Половина мужчины была вампиром, и я переживала, что эта его часть мне нравится. Сильно.
— За это у тебя останется след, — сообщил он с твёрдым убеждением.
Как будто я не чувствовала себя вовлечённой. Словно его член, твёрдый как скала, не давил на мой живот.
Тем не менее, я была не в состоянии дать умный ответ. Слишком сконцентрировалась на том, чтобы просто дышать.
Вон поднял лицо в поиске моего взгляда. Я не поняла почему. Когда не обнаружил то, что искал, он скользнул рукой между моих ног. Отодвинул мои трусики и осторожно провёл пальцем. Хотя не было никакой реальной необходимости быть осторожным. Фабрики по производству смазки должны были мне завидовать. Мое нижнее белье было в плачевном состоянии.
— Горячая и влажная, — сказал он.
Я нахмурилась.
— Ты ожидал чего-то другого?
— Просто проверяю. — Один, два раза, он поцеловал меня в губы. Быстрые, отчаянные жесты. Ничего из того что я жаждала. Я хотела, чтоб он поглотил меня. Он издал счастливый звук, пока держал палец внутри меня. — Я волновался, когда ты ничего не говорила. Пришлось проверить всё ли в порядке.
— В этом есть смысл.
— Хм. — Его большой палец скользнул в мои трусики, в опасной близости от перевозбужденного клитора. Я ахнула, сильнее удерживая его за волосы. Мужчина вздрогнул, но не пожаловался. И просто для протокола — он дышал так же тяжело, как и я.
— Должны ли мы выбрать стоп-слово или что-то в этом роде? — спросила я, пытаясь перейти к делу, обращая внимание на практичную сторону ситуации.
— Конечно. Если тебе станет лучше.
— Окей. — Палец внутри меня крутился, входил и выходил, вызывая у меня прекрасные ощущения. Каждая мышца там сжималась в ликовании. Я чувствовала, как пульсирует между ног.
— О боже, как хорошо.
— Какое твое стоп-слово, детка?
— Продолжай, или я тебя убью?
— Как? — Умелый палец дразнил мой вход, распространяя вокруг влажность.
— Хочу больше.
— Скоро, — сказал он, медленно вынимая руку из моих трусиков. Проклятье.
У меня вырвался печально жалкий стон.
— Нет. Сейчас.
— И значит, она говорит мне, что когда мы занимаемся сексом, я должен начать думать о чём-то другом. — Он прижался бедром между моими ногами, поддерживая постоянное давление на мой пах. Мои женские органы отчаянно требовали внимания. Невозможно было не прижиматься к нему, хотя б это немного смягчало желание. История, которую он рассказывал, не отвлекала достаточно.
— Я должен держать свой ум в напряжении, пока мы это делаем, сказала мне она. — Вон одной рукой держал моё бедро, а другой сдвигал вниз чашку бюстгальтера и ласкал грудь. — Она спросила меня, что мне нравится. Я сказал, мне очень нравятся гитары Fender.
— М-м-м-м,— отозвалась я, пытаясь оставаться вежливой.
— Поэтому я должен думать о гитарах Fender.
— Гитары Fender. Правильно.
— Ты меня слушаешь? — спросил он. Его большой палец потирал мой твёрдый сосок, ухудшая ситуацию ещё больше (или улучшая, в зависимости от точки зрения). Чёрт, он смотрел на меня с таким голодом. Я не знала, что делать, чтобы получить от него больше. Жар от его кожи и запах пота, всё в нём сводило меня с ума. Ненасытная. Для меня было слишком.
— Что? О да. В основном. — Я потёрлась о его ногу, не заботясь о том, как выгляжу. Стремилась только к удовольствию. — И потом?
— И потом. — Его рука схватила мою задницу, крепче прижимая к своей ноге. Между тем другой рукой Вон приятно играл с левой грудью, потирая и слегка прижимая сосок. Его пальцы сжимали сильнее, провоцируя странные ощущения. С ним мне нравилось экспериментировать.
— Твою мать, ты влажная. И твой запах меня убивает. У меня появляется желание съесть тебя целиком.
— Войди в меня сейчас. Об оральном сексе подумаем позже.
— Позже, — согласился он. — Нам нужно переместиться в спальню.
— Нет времени.
