Читаем без скачивания Риск – это наша работа - Сергей Самаров

Шерхан вышел несколько расстроенный и обескураженный.

– В Дом правительства…

Машина поехала достаточно быстро. И уже заворачивала к крыльцу, на котором, как всегда в это время, стояла охрана, когда на сотовый телефон позвонила мама:

– Шерхан, ты что же, назначил человеку время, а сам уехал из дома…

– Какому человеку? – не сразу сообразил Шерхан.

– Он день вчера работал, ночь не спал, отчет тебе составлял. А ты…

Он понял, что мама специально так говорит, отчитывая его, как ребенка, чтобы не видно было посторонним, хотя и родственникам, горе, постигшее семью. Она гордая. А об утреннем свидании Шерхан вспомнил.

– Пусть на работу приходит. Я в кабинете буду. Потом отпущу его отдыхать. Объясни ситуацию…

– Он сам знает… Об этом сейчас все знают…

Звонок мамы вернул его не только к делам, которые пришли сами по себе, едва он переступил порог своего кабинета, в виде просителей. Они вернули его и к мыслям о возможности все же построить свою империю. Пришли вести о цементном заводе. Надо выбрать свободную минуту и заглянуть в интернетовский почтовый ящик. Наверняка уже есть коммерческие предложения из Москвы от Александра по поводу кирпичных заводов. Нельзя бросать начатое только потому, что случилась временная неувязка.

Именно так! Да! Да!

Только временная неувязка!

Он вернет эти деньги. Сам найдет их, если их не нашли спецназовцы. А если нашли, то он заставит эти деньги вернуть! Заставит!

Как?

Сейчас этот вопрос показался простым – ответ пришел сам собой. Заложник! Нужно будет захватить этого командира группы спецназа. Подполковник Разин, но не Степан… И обменять его на Батухана и на деньги…

Люди заходили в кабинет по очереди, что-то говорили, он что-то отвечал, подписывал или, наоборот, отказывался подписывать какие-то бумаги, но думал все это время о другом.

– Подождите несколько минут… – сказал вдруг очередному посетителю. – Я вас приглашу.

Он сам не сразу понял, для чего остановил прием. Что-то заставило его так поступить. Он сконцентрировал мысли и понял, что следует еще раз позвонить в прокуратуру.

– Нет пока прокурора. Не приехал, Шерхан Алиевич… – дежурный узнал его по голосу. Или, может быть, по телефонному номеру. Шерхан видел, что аппарат на столе дежурного с определителем.

– Может быть, вы мне подскажете… – решился Шерхан. – Где найти того подполковника, который брата захватил?

– Должны к нам приехать. Прокурор вызвал. А вообще… В райцентре. В военном городке. У внутривойсковиков они квартируют. Но с ним и говорить, я думаю, бесполезно. Суровый мужик.

– Я все же попробую. Если прокурор приедет, передайте, что я звонил.

– Обязательно… Одну минутку! Кажется, он приехал. Сейчас… Да… Подождите…

Трубку, очевидно, зажали рукой. Потом послышались щелчки и треск.

– Шерхан Алиевич…

– Да.

– Прокурор прошел к себе в кабинет. Он позвонит вам сейчас сам.

– Спасибо.

И только Шерхан положил трубку, как в самом деле позвонил прокурор:

– Доброе утро, Шерхан. Как самочувствие?

– Здравствуй, Казбек. Стараюсь изо всех сил чувствовать себя хорошо.

– У нас тут небольшие неприятности. Подполковник наплевал на мою радиограмму. Это плохо, хотя по большому счету он прав. Я не имею права ему приказывать даже территориально, не говоря уже о подведомственности. Они отправили Бату в окружную прокуратуру. Я уже был даже в ФСБ, но там меня приняли холодно. Сейчас буду докладывать президенту, но заранее знаю, что он не пожелает вмешаться. Он умеет действовать с этой стороны только чужими руками, а сам – открыто – действует только со стороны Москвы.

– И что же делать?

– Не отчаиваться. Надо искать возможность. Люди все живые… И все одинаково нуждаются в деньгах, и все одинаково хотят жить… Ты подумай. И я подумаю…

– Относительно денег ты ничего не слышал?

– Нет. Пока разговора не было. Там большая сумма?

– Больше пяти миллионов долларов.

Прокурор даже традиционно раскашлялся в трубку. Дыхание от услышанного перехватило.

