— На всякий случай проверил — вдруг у него с собой еще что-то было, — обернулся к ребятам Быков.
В это время открылась дверь комнаты досмотра, и оттуда выскочил распаренный, как после русской бани, американец Кузнецов. Полы его плаща распахнулись.
Петька вдруг увидел оттопыривающийся нагрудный карман его пиджака и чуть не застонал.
— Не нужен был ему багаж! Любой программист всегда делает копии важнейших файлов на дискетах! Они у него в пиджаке!
— О нет! — побледнела Лариса. — Он же тогда все восстановит в пять минут!
— Задержать его сейчас нельзя, — занервничал Быков. — Да и встречающая охрана не даст, отобьет. Слишком серьезное дело.
— Печать, как без печати, — подхватил под локоть Кузнецова пограничник. — Актик без печати будет недействителен, пройдемте во-он туда, к стоечке, там все и оформим.
— Я знаю, что делать, — сорвался Петька с места.
Петька влетел обратно в приемную комнаты досмотра и, прыгнув на стол, снял со стены старенький громкоговоритель внутренней связи аэропорта и отодрал его крышку. На пол посыпались шурупы. Петька извлек из гнезда массивный динамик с мощным круглым магнитом и спрятал его на груди под курткой.
Кузнецов в это время, засовывая на ходу акт об уничтожении яблок в карман, двигался прочь от стойки. Пограничник украдкой утирал пот. Навстречу гостю из Америки спешили амбалы в кожаных куртках.
Никто не успел заметить, как из толпы, навстречу Кузнецову, вдруг ринулся какой-то подросток и, прижавглись к его груди, как Матросов к амбразуре, закричал:
— Дядя, ну наконец-то, мы вас так ждали!
— Какой дядя?! — возмутился Кузнецов, тщетно пытаясь отодрать от себя «родственника».
— Столько лет не виделись! — голосил Петька, плотнее прижимая магнит к внутреннему карману пиджака Кузнецова.
— Какой дядя?! Я — не дядя! — сорвался на истерику Кузнецов.
Петька вдруг почувствовал, что ноги его отрываются от пола. Один из подбежавших амбалов отставил его в сторону и, наклонившись, внушительно поглядел в глаза.
— Ошибся ты, парень. Это — наш дядя.
— Да-а? — растерянно пробормотал Петька. — Ну да ладно… Чего он тут тогда третью мировую устраивает?
Амбалы подхватили с двух сторон американца и буквально понесли его к выходу. Однако Кузнецов, до которого дошел странный смысл фразы о «третьей мировой», пару раз обернулся и недоуменно взглянул на Петьку.
— Кончено, — подошел Петька к Володьке и Ларисе. — Теперь у него ничего нет — все размагничено. Только, Сергей Васильевич, заплатить за громкоговоритель у меня денег нет…
— Что?! — захохотал майор на весь аэропорт. — И это мне говорит парень, который только что сорвал операцию по краже миллиардов долларов! Денег у него нет… За радиоточку заплатить… Ой, держите меня!!! Ну, брат, насмешил ты, давно так… — принялся утирать слезы Быков. — Денег у него нет… Интересно, а вашему Чужому-Абдулле ибн Кузнецову смешно будет, когда он обнаружит, что вся его база данных потерта? Наши бандиты — это не токсоиды: с живого шкуру снимут. Да-а, не завидую я ему — не вернется он в свою Алабамщину…
На этом вся история, связанная с «Третьей Мировой», закончилась. Ни на следующее утро, ни через день никаких сенсационных покупок и продаж на биржах мира зарегистрировано не было.
Петька, Володька и Лариса уничтожили копии файлов, касающихся колор-вируса.
Сергей Васильевич Быков договорился через своего приятеля в Интерполе, чтобы то же самое было сделано с архивами Кузнецова в США. С колор-вирусом было покончено.
Единственное, что еще не было ясно ребятам, — так это: кого любит Лариса.
Петька был уверен, что раскованный Володька, у которого к тому же язык был подвешен как надо, уже отвоевал себе главное место в сердце Ларисы.
Володька, иногда исподтишка поглядывая на друга, поражался его уверенности и умению держаться в любых ситуациях молодцом — словом, быть настоящим мужчиной. «Конечно, — думал он, — девчонкам именно такие парни и нужны, и Лариса тут — не исключение…»
Когда парни наконец набрались смелости и спросили у Ларисы напрямик — с кем бы она хотела пойти сегодня вечером в кино, та хитро взглянула на них и рассмеялась.
— Вы знаете, а у меня уже есть парень.
— И давно? — прохрипел Петька, чувствуя, как холодные пальцы разочарования сжимают его сердце.
— Давно, — прыснула Лариса. — И зовут его «Компьютер «Ай-би-эм». Я как раз на него вчера новую видеоплату поставила, так что приглашаю на просмотр «Джентльменов удачи» с лазерного компьютерного диска. А с кем я пойду потом в кино, я еще не решила…