— Дерьмо. — Вон сосредоточился на моих губах, чередуя покусывания и поцелуи. И в то же самое время его руки продолжали проделывать удивительные вещи. Замечательные и потрясающие. Но действительно, у всего есть свои пределы. Пришёл момент перейти к стадии, когда он вошёл бы в меня.
Я засунула руку в боксеры и провела ладонью по его члену. Мягкая, гладкая кожа покрывала совершенную твёрдость. Это официально. Моя рука попала в рай. Серьезно, кто думал, что спасение скрывается в штанах Вона? Не я.
Обхватила его пальцами и стала благоговейно поглаживать.
Вон застонал, а его голова упала вперёд, опираясь на мою.
Немного жидкости попало на пальцы, поощряя меня продолжать, увеличивая ритм.
— Лидия, не заставляй трахать тебя напротив этой двери.
У меня внутри всё сжалось.
— Боже, это звучит хорошо. Давай сделаем так.
— Дерьмо.
Я завела свою свободную руку на его затылок, чтобы сблизить наши губы. Пришло время заявить о том, чего я желала. Все, о чём мечтала. И, чёрт возьми, полна абсолютной решимости это получить.
Вон с рычанием набросился на мой рот и яростно поцеловал. Мы оба использовали наши губы, зубы и языки. В нас горело отчаянное желание объединиться. Война была бы менее бурной. Наши языки переплелись, что позволило мне попробовать его. Но этого для меня было недостаточно. Этого никогда не будет достаточно.
Его бёдра работали, он трахал мой кулак. Его член становится всё тверже и толще. Ещё немного, и я кончу ему на ногу, а он в мою руку. Какая удивительная идея. Сама мысль чуть не привела меня к оргазму.
Так близко.
Внезапно он отошёл. Немного рискованно, хотя я была уверена, что он понимает то, что делает. Может быть. Без его бедра, поддерживающего меня, моя задница чуть не упала на пол. Моя спина стала скользить по двери, колени дрожали. Потребовалось время, чтобы я смогла восстановить равновесие.
— Вон?
Одной рукой он сжимал член.
— Подожди.
Лямки бюстгальтера заскользили по моим рукам, и я сбросила нижнее белье на пол, стараясь не обращать внимания на своё уродливое тело.
— Но…
— Секунду. — Он схватил свои джинсы и начал искать в карманах. У него в руках появилась коробка презервативов, которую он вскрыл как человек, одержимый дьяволом.
Да. Да.
Я стянула свои трусики, и он поступил так же с боксерами. Судя по выражению лица, взгляду и тому, как искривился его рот, казалось, что Вон чувствовал себя вовлеченным в гонку. Привычно и уверенно он раскатал презерватив, а затем приблизился. На мгновение я почти испугалась. Сладкий и остроумный Вон покинул здание. Мужчина, который стоял напротив меня, был совершенно другим. Я попыталась отступить, но было некуда.
Наши тела столкнулись и ударились о дверь. Руками он схватил моё лицо и удерживал, прикасаясь губами в обжигающем душу поцелуе. Затем он сжал мои бедра, приподнял, подталкивая обхватить его ногами. Всё произошло очень быстро. Вон придерживал мою задницу одной рукой, а другую протянул между нами, перемещая свой член в нужное положение. Гладкая головка сразу же начала вдавливаться, раздвигая мою плоть, и становясь со мной единым целым. Всё, что я могла сделать, так это крепко прижаться к его шее и принять.
Медленно, но решительно, он наполнил меня. Только когда наши бёдра соприкоснулись, и мы прижались кожа к коже, он остановился. Его губы коснулись моей щеки, и нежными поцелуями он очертил овал моего лица.
— Хорошо?— спросил он, его тело дрожало из-за необходимости сдерживаться в ожидании моего ответа.
В ответ я повернула голову и поцеловала. Что за глупый вопрос. Так всё и началось. Не могу описать, каково это, когда тебя прибивают к двери. Но делать это с Воном стало грандиозным опытом.
Он отстранился, прежде чем глубоко вонзиться в меня, сильно и уверенно, до основания. Не было нежной прелюдии, никаких деликатных толчков. Мы оба были слишком возбуждены. Когда его яйца постукивали по моей заднице, наша кожа издавала громкие хлопающие звуки. Вон ритмично погружался в меня, снова и снова. Наши зубы начали опасно ударяться, и мы должны были прекратить целоваться, пока кто-то не пострадал. Тела покрылись потом, а комната наполнилась стонами.
