Когда мальчик вышел из комнаты, Шут подал королеве свою шляпу.
— Попробуйте уложить волосы под нее, но только так, чтобы при скачке коса не выпала. Если не сумеете… лучше обрезать.
Некоторое время Элея честно пыталась справиться с этой задачей, но когда вернулся с ножницами Хирга, лишь вздохнула и тихо попросила Шута:
— Давай это сделаешь ты… У меня рука не поднимается… Последний раз меня стригла мама, когда я приносила обет верности нашему народу.
Шут взял ножницы и попросил Элею сесть в кресло у окна. Густая коса цвета спелой ржи доходила ей до пояса, резать эту красоту было так жалко, что несколько минут Шут просто держал ее в своих руках, не решаясь сомкнуть острые лезвия. Когда он, наконец, сделал задуманное, волосы королевы стали короче на локоть. Теперь их без труда можно было переплести и спрятать под шляпу.
— Как легко… — промолвила Элея, осторожно проводя рукой по голове. — Даже приятно, — она коротко вздохнула, поглядев на себя в зеркало, но более ничем не выказала печали. Увидев в отражении расстроенного Шута, она ободряюще улыбнулась ему: — Не грусти, Патрик. Волосы — не голова, отрастут. Да и все к лучшему. У меня теперь нет служанок, чтобы мыть и чесать такую гриву каждый день. Ну, где там простынь? Доведем этот маскарад до совершенства.
— Спать-то не на чем будет, — робко подал голос Хирга.
— А ты сходи к хозяину, да возьми новую, а за эту заплати. У тебя как раз медяков полный карман, — Элея повернулась к Шуту. — Как резать?
Когда они выкроили нужный кусок ткани, королева прихватила шляпу и удалилась в свою спальню, откуда довольно долго не выходила. А потом дверь распахнулась, и на пороге возник молодой человек с сердитым лицом.
— Не знаю, Пат, как это делали твои знакомые артистки, но им явно кто-то помогал!
— Ну да… — Шут оглядел королеву с головы до пят и вынес вердикт: — Сойдет. Нужно еще немного сажи и дешевого вина. И ходить по-другому, — он хихикнул и, не удержавшись, старательно изобразил даму, которая внезапно обнаружила, что у нее между ног образовалось нечто новое. Королева сверкнула на него своими медовыми очами, но это было не страшно. — И вообще… Не знаю как вы, а я голоден ужасно!
Он подхватил со стола пустое медное блюдо и сделал вид, будто оно полно отборных вишен. Несколько минут Шут разыгрывал перед двумя своими зрителями пантомиму, будто хотел съесть хоть одну ягоду, но те всякий раз норовили от него сбежать — то под кровать, то в рукав, то за ворот Хиргиной курточки. Шут с недоумением разводил руками и раз за разом пытался утолить голод невидимым вишнями, пока королева и мальчик, заливисто смеясь не начали хлопать в ладоши. Тогда Шут надел блюдо на указательный палец и, хорошенько раскрутив, подбросил в воздух. Он поймал его у себя за спиной и вручил Хирге.
— Вот видишь, твой господин ничего не может без своего слуги! Может, ты нам добудешь хоть немного еды? — и весело улыбнулся мальчику.
18
Старательно обгладывая куриную ножку, Шут размышлял о завтрашнем дне. Интуиция его пока молчала, и это уже было хорошо. Значит, попытаться стоило.
Пока они с королевой наслаждались ужином, Хирга учтиво стоял позади стула Элеи и пытался прислуживать ей как настоящий лакей. Справлялся он с этим примерно так же, как с верховой ездой, ибо большую часть своей службы во дворце провел, ухаживая за животными. Шут вообще был удивлен, что мальчишка хотя бы приблизительно знаком с обязанностями дворцовых слуг, выходящими за рамки конюшни. Вероятно, новичков обучали всему понемногу, возможно даже была своего рода школа. Шут уже почти раскрыл рот, чтобы спросить Хиргу, но в этот момент за окном хлынул давно назревавший ливень, да так неожиданно и сильно, что в комнате стало совсем темно, и мальчик кинулся зажигать свечи.
