Читаем без скачивания Обжигающий фактор - Кайл Миллс

— Никаких шансов. Внизу все слишком на виду.

Куинн несколько секунд грызла ноготь на большом пальце.

— Ты, Эрик, не стесняйся, если придумаешь, как бы нам выбраться, так сразу и говори. Ты вроде ведь самый умный, да?

Он нахмурился, оторвал спину от двери и, пройдя мимо девушки, взял с полки бутылку шампуня.

— Поверить не могу, что ты меня на это подбила.

Куинн последовала за ним вниз по лестнице. Вид у нее был встревоженный и стал еще встревоженнее, когда Эрик жестом велел ей оставаться на месте. Сам же он скользнул за угол и бесшумно подкрался сзади к уборщице, которая сейчас грациозно обмахивала метелочкой полку с фарфором.

Одним быстрым движением Эрик сорвал с нее наушники и зажал рукой рот. Второй рукой он вдавил ей в спину бутылку с шампунем.

— Не двигайся!

Она замерла. Задеревенела на месте. Явно эта женщина умела делать, что сказано.

— Я тебя не трону, поняла? Но ты должна выполнять все, что я скажу, и молчать. Ни звука.

Уборщица никак не отреагировала, так что Эрик повторил тоже по-испански. Последовал короткий кивок.

Чувствуя, как по лицу женщины катится пот, он отвел ее к чулану.

— Открой дверь, — велел он снова по-испански.

Она вроде бы поняла и повиновалась, но с явным трудом. Рука у несчастной так тряслась, что горничная не могла ухватиться за ручку.

— Не поворачивайся, — предупредил Эрик, аккуратно заталкивая ее в чулан. — Сейчас я закрою дверцу. А ты досчитаешь до пятисот. Поняла?

Он знал: надо пригрозить, что иначе он застрелит ее или что-нибудь в том же роде. Но не мог заставить себя это выговорить.

— Uno, dos…[4] — начал он.

Она присоединилась к счету, и Эрик закрыл дверь, оставив ее в темноте.

— Правильно ли я понимаю, что это игра в молчанку? В наказание? — спросила Куинн. Она сидела за рулем «хонды» Эрика и как раз свернула с ответвления в тихий пригород на большую и шумную улицу.

Эрик скрестил руки на груди и сделал вид, что не слышит.

— Ну ладно, Эрик, я же извинилась…

— Да ты, верно, ни на какое ФБР и не работаешь, — зло бросил он. — А эту свою карточку вытащила из коробки конфет, что тебе принесли вместе с лекарствами.

— Удостоверение самое настоящее, Эрик, правда.

— Ну, тогда, может, ты и правда агент. И пытаешься спровоцировать меня на преступление, за которое сможешь засадить.

— Ну брось. Ты же сам знаешь, что это неправда. Не будь таким ребенком.

Эрик разинув рот повернулся к ней.

— Ребенком? РЕБЕНКОМ? Я только что напал на пожилую женщину. Сзади.

Куинн вздохнула:

— Знаю. И мне очень жаль. Очень.

Некоторое время оба молчали.

— Спасибо тебе, — наконец проговорила девушка.

— За что?

— За то, что вытащил нас оттуда.

Гнев Эрика начал потихоньку слабеть. Молодой человек чуть откинулся на спинку сиденья, но руки его все еще были сложены на груди.

— Всегда пожалуйста.

— По крайней мере это было не зря. — Куинн старалась говорить как можно бодрее. — Я добыла несколько волосков. Не бог весть что, но, думаю, сойдет.

— Забудь.

— Что?

Эрик вытащил из кармана паспорт Крейтера и помахал им. Куинн в ужасе воззрилась на него:

— Ты украл паспорт?

— После нападения на уборщицу решил — какого черта, уже без разницы. — Эрик показал на переднее стекло: — Следи за дорогой.

— Зачем?

— Чтобы нам в аварию не попасть.

— Зачем ты украл его паспорт?

Эрик быстро пролистал маленькую книжицу и остановился на странице с двумя четкими штампами.

— Въехал во Франкфурт пятого июля тысяча девятьсот девяносто пятого года. Вернулся в Чикаго двадцатого июля девяносто пятого года.

Куинн потребовалось несколько секунд на то, чтобы осознать, что именно означают эти две даты.

— Последняя девушка…

— …убита семнадцатого июля, в Оклахоме. Я никогда не забываю дат.

Куинн уставилась на лучи фар, протянувшиеся навстречу ей с другой стороны дороги, и моргнула, прогоняя с глаз расплывающиеся пятна. Как так может быть? Ведь все указывало на Луи…

— А вдруг это фальшивые штампы? — сказала она, приподняв очки и протирая глаза. Прилив адреналина, вызванный сегодняшней безумной авантюрой, начал помаленьку отходить, оставив ее совершенно опустошенной. Она уже и не помнила, когда последний раз спала.

