кормишь. Чем, кстати?
– Борщом. – А на том конце трубки я даже услышала какой-то рык, отчего хихикнула. Стало смешно. И почему он так реагирует на то, что я кормлю его друзей. Детский сад, а не сборище взрослых мужиков.
– Борщом… – протянул он. – Почему ты кормишь всех мужиков, кроме меня?
– Так приезжай, и тебя накормлю! – вырвалось из моих уст и повисла тишина.
– Я приеду, – с неуверенностью в голосе проговорил Беркутов.
– Хорошо, жду. – И Андрей сбросил звонок, а я передала телефон Диме, который кроме супа ничего больше не замечал. Смотря на него, как он ест, хотела задать ему вопрос, когда он последний раз ел нормальную еду? Раз так реагирует на обычный суп.
– Беркут приедет?
– Да. Почему он так реагирует на то, что вы едите мою еду?
– А кто её ещё ел? – мужчина оторвался от тарелки и поднял на меня свои глаза.
– Фил с утра блины ел.
– Ревнует, – сказал спокойно тот и пожал плечами. А мне от его ответа стало не по себе. Как может меня ревновать почти незнакомый человек? Похоже, мне долго придётся привыкать ко всем тараканам этого странного мужчины.
Глава 15
Андрей
Он вышел из лифта и только ступил на грязный пол парадной, как услышал ворчание и повернул свою голову на звук.
– Ещё один припёрся. Ну, вы у меня дождётесь! – на реплику бабки он только хмыкнул и подошёл к двери, нажимая на звонок. Послышались быстрые лёгкие шаги, и дверь отворилась.
– Привет! – улыбнулась ему Вика и впустила в квартиру.
– У тебя всегда соседка так ворчит?
– Ага. Она думает, что у меня здесь притон. Ну ты в общем и сам всё слышал. – После её слов из кухни вывалился довольный Доктор, который меня взбесил одним своим видом.
– Ты всё ещё здесь? – прорычал Андрей на мужчину, у которого в ту же секунду сползла с лица улыбка.
– Уже ухожу.
– Давно пора. Можешь ехать, я завтра позвоню.
Пока мужчины перебрасывались между собой словами, Вика удалилась на кухню накрывать на стол. Мужчина закрыл дверь за другом и осмотрел квартиру, которая ему не особо нравилась. И как только она здесь живёт с сыном? Это же настоящий сарай, не иначе. Может, с ремонтом помочь, чтобы хоть по-человечески эти стены выглядели.
Хотя, несмотря на старые обои и мебель, в квартире было чисто и витал приятный аромат еды вперемешку с женским парфюмом. Он уже и забыл, каково это, приходить, где тебя ждут и всегда рады видеть.
Мужчина зашёл на кухню, и его взгляд приманила к себе бордовая жидкость в тарелке, от которой исходил пар.
– Присаживайся, поешь. – Вика отодвинула для него стул, а сама села рядом на табурет.
– А ты?
– Нет, спасибо. Я уже поела вместе с Димой, в меня больше не влезет. – Дима, значит. Почему он бесится из-за того, что она так добра ко всем, а именно к его друзьям? С утра Филу отдала его блины, а Доктора она уже Димой называет и кормит у себя в квартире. А его она впустила только под уговоры и напоила невкусным кофе. Что с ним не так?
С тарелки борща он перевёл свой взгляд на Вику и засмотрелся на неё. Она и правда была похожа на солнышко – вся такая с веснушками, курносым носом, пухлыми губами. И глаза, как два изумруда. Её постоянно непослушные волосы забавляли его, это было больше похоже на взрыв макаронной фабрики, а не на причёску. Локоны лезли ей в лицо и щекотали её, отчего девушка иногда смешно подёргивала носом. Такая забавная и красивая, словно солнечный луч, который ненароком забрёл в его тусклую жизнь, лишённую света.
Давно он уже не испытывал таких чувств, которые заставляли его задуматься. Ему нравилось, что она с ним естественная. На ней нет тонны косметики, нет наращённых ресниц. Она живая и настоящая. Она такая, как была его Даша. Почему он, который недостоин любви и заботы, который причинял, причиняет и будет причинять людям боль и страдания, почему такой, как он, встречает таких прекрасных девушек? Он их не достоин. Он портит им жизнь, как и другим людям, которые окружают его.
– Не вкусно? – спросила она, теребя свой фартук. Эта девушка ещё и беспокоится о том, что он скажет про её еду. Да он готов яд с её руки слизывать, только бы вот почаще так на него смотрела и грела своим взглядом.
– Очень вкусно, – улыбнулся он ей и продолжил есть.
– Тортик с чаем будешь?
– Буду, и добавку тоже буду.
– Правда? – она мило смутилась и улыбнулась ему. Ангел, а не девушка. Нет, нужно бежать от неё, пока он и ей не причинил вреда, как своей жене. А иначе он точно застрелит себя, и никто не сможет ему помешать.
– Да. Можно тебя кое о чём ещё попросить? – Вика посмотрела на него внимательно и на секунду застыла в ожидании вопроса. – Ты можешь больше не кормить моих друзей?
– Почему?
– Потому что я хочу, чтобы ты кормила только меня.
– Хорошо, – она с изумлением на него посмотрела и перевела свой взгляд на чайник.
Между ними повисла небольшая пауза, которую никто не пытался прервать. Каждый думал о своём. Андрей доедал остатки супа в тарелке, а Вика разливала чай по кружкам.
– Ездила сегодня к сыну? – Беркутов встал из-за стола и подошёл к окну. Открыл его и закурил.
– Да.
– Как он, когда выписывают?
– Доктор сказал, что в конце следующей недели уже домой поедет.
Мужчина стоял к Вике спиной и курил, вдыхая глубже сигаретный дым. Сейчас он начинал нервничать. Из-за чего? Наверное, потому что прекрасно знал, что нужно оставить эту девушку в покое. У неё своя жизнь, у него своя судьба, наполненная горем и потерями. Но он не хотел её отпускать. Он понимал, что может причинить ей боль, что у него сейчас не всё гладко
