Читаем без скачивания Иной смысл - Иар Эльтеррус

Стало легче, но смутное чувство, до того незаметное за волной дурноты, начало набирать силу. Угроза, опасность — неосознанная и даже не сформированная до конца, но уже существующая. Отчего, почему? От кого? И кому — ей или Крылатому?

Почему-то захотелось еще раз взглянуть на крис. Сейчас Катя жила инстинктами, сейчас она доверяла каждому своему желанию, и чем неожиданнее и необъяснимее оно было, тем больше доверия вызывало.

Пальцы наткнулись на рукоять, стоило опустить руку в сумочку. Катя осторожно достала подарок Теодора, извлекла кинжал из ножен, взглянула на узор, складывавшийся в четкий рисунок. Настолько же четкий, как был у того парня, Стаса, в прошлом году… уже даже позапрошлом. Девушка повернула крис, решив посмотреть на узор с другой стороны.

Там скалился череп. Отчетливый, детально прорисованный. Раньше, когда Катя рассматривала клинок в магазине, его не было.

Внезапно череп оскалился. Вопреки всем законам логики — во-первых, нарисованные черепа не скалятся, во-вторых, черепа вообще не скалятся. Но череп оскалился.

Катя вскрикнула. Панический ужас взял за горло, метель вдруг усилилась в разы, обращаясь смерчем, в белом вихре проступила темная, страшная тень. Девушка вскинула руки в защитном жесте, клинок оказался слишком близко, и волнистое лезвие прочертило алую дорожку по руке, легко прорезав тонкий свитер и блузку, а за ними — кожу, сосуды, сухожилия…

— Нет!

Пальцы сжались на рукояти сильнее, Катя, не замечая раны, снова взмахнула рукой, пытаясь отогнать тварь из белого смерча, отступила на шаг, еще на один…

Гладкие, тонкие подошвы сапог легко скользили по снегу, наметенному ветром на террасу. В спину толкнулось ограждение, земля ушла из-под ног, и Катя ощутила, что летит. Летит с крыши двадцатипятиэтажного здания, летит вниз, и, что бы там внизу ни оказалось: лед, бетон, или даже сугроб, — ее не спасет уже ничто.

III

И жив птицелов, пока птица поет.

Кто из нас птица, а кто — птицелов?

Бывает так, что все радужно. Все получается именно так, как задумано, во всем везет, каждое начинание приводит к успеху, каждое знакомство оказывается полезным, и даже если и случается какой-либо провал, то в итоге и он идет на благо. На гребне такой удачи многие взлетали столь немыслимо высоко, что, падая, разбивались вдребезги.

Кейтаро ненавидел, когда ему везло. Хладнокровный и сдержанный, он скрипел зубами и сжимал кулаки, едва замечая в пределах своей деятельности след озорной Фортуны. Удача — нечто заранее непредсказуемое, больше того, как и все в жизни, требующее уравновешивания. А что уравнивает на весах случайностей неоправданное, неожиданное везение — не результат собственного труда, а именно подарок судьбы? Только столь же неоправданная неудача, случающаяся вопреки всем предпринимаемым предосторожностям.

Кейтаро ненавидел удачу. И — следует заметить, не без повода, — считал, что если бы большинство людей дало себе труд задуматься, что такое «везение», откуда оно происходит и что за него бывает, то они разделили бы его позицию. В то же время Кукловод, не имевший привычки лгать себе, радовался факту, что большинство — да что там большинство, практически все население Терры — не способно достичь уровня его мышления и осознания. И это было правильно — марионеткам ни к чему понимать замыслы господина и повелителя.

Кейтаро ненавидел слепой случай. Он всегда умел его избегать: не принимал «подарки судьбы» в ином виде, кроме уравновешивающего недавнее невезение фактора, старался не принимать слишком выгодные предложения, если не мог достоверно убедиться в том, что их происхождение является результатом его собственной работы, и никогда, никогда не участвовал ни в каких играх, предполагающих победу удачей, а не трудом и разумом. Кукловод был уверен, что защитил себя от капризов Фортуны.

Но вот уже полтора месяца он все больше и больше опасался, что все же привлек к себе внимание своенравной судьбы. Все шло слишком хорошо — все удавалось, все получалось, во всем сопутствовал успех, и зачастую — в тех случаях, когда Кейтаро изначально ждал провала… конечно, предварительно к нему подготовившись. Но провала не следовало, и Кукловод нервничал все больше и больше.

