«…уважаемый Мастер Милз! Магистратура приняла к сведению ваше письмо, и рекомендует Вам впредь не сметь давать советов Высшей касте Магов.
Тем не менее, человеческий доклад будет изучен, после чего Магистратура вынесет решение по поводу дальнейшей судьбы докладчика.
С уважением, канцелярия Высшей Магистратуры…»
Письмо из папки «Тайная канцелярия», запечатанная магической печатью Высшей Пробы.Я сладко потянулась, громко зевнув, но уперлась ногой во что-то мягкое. Резко вскочив, что даже закружилась голова, округлила глаза и замерла. Поперек моей кровати, в ногах, сидел Сальваторе, опершись спиной на стену, и спал. Рядом с ним лежала папка, а мои ноги покоились на его коленях, причем одну маг держал в руке. Я покраснела и, потерявшись в мыслях, принялась аккуратно извлекать ногу из теплой руки. Ноа спал как убитый, и потому даже когда его рука упала на колено, а я испуганно скукожилась и зажмурилась, он не пошевелился.
Выждав несколько мгновений, села на кровати и ошалело смотрела на констебля Первой касты магов, который спал на моей кровати. Ему явно было неудобно, но похоже это оказалось не проблема для крепкого сна.
Грудь Сальваторе равномерно поднималась и опускалась, руки, одна из которых была забинтована после укуса Пятого, с закатанным по локоть рукавом рубашки, безвольно лежали на коленях, а длинные ноги вытянулись на полу. Я немного посидела не двигаясь и, поняв, что он все так же крепко спит, осмелела и взглянула магу в лицо. Темные волосы в беспорядке падали на лоб, местами прикрывая глаза. Черные, четко очерченные брови против обыкновения не хмурились, длинные ресницы подрагивали, из чего я сделала вывод, что ему что-то снится. Надеюсь не расследование, а что-то приятное.
Я обратила внимание, что на его скулах выступает щетина, и вгляделась еще внимательней. Раньше мне не приходилось видеть Сальваторе спящим, или неопрятным, или растрепанным до такой степени. Хотя, скорее всего его «творческая небрежность» на голове есть работа профессионала-цирюльника. Тем не менее, щетина напомнила мне, что Ноа всего лишь мужчина, а не магический небожитель, который всегда выглядит идеально. Хотя признаться, он и сейчас выглядит идеально. Даже более того. Без этого снобского лоска, Ноа казался моложе. Сколько ему лет интересно? Когда я впервые прочитала о Сальваторе в газетах, он уже был констеблем охотников, и лишь давал немногословные, но содержательные интервью местным газетчикам. Тогда мне показалось, что магу около сорока. Но когда встретилась с ним лично, поняла, что не более тридцати пяти, а сейчас не дала бы и тридцати.
Признаться честно, я не пропускала ни одного номера газеты, где было что-либо написано о констебле. Даже не знаю зачем. Тогда Сальваторе мне не особо нравился. Вернее я боялась его и понимала, что он тот, кого все опасаются, а люди тем более, но, тем не менее, не могла отрицать, что судя по написанному, Ноа был очень умный маг, который не зря занимает столь высокий пост. Наверное, дело в этом. Ну и может быть чуть-чуть в том, что он привлекательный.
Я снова уставилась в лицо констебля и пыталась понять, что такого в нем особенного? Режущие глаза цвета листвы? Но они скорее отталкивают, пугают. Губы, сомкнутые в жёсткую линию? Прямой, длинный нос? Кстати, он даже чересчур длинный, но это нисколько, черт возьми, Сальваторе не портит! Мне даже нравится этот нос. Может ли нравиться лицо в целом из-за носа? Я вглядывалась в него, рассматривая как необычайную диковинку, поскольку впервые имела возможность это сделать, не боясь взгляда. Он вообще впервые так близко от меня находится. Вернее так долго близко находится.
Тут Сальваторе вздохнул, и одна его рука упала с колена прямо на мою ногу, крепко обхватив её. Я расширила от ужаса глаза. Только не проснитесь! Только не проснитесь! Но дыхание Ноа снова стало ровным, и я опять с облегчением выдохнула, переведя взгляд на его руку. Дернув слабо ногой, поняла, что так просто мне не высвободиться из цепких лап. Кстати о «цепких лапах», они как у пианиста: длинные пальцы, широкая угловатая ладонь с четкими пересечениями вен. Руки музыканта, руки творца. Я дотронулась до его ладони и тут же отдернула руку, словно обжегшись. Во второй раз я уже её погладила, поглядывая на констебля словно воришка. Кожа была грубовата, но приятная на ощупь.
Я устыдилась своих мыслей и принялась осторожно вытягивать ногу. В результате получилось, что мой носок остался зажат в его руке. Я посмотрела на свою голую ногу, а затем снова задержала взгляд на лице Сальваторе. Интересно, если бы он (теоретически, конечно) когда-нибудь в какой-нибудь следующей жизни, где не было бы каст, магов и прочей белиберды, решил меня поцеловать, я бы сразу скончалась от счастья или на следующий день?
Я опустила глаза, почувствовав, что покраснела, но когда подняла их вновь, то испуганно вздрогнула. Сальваторе уже не спал, а сонно, но внимательно за мной наблюдал. Я в оцепенении втянула в себя воздух, а уже через секунду сорвалась с кровати, хлопнула дверью ванной, и прижалась к ней всем телом. Какой стыд! Я так нагло разглядывала Ноа! А-а-а! Погладила его руку! Что он обо мне теперь думает? А Сальваторе спал вообще? Господи, хоть бы он спал все то время, что я предавалась бессмысленным девичьим мечтаниям!
Услышав, как скрипнула дверь комнаты, у меня казалось перестало биться сердце. Я мешком с картошкой вывалилась в спальню и облегченно вздохнула, обнаружив, что Сальваторе нет.
После, вернувшись в ванную, долго отмокала под душем, сумев себя убедить, что Ноа спал, а проснулся тогда, когда я вытащила ногу. И лишь потом меня посетила мысль, что опять спала без кошмаров. Все-таки дело в Сальваторе. Отчего-то мои сны его боятся.
Выбравшись из ванны, я быстро оделась, но никак не могла найти второй носок. Замерев, подумала: а вдруг Сальваторе забрал его с собой по ошибке? Да ну, наверное, просто закинул куда-нибудь. Облазив всю комнату, но так и не найдя пары, плюнула на это дело, решив связать новые. Когда в следующий раз буду у Мастера Като, нужно не забыть взять спицы и пряжу. Обувшись, выскочила из комнаты, но внизу мой пыл поутих, и я медленно спустилась с лестницы, всматриваясь и вслушиваясь, на предмет наличия Сальваторе.
Не обнаружив мага внизу, я вспомнила про письмо и про то, как загорелись его глаза, когда констебль его прочел. Наверное, он уже уехал во Дворец правосудия. Я нахмурилась, решив, что меня беспокоят странные вещи. Чего так зацепилась? Ну отнес он меня когда я заснула, ну уснул сам пока читал, ну за ногу схватил во сне. Бывает. Радужно кивнув своим мыслям, двинулась было в столовую, как услышала громкое:
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
