Чтобы ее не украли вражьи силы, нами было принято решение ее охранять. Мы ей предоставили комнату, где она живет. Там есть душ, туалет, ей предоставляют питание. Когда ей стало плохо, мы ее даже вывозили в клинику. Представители ОБСЕ видели ее, встречались с ней, задавали вопросы. То есть никаких проблем нет. Она не удерживается и не „сидит у нас". Она находится под нашей охраной, потому что против нее возбуждено уголовное дело. Мы не хотим, чтобы она повторила судьбу тех руководителей, которые сейчас находятся в следственном изоляторе в Киеве. Это наш человек, и мы его никому не отдадим. Сейчас Неля Игоревна включилась в работу.
Конфликт исчерпан. Мы понимаем, что она человек достаточно эмоциональный и своеобразный. Поддалась определенному влиянию, повела себя абсолютно неправильно. Но я думаю, что мы выяснили отношения, и она теперь снова с нами. Несмотря на военное положение, исполком начинает работать в штатном режиме.
„Представители ОБСЕ в морг идти отказались, но пошли к пленным". В понедельник миссии ОБСЕ удалось, наконец, попасть в Славянск. Мониторинговая комиссия начала свою работу в городе. Правда, ночевать в Славянске представители ОБСЕ отказались, укатили в Донецк. По крайней мере, журналисты не нашли их ни в одной славянской гостинице. Как прошла встреча, рассказал нам Вячеслав Пономарев:
— Переговорами это нельзя назвать, мы просто общались. Их функция здесь заключается в сборе информации. Мы высказали свою точку зрения о происходящем, выслушали их предложения. Решили, что и дальше будем работать вместе.
— Какие вопросы поднимались на встрече?
— Представители выясняли, взаимодействуем ли мы с хунтой, что взяла на себя функцию управления в Киеве? Взаимодействуем ли мы с Россией? Ответ был отрицательный. Мне задавали вопросы о женевских договоренностях, об обстановке вокруг города. Я озвучил нашу позицию: мы стоим на своей земле и не подчиняемся киевской власти. Мы выступаем за создание Донецкой народной республики. За право народа на самоопределение.
Когда я озвучил, что у нас находятся пленные из числа членов „Правого сектора", представители ОБСЕ пожелали с ними увидеться. Я предложил им, прежде чем отправиться посмотреть на пленных, посетить со мной морг, где находятся обнаруженные вчера в реке Северский Донец два тела наших соратников со вспоротыми животами и следами пыток. Они, честно говоря, отказались от поездки в морг. Но поехали к пленным. Мы им вывели одну из них. Это „сотница" Евромайдана Ирма Крат. У нас есть сведения, что она занималась шпионской деятельностью. Крат сказала, что у нее нет к нам претензий. Она хорошо питается, содержится в хороших условиях.
Представители ОБСЕ оставили мне резолюцию, которую я ранее уже читал. Я в свою очередь им объяснил: то, что решалось в Женеве, решалось без нашего участия, это раз. Во-вторых, мы не имеем никакого отношения к тому, о чем там говорилось. Мы не агрессоры, мы находимся на своей земле, защищаем право нашего народа на свободное волеизъявление. Мы не хотим, чтобы фашиствующие молодчики пришли сюда и насаждали нам свои ценности и взгляды на жизнь. Если бы они к нам не пришли, то у нас бы и оружия не было. Мы вынуждены защищаться.
— Сколько у вас задержанных сейчас?
— Около восьми человек. Это цифра иногда увеличивается, иногда уменьшается. Мы разбираемся, и если выясняется, что люди не причастны к движению „Правый сектор", мы извиняемся и отпускаем их на свободу.
Представители иностранной прессы допытывались у Пономарева: „Вы обратились за помощью к президенту России Владимиру Путину, к россиянам за помощью. Была ли какая-то официальная реакция?" Народный мэр был вынужден признать: „Реакции никакой не было, кроме того, что мы общаемся с московскими журналистами".
Жители Славянска между тем, несмотря на открытие школ и детсадов, продолжают жить как на пороховой бочке. По последним данным, полученным ополченцами, за Черкасским были замечены два вертолета. Из одного высадились 23 человека, из другого — выгрузили оружие. „Дальше будем смотреть, куда они будут передвигаться", — говорят активисты народного сопротивления».