Прохладный зал VIP-номера в лучшем отеле Испании настраивал на рабочий лад. Палящие солнечные лучи не проникали сквозь плотные, тяжелые шторы, бесшумно работающий кондиционер безупречно охлаждал и увлажнял чрезмерно сухой для побережья воздух. Зал был обставлен стильной и удобной мебелью — Кейтаро терпеть не мог старинные, тяжелые кресла и массивные столы, предпочитая им эргономичный хай-тек. На стеклянной столешнице красовалось несколько мощных компов, только один из которых был подключен к интерсети — вычислительной мощности любого из них было бы достаточно, чтобы координировать действия спутников на орбите планеты, но Кукловод Закона ставил перед собой задачи посложнее. Например, в последнее время его волновал президент совета директоров мировой корпорации Hi-Tech — он проигнорировал уже два более чем прозрачных намека на то, что России не следует поставлять новейшие компы ни за какие деньги и допустим лишь обмен технологий, — Кейтаро здорово интересовала последняя разработка московской корпорации «Космос». Русские ухитрились создать пока еще только чертежи вполне рабочего варианта атмосферного купола, установка которого на Луне, в местах основных залежей ценных ископаемых, окупит себя буквально за полгода и начнет приносить чистую прибыль. Впоследствии, когда залежи будут истощены, вполне возможно реализовать проект «Лунный город», поместив на спутнике планеты несколько исследовательских космических лабораторий, а позже — чем черт не шутит — плотнее заняться исследованиями Марса. В конце концов, нарушителей законов достаточно во всех странах, вот пусть это человеческое отребье приносит хоть какую-то пользу. Не рисковать же законопослушными гражданами, которые могут еще пригодиться и здесь, в сравнительно комфортных условиях.

Итак, президент совета директоров Hi-Tech. Кейтаро коснулся экрана, в тысячный раз ввел пароль, открывая досье. Ничего примечательного, ни на чем не прижмешь — ни наркотиков, ни сокрытых налогов, ни порочащих связей… Значит, придется устроить. Можно было бы просто убрать несговорчивого президента, но он еще не исчерпал ресурс полезности.

Кого отправить? Кукловод задумчиво перебрал в голове своих марионеток. Отбросил всех силовиков: грубые исполнители, неспособные — да и не имеющие права — пользоваться мозгами, вроде российского Косты или английского Профессора, могли только испортить дело. Практики Братства тоже не подходили — нет, любой из так называемых Повелителей справился бы с задачей, но лишний раз связываться с этой структурой Кейтаро не хотел. Маги из числа марионеток? Вариант, хотя все равно не то…

А вот это подойдет. Отличный психолог, прирожденная актриса, к тому же наделенная уникальными внешними данными. Чем не вариант?

Японец усмехнулся, устанавливая связь с далекой Новой Зеландией.

Спустя минуту на экране компа отобразилась спальня… девочки лет тринадцати. Роскошное убранство в розовых и белых тонах, заваленная мягкими игрушками кровать, плакаты с певичками, похожими на куколок, и с героями популярных мультиков… Обитательница комнаты вписывалась в обстановку идеально: совершенно очаровательная девочка с золотистыми кудряшками и огромными, по-детски наивными голубыми глазами. Разве что фигура не по годам развита — но это бывает.

Только Кейтаро знал, что крошке Алисе на самом деле за пятьдесят, а число мужчин, с которыми она спала за свою жизнь, исчисляется четырехзначным числом.

Коротко объяснив марионетке, что от нее требуется, Кукловод оборвал связь. Вот и все. Спустя пару недель президент Hi-Tech либо сделает все, что от него требуется, либо весь мир — а главное, его любимая супруга — узнает о сексуальной связи «примерного семьянина» с тринадцатилетней девочкой. Для Алисы ничего не значат возраст и наклонности объекта — она способна была соблазнить даже пожилого гомосексуала, не рассматривающего ребенка, да еще и женского пола, в качестве сексуального партнера даже в кошмарных снах, или стопроцентно гетеросексуальную женщину, испытывающую к девочкам такого возраста только материнские чувства.

Внезапно Кейтаро улыбнулся. Его посетила идея, как избавиться от проклятого везения.

Список контактов. Выбор. Связь.

— Делай, что хочешь, но не допусти контакта Алисы с Франком Малиньяром в течение месяца. Условие одно: ни Малиньяр, ни Алиса не должны пострадать. В остальном — действуй по обстоятельствам.

Вот и все. Он помешает самому себе. И неважно, кому удастся выполнить приказ — другого ждет неудача. А пока что надо подстраховаться.