.
Мдэ. Значит Скейл договорился с перевертышами. Хотя чему удивляться? Они, конечно, монстры, но и робоскелет отчасти тоже. Все подчиненные для него лишь средства достижения цели. Эмоции он давно отключил. Так