— Похоже, осень будет дождливая… — королева посмотрела в окно, где тугие струи воды превратились в сплошную завесу. Разумеется, как и все окна в этой маленькой гостинице, оно не имело стекла, только раздвинутые на день деревянные ставни. Крупные капли часто ударяли по подоконнику, и осыпались внутрь комнаты мелкими брызгами. Хирга хотел было прикрыть ставни, но Элея его остановила:
— Не нужно… Оставь так. Я люблю дождь.
— Дак ведь… зальет ведь… Ноги-то потом промочите… — последние слова Хирга вымолвил едва слышно, он смущенно глядел в пол, черные вихры упали на лицо, так что и глаз не увидишь. Мальчишка прекрасно понимал, что перечить королеве не положено, но…
'Либо ему ни разу не доставалось как следует за дерзость, либо парень тонко чует грани дозволенного, — думал Шут, глядя на склоненную голову мальчишки. — Чует, кому можно возражать, а с кем лучше быть неприметней травинки. Если второе — то он далеко пойдет, такие люди везде ценятся… Ну, а если первое — тоже хорошо, значит везунчик'.
— Оставь, Хирга, — Шут и сам любил смотреть на дождь, он понимал желание королевы. Мальчик покорно кивнул, уловив твердые нотки в голосе господина и начал потихоньку убирать со стола — трапеза была окончена. — Ступай на кухню, возьми себе чего хочешь, поужинай там. Только не задерживайся. Как поешь — мигом обратно. Приготовишь постель королеве и на сегодня ты свободен. Медяки ведь у тебя еще остались?
— Да, господин Патрик. Спасибо, — Хирга поклонился и быстро кинулся собирать посуду. В отличие от своих хозяев, он был все еще голоден и спешил поскорее набить живот в трапезной для слуг. Когда мальчишка исчез за дверью, королева тихо вздохнула:
— Право, не знаю, что делать целый вечер в этой комнате… Идти куда-то слишком опасно, да и непогода… — подойдя к окну она вытянула руку наружу и задумчиво смотрела, как разбиваются о ладонь крупные частые капли. — Патрик, может, расскажешь чего?
Шут потер пальцем переносицу, перебирая в уме подходящие настроению байки, но внезапно ему в голову пришла мысль поинтересней:
— Ваше Величество, а давайте лучше спросим, нет ли у хозяина доски для 'престолов'! Вы ведь тоже любите эту забаву, я знаю.
Доска нашлась, и остаток вечера они провели за игрой. Прежде Шуту не доводилось состязаться с королевой, и он с интересом наблюдал за ее ходом мыслей. Сначала опасался, что придется подыгрывать и поплатился вскоре, потеряв пару фигур. Стратегия у Элеи оказалась неожиданной и, как сказал бы Руальд, поистине женской. Но эффективной.
Хирга, никогда раньше не видевший этой забавы для высокородных, сидел, приоткрыв рот, и пытался постичь смысл перемещения фигур на доске. Он вернулся с кухни довольный как кот, сделал все, что было велено, и сразу расстелил на широком сундуке у стены свой скромный матрас, выданный ему хозяйкой. Мальчишка почти падал от усталости, но когда увидел доску, любопытство взяло верх над желанием поскорее уснуть, и он тихонько примостился у ног Шута. Конечно, Хиргино поведение мало напоминало дворцовый этикет, но и минувший день был так не похож на жизнь в Солнечном Чертоге… Этот день вдруг сделал мальчика со скотного двора защитником королевы, единственным верным ее слугой. Всего один день изменил столь многое… И Хирга уже не знал, что верно, а что нет. Королева вдруг оказалась просто женщиной, такой же хрупкой, как, наверное, была когда-то его мама… А командование их маленьким отрядом неожиданно взял на себя чудак с бубенцами…
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
