Читаем без скачивания Допрос с пристрастием - Федор Березин

Леон Азриэль поймал себя на том, что орет, как сумасшедший:

— Бросай трос, Кац! К черту его!

Очень сомнительно, что лейтенант его слышал. Из-за напяленного на физиономию офицера респиратора распознать выражение лица было невозможно. Хотя Кац действительно бросил трос и, по идее, должен был теперь возвратиться на заснеженную землю. Леон почему-то заволновался за его ноги: хоть бы не сломал, грохнувшись с такой высоты. В тот же момент механик-водитель додумался до того, что неплохо бы просто подать машину назад. Выйти из зоны этих магнитных чудес. Но переставший левитировать трос, опадая вниз, мог стукнуть лейтенанта по черепушке…

Однако теперь лейтенант сам завис в вышине, но уже отцепившись. Что-то по-прежнему держало его там, в высоте. На некоторое время он даже оказался выше кончика троса. «Хватайся!» — хотел проорать ему Азриэль, но не успел. Зато теперь стало ясно, что тормознуло на секунды падение танкиста «двойки». Кобура офицера неожиданно открылась, и оттуда метеором рванул кверху импульсный пистолет «сирк». Затем туда же, в преисподнюю этого русского моста, унеслась стайка железных пуговиц, или, может быть, петлиц. Одновременно в полет отправился и респиратор — были там какие-то железные части. Потом что-то еще. Да это же… Азриэль не был уверен, да и как можно было быть в эдаком уверенным? Механик попросту впал в ступор. У лейтенанта вылетели изо рта золотые, или какие уж там, зубы. Магнитится ли золото? Сейчас было не до таких научных откровений. Лейтенант грохнулся вниз. Азриэль почему-то подумал, что он уже мертв, причем вовсе не в результате падения.

Трос продолжал висеть под утлом градусов сорока пяти. Кроме того, теперь механик ощутил какую-то странную подвижку танка вперед. Может, это были причуды воображения? Но уже не оставалось ни одной секундочки для промедления. Леон с ужасом уверился, что именно сейчас что-то невидимое, но всесильное, живущее внутри этого пережившего катаклизм высоченного моста через Обь, протянет свою длань и, ухватившись за дрожащий в нетерпении кончик троса, уволочет его родной танк в тридцатиметровую верхотуру.

— Стреляй, твою мать! — проорал Леон наводчику, а сам рванул «Меркаву» задним ходом.

— Спятил? — услышал механик, уже как бы через вату в ушах, и сколькими-то секундами позже. — Кац там остался! Надо его достать.

— Стреляй, твою богамать! — повторил Азриэль тональностью ниже.

Их танк, между тем, уже отступил на полсотни метров назад. Трос неожиданно как бы сломался и грохнулся вниз. Теперь он волочился за машиной, умершей, обезглавленной змеей.

— Надо достать офицера! — снова послышался в гарнитуре голос Ципло. — Тормози, что ли.

— Кацу конец, — хрипло сказал Азриэль, но все же затормозил.

— Надо достать, — повторил наводчик Ципло. Вообще-то, ныне, в отсутствие командира, он автоматически становился старшим боевой машины. Его следовало слушаться.

— Интересно, как? Я подъезжать не стану, — уверенно произнес Леон Азриэль. — Я туда вверх не хочу.

— Будем доставать командира, — упорствовал Ципло. Тон его явно не убеждал окружающих; жесткости в нем недоставало, что ли?

— Эта дрянь нас прикончит, — убежденно заявил Азриэль. Он посмотрел на свои руки. Они тряслись.

— Достать надо, — повторил Ципло. Леону показалось, что с чем-то он там позади возится. «Оружие! Этот гад вооружается!» — пронеслось в мозгу. Он лихорадочно дернулся, поворачиваясь. Рядом, в креплении, должен был находиться предусмотренный уставом пистолет-пулемет. Но руки тряслись так, что он никак не мог ухватиться за это железо.

— Повернись к рычагам! — приказал новый командир танка, и что-то за спиной Леона подозрительно клацнуло, по всей видимости, затвор. — Рядовой Азриэль, не крутитесь! Беритесь за рычаги! — Голос наводчика все же дрожал.

— Рубак, не дури, что ли, — сказал механик-водитель. Он даже нервно хохотнул. — Это чудище нас убьет. Убьет, как и лейтенанта.

— Он не убит, просто без сознания, — пояснил Рубак Ципло, опять же совсем неубедительно. — Сейчас мы подъедем, заберем его и всё.

— Ты идиот, — промямлил Леон, разглядывая свои трясущиеся руки. — Чудище прикончит нас.

— Какое чудище? — ожил до того молчащий заряжающий Ирахи.

— То, что живет на мосту, — пояснил Азриэль. — Оно там живет и жрет железо.

— У рядового Азриэля галлюцинации, — растолковал для заряжающего Ципло. — Он…

— Ты смотрел, что было с лейтенантом? На экране видел? — перебил его водитель. — Эта дрянь даже вырвала ему зубы. Он мертвее мертвого.

— От вырывания зубов никто не умирает, — резонно возразил Ципло. Голос его стал гораздо тверже. Все-таки это он был теперь вооружен, а остальные нет.

