А ведь пусто было, когда со стены осматривался!
Острое лезвие кольнуло шею под ухом: стой, мол, не дури. А куда дурить при таком раскладе? Игмарт из "Королевских псов" проигрывать, конечно, не любил, но признавать проигрыш умел. Сейчас, похоже, он проиграл вчистую. Этот заход. Потому что игра целиком еще не сделана.
Стоящий против него стрелок, тот самый, что во дворе Ульфарова замка "Три дочки у трактирщика" заказывал, ухмыльнулся:
— Споешь, менестрель?
— Хватит с вас, — откликнулся Марти.
— Невежливо так уходить, менестрель, — стрелок откровенно забавлялся. — Господин барон тебя наградить хотели за песни, а ты…
— Не зря, видно, говорят, — словно невзначай проронил Марти, — что награда героя всегда найдет.
— Верно, — хохотнул Ульфаров наемник. — Пошли, герой. Господин барон тебя заждались.
Мысли о побеге Марти отбросил сразу. Ясно ведь: не дадут. Позориться только. Шел, поглядывал искоса на довольных — не иначе, награды за пленника ждут! — конвоиров. Думал: если след потеряли и искали наудачу, то не только Оверте должны проверять. Кто встретит его сейчас? Только Ульфар, или?…
Долго гадать не пришлось. Ульфар, даром что на чужой земле, не стеснялся расположиться с удобствами. Палатка, костер, мясо жарится… коней два десятка, не так уж много… странно, чтобы вдоль всей стены караулить, а не только за воротами, людей побольше надо. Впрочем, странность объяснилась, едва пленника втолкнули в палатку.
Ульфар был не один, и все же Марти не смог удержать вздох облегчения. Его врага — того, встреча с которым сейчас могла означать только смерть, — здесь не было. Зато рядом с Ульфаром сидел мэтр Гиннар: маг из столичных, наипервейший специалист в поисковых чарах. Такому — хоть стену сигналками обнести, хоть след в городе найти да бубенчик на него навесить. Такому проиграть не стыдно.
Хотя обидно все равно.
— Ну, здравствуй, — Ульфар сыто усмехнулся, — менестрель. Что сегодня нам споешь?
Отвечать Марти не стал.
— Быстро бегаешь, — продолжал барон. — И сдался без боя, не ожидал, не ожидал… Или "Королевские псы" разучились сражаться? А?
И снова Марти смолчал. Глаза барона Ульфара насмешливо сузились.
— Чего молчишь? Или не знаешь, как ответить?
— "Королевские псы", — отозвался пленник, — не лезут драться там, где драка бесполезна. Может, я и похож на дурака, но не настолько же.
Барон хмыкнул. Кто-то из охраны подобострастно хохотнул, но тут же умолк, словив неодобрительный взгляд мага. Затрещала лампа, на миг вспыхнув ярче, и по лицам вспугнутыми бесами метнулись тени.
— Не дурак, говоришь? Посмотрим, посмотрим…
Ульфар взглянул на мага, тот чуть заметно качнул головой. Заранее обсудили, понял Марти, как обломать фальшивого менестреля. Ну что ж, барон верно говорит: посмотрим, посмотрим…
— Мой друг барон Герейн, — сказал Ульфар, — жаждет твоей крови. Подозреваю, что для тебя это не новость, Игмарт из "Королевских псов". Очень уж точно совпало… верно? Прям как в той песне, в дверь муженек, дружок в окно… знаешь, а?
— Знаю, — коротко согласился Марти. Ульфар заполнял паузы, похлопывая по широкой ладони кинжалом, и пленнику стоило больших усилий глядеть не на подсвеченное желтоватыми бликами лезвие, а хозяину палатки в лицо.
— И про Герейна знаешь?
— Конечно.
Ульфар кивнул рассеянно: не то ответу, не то своим мыслям. Сказал:
— Хотел я, Игмарт, сделать тебе одно предложение… Ты ведь понял, что к чему? Понял, понял… Небось и доложить успел: я знаю, ты заходил в архив Оверте и отправил письмо в столицу. О чем письмо-то? — Отраженная лезвием полоска света легла на глаза, заставив прищуриться. — Сам расскажешь, или старичка из архива расспросить?
Королевский пес пожал плечами:
— О мятеже, конечно.
Вот так, и моя смерть вам уже не поможет. Вопрос в другом: поможет ли моя жизнь? Или предпочтете месть? Ульфар молча вертит в руках кинжал, маг в задумчивости разминает пальцы, стража хрипло дышит в затылок… одно лишнее движение, и…
Спокойно. Королевские псы не делают лишних движений.
— О мятеже, — повторил барон. — Конечно. Я и не сомневался. Герейн, конечно, обрадуется… обрадуется, да… видел бы ты, как его корежило, когда тебя упустили…
Барон умолк. Ни намека о пощаде не дождешься, зло подумал пленник. Знаем мы эту манеру — играла кошка с мышкой… Ульфар помолчал и продолжил:
— Жаль без толку на смерть отдавать такого ловкого и храброго парня. Ты мог бы мне пригодиться, а я — тебе. Правда, Герейн… но что, если я примирю тебя с ним?
— Запросто, — хмыкнул Марти. — Как только я перережу ему глотку, можно будет считать, что вражде конец.
— Послушай, Игмарт, — Ульфар подался вперед, впился в пленника острым взглядом. — Когда мы сбросим с трона чванливого дурака и посадим на его место достойного, в стране освободится немало земель. Я сделаю тебя шатленом, владельцем замка. Ты сможешь вызвать Герейна на поединок, и он не посмеет отказаться. Вы разберетесь с вашей враждой честно и законно.
Пленник молчал, прикусив губу, и видно было, что в этот раз не из упрямства молчит — думает, крутит в голове неожиданно щедрое предложение. Подвох ищет, прикидывает варианты. Барон Ульфар не зря гордился своим умением подбирать ключики к трудным людям.
— Что скажешь?
Игмарт ответил медленно, словно каждое слово было тяжелым валуном.
— А если я его убью… честно и законно убью… то смогу претендовать на его баронство? На Герейн?
— Высоко метишь, — качнул головой Ульфар. — Я бы тебе пообещал — сам понимаешь, обещания раздавать много труда не надо. Но наследники…
— А если я с наследниками разберусь? Честно и законно?
— Ну, это уж будут твои дела, — ухмыльнулся барон Ульфар. — Мешать не стану, помочь… там поглядим.
Некоторое время тишину в палатке нарушали только хлопки лезвия по бароновой ладони и треск лампы.
— Ладно, — выдохнул Игмарт. — Согласен.
Ульфар неторопливо встал, потянулся. Сытый кот, сожравший пойманную мышь.
— Уж простите, господин, а только не верю я ему, — подал вдруг голос кто-то из-за спины пленника — тот самый, кажется, стрелок из наемников. — Слишком легко согласился. Воля ваша, а только "Королевские псы" хозяев не меняют, хоть на куски их режь.
Барон усмехнулся:
— Значит, наш гость скорее человек, чем пес.
— Я ненавижу Герейна, — тихо сказал Игмарт. — Бесы все дери, я не доставлю ему удовольствия получить мою голову в подарок.
— А верность его нам обеспечу я, — пообещал мэтр Гиннар. Спокойно эдак пообещал, с ленцой даже, однако у Игмарта мороз по хребту прошел, и подумалось: может, проще стало бы гордо и глупо умереть?
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
