Читаем без скачивания Восточный квест - Анатолий Матвиенко

— Молния бывает без грозы. Если они поймают молнию в ретранслятор? — Я взял корпус антенны в прицел.

— Шеф, ты воспринимаешь их как врагов заранее. Мы еще ничего толком не разведали.

— Кто здоровается со мной пулеметной очередью, не спешит стать моим другом. Чуйка у меня — они враги. Когда познакомимся поближе, узнаем, насколько они враждебны и опасны. Но все равно останутся противником.

Долгого путешествия не вышло. Через полтора суток буксир прибыл к деревообрабатывающему комбинату у поселка Тара. Рассматривая копошащихся рабочих, заметили несколько русских лиц, хотя азиаты преобладали. Умно. Выдвинули ДОК в тайгу, чтобы возить вверх готовые пиломатериалы.

— Шеф, директор комбината обязательно в курсе, что творится. Берем «языка»?

— Представь, ты захватил ван Меера. Он расскажет, как прибыл блаженный ван Нааген, самим пророком наделенный высшим Знанием, и построил в Роттердаме цех металлообработки. Тебе это надо? Мы должны захватить местного ван Наагена. Иначе засветимся раньше времени, но ничего не узнаем. Интересно, русские тут кто — рабы, крепостные, вольнонаемные? Если невольники, мой счет новым хозяевам Иртыша продолжает расти.

На следующий день самоходная баржа, груженная брусом и досками, двинулась вверх по течению. Ее экипаж — старый капитан, помощник и механик — не догадывались, какие странные пассажиры затаились среди пиломатериалов. Их счастье. Узнали бы — пришлось мочить. Разведка не оставляет свидетелей.

До Зайсана еще более полутора тысяч километров, не менее пяти дней неспешного хода баржи. Говорила мама — нет дела хуже, чем ждать и догонять. Есть время поучить китайский.

35. ЗЕМЛЯ-2. 06.09.1670. ПАРИЖ

Новый учебный год в Сорбонне начался с неурядиц. Резкое увеличение набора и открытие новых факультетов сами по себе источник проблем. Хуже другое — труднообъяснимое снижение образовательного уровня абитуриентов. Если в прошлом году в студиозусы шли молодые люди, фанатично тянущиеся к знаниям, то в этом основной поток составляли выходцы из богатых семей. Авторитет Франции в области науки, техники, политики и военного искусства вырос настолько, что огромное количество недорослей приехало в Париж из соображений престижа.

Появились иностранные студенты. Кроме дружественных Провинций, покоренных Испании и Португалии, союзной Британии, в Париж приехали пруссаки, шведы и даже русские. Количество претендентов почти в три раза превысило плановый набор.

На втором курсе шли занятия, но пан Тадеуш практически все время проводил с первокурсниками, утрясая скандал за скандалом.

Русские отроки, казалось, сами не понимали, куда и зачем приехали. Сопровождаемые косматыми бородатыми дядьками в островерхих шляпах, они потерянно толпились в приемной. Мало того что боярские дети ни слова не понимали по-французски, они и на родном языке говорили коряво, с трудом читали и, высунув от усердия язык, выводили свою подпись, забрызгивая чернилами все вокруг.

Шведские ребята все как один были из купеческих семей, обученные грамоте и счету. Но и для них французский язык оказался не самым понятным.

Обсудив ситуацию с Голдбергом и Гюйгенсом, пришли к самому очевидному решению: открытие подготовительного отделения, где будущие студенты за год выучат язык, освоят основы математики и других наук, привыкнут к стандартной для Парижа гигиене. Таким образом, удалось не обидеть знатных и влиятельных родителей, их отпрыски хоть в каком-то виде начнут учебу в университете. Первый набор на ПО составил целых двести человек!

Но и после этого сотни молодых людей остались за бортом. Мазовецки вынужден был провести отбор путем устного собеседования. Всех стремившихся на производственные специальности и отвергнутых отправили на предприятия избранного профиля с гарантией преимущественного поступления в следующем году, когда будут введены конкурсные условия, известные заранее.

Двадцать семь иностранных абитуриентов, то есть практически все, удовлетворительно понимавшие по-французски, были приняты. Еще, к непередаваемому возмущению консервативного преподавательского состава, в число первокурсников попали две парижанки. Хотя равноправие полов закреплено в конституции, дарованной «святым» Клинтоном, пройдет еще несколько поколений, пока романтические и галантные французские мужчины начнут считать женщин людьми, а не самками человека.

36. ЗЕМЛЯ-2. 07.09.1670. ТУНИС

Снова северное побережье Африки, снова город называется так же, как и страна. Как и прежде, в прицеле главная база средиземноморского пиратства, предыдущая превратилась в груду развалин. Отсюда до сицилийских портов чуть больше двухсот километров, огорчительно для тамошних мореходов.