Напомним, что президент Украины Виктор Янукович, которого участники Евромайдана назвали «кровавым диктатором», отказался от применения вооруженных сил против участников антиконституционного переворота. «Новая власть» против участников акций протеста без колебаний начала осуществлять широкомасштабную силовую операцию с участием группировки украинских войск численностью более 11 тыс. человек, полностью вооруженных автоматическим оружием. К операции были привлечены около 160 танков, более 230 БМП и БТР, не менее 150 орудий и минометов, большое количество авиации. В то же время в отрядах самообороны на юго-востоке Украины насчитывалось чуть более 2 тыс. человек, около 100 единиц автоматического оружия, в основном захваченного в районных отделах милиции и Службы безопасности, а также несколько десятков единиц гладкоствольного охотничьего оружия[200].
2 мая 2014 года незаконным вооруженным формированием акти-вистов-боевиков Евромайдана «Правый сектор» были расстреляны 10 мирных граждан. Народный мэр Славянска Вячеслав Пономарев рассказывал: «В поселке Андреевка минувшей ночью люди вышли преградить дорогу колонне «Правого сектора», сформировали живую цепь, однако бойцы «Правого сектора» открыли огонь, в результате чего более 10 человек погибли»[201].
В этот же день произошла другая карательная акция, получившая название «Одесская Хатынь»[202]. Сторонники Евромайдана совершили нападение на участников акции протеста Антимайдан, которые попытались спастись от них в Доме профсоюзов в Одессе. Однако члены «Правого сектора» и самообороны Майдана подожгли его с помощью «коктейлей Молотова». Пытавшихся спастись людей расстреливали из огнестрельного оружия или избивали арматурой. Заживо были сожжены более 40 участников акции протеста против действий киевской «власти».
Примечательно, что тактика карательной операции была аналогична тактике Евромайдана: активисты-боевики «Правого сектора» в защитной экипировке, бронежилетах и с огнестрельным оружием, улыбающиеся молодые люди и девушки с платками в цветах флага Украины, разливающие «коктейль Молотова», разобранная брусчатка, не вмешивающаяся или заблокированная милиция.
По словам очевидца — председателя Совета православных граждан Украины В. Каурова, центр Одессы был уже разгромлен, когда толпа радикалов двинулась на Куликово поле, чтобы ликвидировать палаточный городок сторонников федерализации. Радикалов было около 5 тыс. человек, все вооружены до зубов не только битами и «коктейлями Молотова», но и огнестрельным оружием, в том числе автоматами Калашникова. Активистам народного ополчения пришлось забаррикадироваться в здании областного профсоюза, которое находится непосредственно на Куликовом поле. «Около трехсот человек вошли в здание, чтобы спасти свои жизни и держать хоть какую-то оборону, надеясь на то, что милиция, если не продержатся, сможет их вызволить», — пояснил Кауров.
Однако радикалы забросали здание «коктейлями Молотова», светошумовыми гранатами, пустили туда газ. При этом у людей внутри, по свидетельству В. Каурова, не было ни оружия, ни противогазов. А первая пожарная машина подъехала на место происшествие лишь через полчаса. Радикалы мешали пожарным тушить здание. «Русские, горите!» — кричали они нашим людям. Они окружали каждую машину, и лестницы, с которыми пожарные начали снимать людей из окон. Людей просто сжигали заживо, не давали их спасти. Многие задохнулись в дыму, так и не получив помощи.
По его словам В. Каурова, сопротивляются радикалам сводные отряды Народной дружины, Одесской дружины и православной дружины. Среди тех, кто оказался заблокирован на крыше, были женщины и девушки. Они требовали, чтобы милиция помогла им уйти. Ведь тех, кого вывели из здания раньше, отдали «бандеровцам на растерзание». «Буквально 30 человек набрасывались на одного и избивали. После этого милиция брала этих людей под руки и заталкивала в автозаки, и их увозили в неизвестном направлении». В. Кауров рассказал, что вокруг всего Куликово поля стояли отряды милиции со щитами наружу, обороняясь от людей — одесситов, которые хотели помочь и разблокировать здание одесского областного профсоюза[203].
Эти слова подтверждает и другой очевидец — депутат облсовета Одессы Алексей Албу. Он рассказывает, что днем 2 мая в город приехали ультраправые боевики. Они подошли на Куликово поле, где находился лагерь противников киевских властей. Боевики начали закидывать их «коктейлями Молотова». В лагере на тот момент находились около 200 человек, из них около половины — женщины и мужчины старше 50-60 лет, уточнил депутат. После этого людей забаррикадировали в Доме профсоюзов. Их начали забрасывать светошумовыми гранатами и пускать слезоточивый газ. После этого депутат и его соратники попытались выбраться из здания и попали в руки к боевикам[204].