— Оно все притягивает. Оно затащит «Меркаву» наверх. Да нас только от удара сплющит, — продолжал Азриэль. — Видел, как «двойку» кинуло? Да мы…

— Кончай истерию! — хлестнул сзади Ципло. — Давай, двигаем вперед, грузим лейтенанта, а там…

— Нас убьет, говорю же, — сказал Леон, продолжая разглядывать свои руки. Дрожь сходила на нет. — Чудовище нас сожрет, не поперхнется.

— Не-а, — возразил Ципло. — Нас расстреляют за оставленного командира. По законам военного времени. Мы ведь в бою, да?

— Какой бой, к чертям! — гаркнул Азриэль. — С кем тут воевать? Жуть сплошная и невидимая.

— Значит, не видел все-таки? — поймал его Ципло на несоответствии.

— Как же увидишь, раз невидимое? — почему-то оправдался механик-водитель. — Может, пальнем по нему из орудия, а?

— Как же «пальнем», «раз невидимое»? — подколол его наводчик. — В общем, если не поедешь, Леон, я буду в тебя стрелять.

— Лучше уж от пули, чем от этого, — сказал Азриэль.

— Ты сравнивал? — спросил Ципло. — Хочешь сравнить? Учти, я из-за тебя под трибунал не жажду.

— Ладно, ладно, Рубак, — Леон говорил уже без истерики. — Поеду я. Но ты просто пальни, а? Просто дай серию по мосту этому.

— Не думаю, что у нас хватит мощи снести мост, — Ципло, похоже, уже любовался этим самым мостом в тубусе.

«Можно успеть схватить „узи“ и… — подумал механик. — Правда, там же еще и Ирахи. Да и успею ли?»

В этот момент над головой «ду-ду-хнуло». У Леона чуть заложило уши.

— Вот тебе очередь из трех. Прямиком в опору, должно быть, — хвастанул наводчик орудия. — Я…

Леон Азриэль и сам видел.

Снаряды из «рельсотрона» уносятся с такой скоростью, что создают в воздухе нечто наподобие лазерного луча или прямой, как стрела, молнии. Но сейчас эта молния явственно изогнулась и затем обернулась вокруг опоры моста. Обернулась раз, другой, третий и далее. Образовалось нечто, напоминающее светящуюся пружину или индукционную катушку. Похоже, троица снарядов навинчивала вокруг опоры орбиты до полного гашения скорости. Сколько способен пролететь гиперзвуковой снаряд по прямой? Километров тридцать? Вот теперь эти тридцать или сколько-то там километров обернулись вокруг опоры, как змея вокруг чаши на эмблеме медицинских войск.

Все в танке затаили дыхание.

54. «Папашки»

— Как там? — спросил Ведич. Сам он даже не приподнялся, а продолжал полеживать на заснеженном пригорочке. Естественно, не снимая экзоскелета.

— Оставил нашего Страшилку «пастись» в кустиках. Да тут рядом, всего в двух сотнях метров. Можешь пока не торопиться — там никого. Все тихо. А двигается наш «подопечный» не дюже быстро, так что догонишь враз, если что. Тут-то как?

— В полукилометре тоже «паслась» парочка механоидов неопознанного вида. В смысле, я не ходил их опознавать. Но вроде смирные. Сейчас, правда, пододвинулись чуть ближе. Судя по сейсмодатчику, что-то роют. Гнездовье, что ли, облюбовали.

— С Фортом связывался?

— Само собой.

— Ну и? Сколько еще нам пасти своего «воспитанника»?

— Команды «отбой» не было, — подосадовал Ведич. — Так что дежурим дальше.

— Ясненько, — сказал Глюк, укладываясь рядом с Ведичем. — Ох, и устал я чего-то, друг. Ох, устал.

— Слышал, стрельба была. Ты кого-то завалил? Или просто развлекался?

— Ага! Стрельбой по тарелочкам! — хмыкнул Глюк.

— А серьезно? — повернул голову Ведич. — Я уж собирался в мью-фон запросить, но воздержался. Хрен его знает, кто здесь за эфиром приглядывает. Может, «орденоносцы» где-то в зоне шпионят. Черт знает. Мы и так, с этими докладами Ковчегу, засвечиваемся несколько раз на дню.

— Связаться он собирался, — передразнил Глюк. — Небось, дрых без задних ног. Товарищ, может, погибал в неравном бою, а он даже не рыпнулся.

— Мы ж договорились об условных сигналах, — отбился Ведич. — Тут стрелять приходится каждую пятиминутку. Если по всем случаям бегать, то мы через сутки просто сдохнем от бессонницы.

— Да, правильно, что не волновался. Просто наш Страшилка оборзел малость. Решил, что если с ним рядом папочка, то все ему можно, — рассказывал Глюк с закрытыми глазами. — Короче, полез в автоны подзарядиться, а там целых три сталтеха, причем двое с пушками. Ну, ты понимаешь. Так этот гад — Страшилка — нет бы аккуратненько в стороночке примоститься. Мол, «я ничего, я просто так, покурить». Но нет. Он попер прямо на банду. Чуть ли не плечиками их раздвинул. Мол, «медведь пришел». Короче, самое лучшее место выбрал, где, наверное, больше всего молний массажных, и встал там. Тут эти трое и устроили кучу-малу.