– Если бы захватили такую большую сумму, разговор был бы обязательно. Мелочь обычно спецназовцы оставляют себе для «черной кассы». Помощь вдовам погибших… Но Бату был не глуп… Он должен был, я думаю, держать деньги в каком-то тайнике…

– Узнай мне все про командира спецназа. Мне это очень нужно. Его зовут подполковник Разин, но не Степан…

– Хорошо. Я узнаю. Трясти его надо, но будь с ним осторожен. Волкодав опытен и зол… Заезжай ко мне через часик. Думаю, что-нибудь к тому времени накопаю…

Прокурор звонил Шерхану с общего телефона. И ни один из абонентов не знал, что дежурный по прокуратуре поднял трубку параллельного аппарата и слушает их разговор. Дежурный принадлежал к тейпу вчера арестованного заместителя министра строительства, но его сейчас интересовала не судьба родственника, который помог ему совсем недавно построить хороший дом, а разговор о деньгах. Первые подозрения появились утром, во время очного визита Шерхана в прокуратуру. Что-то очень уж интересовало министра, весь вид его это показывал, но не хватило умения выспросить хитро и решительности для того, чтобы быть конкретным. Но что интересовало? И вот теперь стало ясно, что совсем не судьба брата… Вернее, в первую очередь не судьба брата… И очень хорошо, что в деле замешан сам президент. В республике найдется много недовольных президентом и еще больше интересующихся чужими большими деньгами…

ГЛАВА 3

1

Подполковник Разин мог спать в любых условиях и умел высыпаться, даже когда это для непривычного к подобному человека кажется невозможным. И сейчас он очень удобно свесил голову себе на обширное плечо, чтобы не стукаться ею об оконное стекло во время тряски по разбитой дороге, и дремал до тех пор, пока его не разбудил автомобильный сигнал. Оказывается, уже утро, рассвело полностью, хотя осенняя серость и ветреная морозность создают скорее впечатление вечера.

Они уже приехали. Водитель «Нивы» сигналит у ворот, требуя, чтобы их пропустили.

Разин бросил взгляд в сторону, и первое, что он увидел – красные кресты на дверцах микроавтобуса миссии «Врачи без границ». Микроавтобус остановился неподалеку. Подумалось, что врачей уже вызвали к заложникам, которых должны утром отправить в Грозный, как предупредил майор Веллер. Значит, скоро отправят и Меченого с остальными пленными.

Ворота наконец распахнулись. «Нива» проехала привычно к дверям. Света в окнах нет. Спят в отсутствие командира безмятежно. Тем не менее дверь открылась раньше, чем Разин успел ударить в нее стянутым перчаткой кулаком. Однако капитан Ростовцев встретил недовольным взглядом не подполковника, а Парамошу, который только выбрался из «Нивы» и еще не полностью открыл заспанные глаза.

– Ждал нас? – спросил Разин капитана. – Или просто бессонница навестила?

– В здешнем доме отдыха разве дадут поспать… – Ростовцев ворчит, как колхозный сторож. – Парамоша… К тебе еще до рассвета девицы из миссии приехали. Те австриячки… Ждут за воротами…

У Парамоши глаза открылись полностью, удовлетворенно блеснули, он перебросил ремень «винтореза» на плече и остановился перед порогом.

– Разрешите, товарищ подполковник, прогуляться на разведку?

Разин усмехнулся и взял у старлея винтовку:

– Гуляй!

Парамоша заспешил к КПП. Выспался в машине, похоже, до нормы и сейчас от сонливости не страдает.

– Как высадка? – поинтересовался капитан, когда подполковник зажег свет в штабной комнате.

Стогов, без остановки, похожий на сомнамбулу, прошел сразу в казарму.

– Нормально, – Разин поставил чайник на электроплитку и приготовил свою кружку. По ее виду догадался, что бойцы отдыхали и чаем баловаться посчитали лишним. – Отсыпайся, пока бог позволяет. Ночью поедешь со своей группой на смену. Часам к трем должны быть на месте. Значит, в ноль-ноль часов ноль-ноль минут должны выехать.

– Холодно там. Костры жечь нельзя. Надо бы почаще смену устраивать.

– Ага… И показать всем любопытным, что там засада. Или ты считаешь, что в сутках две ночи?

Ростовцев пожал плечами и прошел в казарму.

Подполковник сразу не лег, медленно, маленькими глоточками попивая чай, смотрел в окно, где началась уже обыкновенная жизнь военного городка. Где-то в стороне противно зашуршала метла. Хоть этим оружием владеть контрактники умеют хорошо. Глупо, конечно, ждать от них такой же подготовки, как в спецназе, но все же в местных условиях заниматься боевой подготовкой следовало бы в три раза больше. Чеченская война, к сожалению, мало чему научила многих командиров подразделений. Они прибыли из частей, расположенных в мирных городах. Там обстановка другая. Там можно было и расслабляться. Здесь расслабление смерти подобно.

Крепкий чай заставил сердце колотиться быстрее. Спать уже не хотелось – подполковнику хватило короткого сна в машине. Он заглянул в казарму. Там все тихо спали. Спецназовцы привыкли спать тихо и засыпать сразу, когда это необходимо, зная, что не всегда удастся выспаться в другое время, которое может наступить вскоре.