— Да брось ты, Куинн. Зачем бы это ему? Посмотри правде в глаза — Луи Крейтер не тот, кого ты ищешь. Кстати, куда это мы едем?

— Не знаю, — еле слышно прошептала девушка. Что теперь? Она пыталась заставить себя сосредоточиться на этой проблеме и даже не заметила, что рулит прямиком на тротуар, пока Эрик не перегнулся через нее и не перехватил руль.

— С тобой все в порядке, Куинн?

Она яростно встряхнула головой и со свистом втянула воздух, перехватывая управление автомобилем.

— Да. В полном порядке.

Эрик взял ее рукой за подбородок, легонько наклоняя голову девушки так, чтобы можно было заглянуть ей в глаза.

— А выглядишь ты не очень.

— Просто немного устала, только и всего.

Он кивнул, словно бы с искренним сочувствием.

— Почему бы тогда не поменяться со мной местами и не дать мне вести?

Первым побуждением Куинн было воспротивиться, но она внезапно поняла, как это глупо. По своей программистской работе она слишком хорошо знала последствия попыток обойтись совсем без сна. Все будто бы расплывается, тает в тумане, а голова делается легкой-легкой, точно наполненной газом. Скоро она совсем вырубится.

Она подвела машину к обочине и переползла по сиденью вбок, а Эрик, приподнявшись, пересел на водительское место. На миг фары выхватили из тьмы его профиль, а потом девушка прислонилась головой к окну и закрыла глаза.

— Куинн, Куинн, приехали.

Эрик взял с приборной доски ключи от номера и вышел из машины. Он уже прошел полпути через стоянку, когда осознал, что спутница за ним не идет. Вернувшись, он обнаружил, что она все в той же позе покоится на сиденье.

Эрик открыл заднюю дверцу, вытащил рюкзачок Куинн и забросил его на плечо. И уже собирался открыть дверь с пассажирской стороны, как понял, что в таком случае девушка скорее всего просто-напросто вывалится наружу. Пришлось дотягиваться до нее сзади и сажать попрямее.

— Куинн? Проснись и пой. — Он потряс девушку за плечо. — Куинн?

Она дышала медленно и ровно — и не реагировала.

Тихонько вздохнув, Эрик всунулся в машину и поднял Куинн — с удивительной легкостью. Хотя девушка была почти с него ростом, но весила поразительно мало. Пинком закрыв дверь, Твен двинулся назад к отелю, втихомолку гадая, что же такое, черт возьми, он сейчас делает.

Ответ, разумеется, был до смешного очевиден. Идет через парковку, таща на руках женщину, о которой не знает ровным счетом ничего, а на спине — ее сумку, битком набитую крадеными из ФБР досье. Причем шагает непосредственно после разбойного проникновения в дом агента ФБР и нападения на его горничную. Интересно, сколько всевозможных неприятностей может доставить своему ближнему одна-единственная взбалмошная девица в самые сжатые сроки?

К счастью, в лифте никого не оказалось, как и в коридоре третьего этажа. Вот вставить ключ в замочную скважину, отпереть и войти было задачей не из легких — но все же решаемой.

Эрик уложил девушку на кровать и снял с нее очки. Если не считать черных кругов под глазами, она была почти совершенной красавицей. Решительные, прямые черты лица, гладкая, хотя и бледноватая кожа, потрясающая стройная фигурка.

Хватит!

Он крепко зажмурился и отвернулся. Один серьезный роман в жизни у него уже был — и кончился самым ужасным образом, когда ему было семнадцать. С тех пор, разумеется, попадались всякие женщины — но все завершалось не более чем короткими интрижками. Эрик приучил себя не ждать большего. В конце концов они обязательно узнавали о прошлом… Лучше раз и навсегда признать, что его жизнь никогда не будет напоминать рекламку мятной жевательной резинки.

Он закутал Куинн в покрывало, на котором она лежала. И еще раз напомнил себе, что ее внешность — всего лишь случайный набор генетического материала да воздействия внешней среды. Если она красавица — это еще не значит, что она не параноик, не маньячка или не подсадная утка.

Самое умное сейчас было бы свалить. Уйти по-тихому домой — в тюрьму, которую он так долго и так упорно сам себе строил. Назад к картинам, которые никто никогда не увидит, и музыке, которую никто никогда не услышит. Назад к утонченным гурманским блюдам, которые он научился готовить на одного человека. Но он не мог. Пока еще не мог.

Открыв рюкзак Куинн, Эрик принялся копаться в его содержимом, не обращая внимания на папки и стопки распечаток. Кошелек, разумеется, оказался на самом дне. Эрик вытащил его и, бросив беглый взгляд через плечо, чтобы удостовериться, что девушка еще спит, опустошил содержимое кошелька на пол. Кто же ты такая, Куинн Барри?