Короткий переход из Кальяри не прошел впустую. Два берберских судна и бриг, не отреагировавшие на предупредительный под бушприт, были остановлены самым решительным образом. На мостике неожиданно раздался громкий голос на арабском: уничтожаю бриг, не остановитесь — тоже пойдете на дно.

Мохаммед с интересом наблюдал за эффективностью новых снарядов, давно забытых на Земле-1. Семидесятипятимиллиметровое орудие полыхнуло вспышкой, фугас влетел в левый борт в районе грот-мачты. Пороховые запасы не взорвались, но все равно картина гибели изящного парусника не могла оставить равнодушным никого. Особенно тех, кто на нем находился. Корпус вспух, между бортом и гротом поднялся гейзер огня, дыма и досок настила. В воздух полетели обломки шлюпки, бочки и ящики, принайтованные на палубе. Несколько метров обшивки вылетели наружу, образовав огромную брешь. Подрубленная у основания и не удерживаемая вантами слева, грот-мачта рухнула по ветру вперед и вправо, упав стеньгой на рею фок-мачты. Ванты фока, вырвав кусок из разбитого борта, взлетели вверх, и обе мачты тяжело рухнули в воду. Трюм быстро заполнился через разорванный борт и многочисленные щели между разошедшимися досками. Команда не успевала повернуть шлюп-балки и спустить шлюпки на воду, все, кто избежал контузии от ударной волны, прыгали за борт и пытались уцепиться за плавающие предметы. Нонсенс, но большинство из них не умело плавать. Нелегко удержаться на воде, когда на голове тюрбан, на теле халат, на ногах сапоги, а на поясе — абордажная сабля и пистолет.

Увлекаемые балластом, остатки брига ушли на дно, образовав воронку. В нее засосало несколько человек из команды, остальные ухватились за кусок грота и прочий оставшийся на поверхности мусор. Им на помощь поспешил нидерландский работорговец, и его трюм пополнился первым товаром.

Головной бербер начал спускать паруса, а экипаж второго заложил поворот к отмели, явно надеясь, что нападающие вцепятся в груз и не будут преследовать шлюпки. Их надеждам не было суждено сбыться.

— Вторая башня, пулемет, короткими по корме, вывести из строя рулевое. Пулемет, огонь по пиратам на юте.

Башня огрызнулась короткими очередями, изрешетив корму. ПКМ смел очередью стоявших на шканцах.

Лишенный управления парусник начал разворачиваться по ветру, одновременно на борту засуетились, спуская шлюпки. Не успела первая из них коснуться воды, в нее влетел свинец калибра 12,7 мм, брызнули щепки, остатки кормы и носа повисли на шлюпочных талях отдельно друг от друга.

Даже это не заставило экипаж сдаться. Не убирая парусов, мусульмане столпились на палубе неуправляемого судна. В руках держали сабли, пистолеты и мушкеты, на лицах злобная решимость. Они явно пустили бы в ход пушки, но пароходы держались под неудобным для них углом.

«Энола Гей» впервые испытала малый артиллерийский калибр в боевых условиях. Орудие послало снаряд в корпус, и Мохаммед понял, что даже такой небольшой боеприпас причиняет деревянному кораблю значительные разрушения. Понимая, что этот груз им уже не достанется, дал команду на добивание. Лишь впоследствии выяснилась причина упорства берберов: полный трюм европейских рабов. Они ушли на дно вместе с тюремщиками.

Самый покорный корабль принял призовую команду с флейта. Мусульмане перекочевали в трюм, а голландцы отправили приз в Кальяри: прием захваченных судов с грузом был оговорен во время стоянки на Сардинии.

Размявшись на несчастливой тройке, эскадра вошла в Тунисский залив. На горизонте появилось несколько парусов, но крупных целей, ради которых стоило затевать охоту, не нашлось. Поэтому развернули трехкилометровую ловчую сеть. «Миссури» принял к северному берегу, парусные корабли вытянулись в линию к югу и легли на параллельный курс. При виде эскадры местные моряки спешно разворачивались, шли к порту или пытались прошмыгнуть в южную часть залива. Принявшие к югу стали легкой добычей «Энолы», а на оставшихся севернее оторвался «Миссури».

У самого города предупредительными по курсу остановили бербера, галеот, шхуну и шлюп, чтобы экипажам парусников было чем развлечься. Порт Туниса не был прикрыт крепостицей, как Алжир. На берегу возвышался одинокий форт. Не желая тратить времени и снарядов, Мохаммед четырежды нажал на спуск ручного бластера. Судя по взрывам пороховых бочонков, посылка нашла адресата.