Читаем без скачивания Там, где умирают корабли - Уильям Дитц

Дорн энергично качнул головой:

— Конечно!

— Но тебе придется за это платить!

За все нужно платить. Дорну следовало бы уже это запомнить. Он поник духом и тихо сказал:

— Извини, мне нечем заплатить тебе за твои знания.

— Да есть, есть! — хихикнула Яна. — У всех есть! Я хочу, чтобы ты платил мне тем же, что получишь сам, то есть знаниями.

Дорн подумал, что она шутит, однако ее лицо оставалось серьезным. Тогда он воскликнул:

— Да какие там знания? То немногое, что я знаю, вряд ли может здесь пригодиться!

— Знания всегда могут пригодиться, — возразила Яна. — Даже просто получать их — уже удовольствие. Что же касается того, что знаешь ты, и того, что хочу знать я, позволь мне самой судить о том, что для меня ценно. Может случиться так, что в один прекрасный день оплата произойдет сама собой.

На этот счет Дорн сильно сомневался, но если Яна решила, что у него есть что-то взамен, зачем ее разуверять? А уроки начались немедленно.

— Теперь, — сказала она, — давай поменяемся местами. Тогда работать будет легче, а нагрузка будет равномерно развивать твои мышцы на правой и на левой стороне тела. Думай только о работе, следи за питанием и накачивай мускулатуру!

Они поменялись местами. Близнецов Дорн не мог отличить друг от друга и поэтому так и не понял, поменялись ли местами и они.

Когда Дорн уже потерял счет ходкам, когда солнце стало сильно припекать спину, наконец взревела сирена, и рабочие столпились у бочек с водой, специально привезенных сюда. В отдельном ящике лежали таблетки соли. Яна взяла две, запила их большим глотком воды и посоветовала Дорну поступить так же.

Утолив жажду, они успели еще минут десять подремать в тени сторожевой вышки, прежде чем снова завыла сирена и заорали стражники. Работа возобновилась.

Тем временем запас листов на берегу кончился. Это означало, что настало время идти сквозь волны прилива к остову разделываемого корабля и выносить металлические листы из воды.

Сначала это было даже приятно, но после того, как огромный лист сверхпрочной стали неожиданно сорвался с остова почтового лайнера и с всплеском упал в воду буквально в десяти футах от Дорна, прелесть прогулок по колено в прохладной морской воде сильно поблекла в его представлении.

Потом оказалось, что крошечные песчинки, взвешенные в воде, забираются под ремни сандалий и стирают кожу в кровь. А в довершение всего Дорн имел несчастье познакомиться с начальником смены. Сидя на корточках, он пытался подвести веревку под четырехсотфунтовый кусок стали, когда сильная волна плеснула ему в лицо. От неожиданности он потерял равновесие и упал на спину. Удар бича пришелся ему прямо по животу. Боль была адская. Усиленный динамиком голос прогремел над ним:

— Встать, дубина! Ты что, купаться сюда пришел? Здесь тебе не плавательный бассейн в собственном поместье! Ты и твоя бригада уже давно должны быть на полпути к берегу!

Дорн поднял голову и увидел мужчину, сидящего в седле оператора, управляющего роботом-грузчиком. Первым его желанием было кинуться в драку, но потом он понял, что это будет безнадежная попытка. И все же Дорн отметил в памяти его лицо, наполовину скрытое густой бородой.

Начальник смены понял его взгляд, потому что утвердительно качнул головой и сказал, как бы соглашаясь с Дорном:

— Правильно, новичок! Запомни мое лицо. Я ведь не могу разгуливать в этой машине двадцать шесть часов в сутки, верно? А это значит, что мы можем встретиться где-нибудь на берегу, и я с удовольствием вышибу мозги из твоей задницы, которую ты называешь головой. Зовут меня Кастор. Ник Кастор! А теперь вставай, если хочешь жить!

При этих словах робот-грузчик сделал большой шаг вперед, и его похожая на огромную кувалду нога опустилась в воду буквально в дюйме от Дорна. Он поспешно встал на четвереньки, потом выпрямился и занял свое место у стального листа. Яна бросила ему конец веревки, Дорн поймал его и вместе с бригадой двинулся к берегу, сгибаясь под тяжестью груза. Начальник смены посмотрел ему вслед и с презрением плюнул в прибой. Взвыли сервомоторы, и робот-грузчик, тяжело ступая, ушел.

— Похоже, ты влип, парень! — сказала Яна. — Кастора хлебом не корми, дай только поизмываться над тем, кто слабее его. И, кажется, он выбрал тебя!

Дорн не нашелся, что ответить, и решил промолчать. Солнце поднялось еще выше, работать стало еще тяжелее, только волны неутомимо плескались у берега. «Эта жизнь не для слабых, в ней выживает сильнейший», — подумал Дорн и шагнул навстречу приливу, твердо пообещав себе быть среди тех, кто выживет.

14

Мудрому и предусмотрительному даже яд послужит полезным уроком.

В ГЛУБОКОМ КОСМОСЕ НА БОРТУ «БОЖЬЕЙ ВОЛИ»

Сон был странным по крайней мере в двух отношениях. Во-первых, Натали знала, что это сон, а во-вторых, во сне она говорила с матерью.

Она снова видела, как корабль ее родителей вышел на стартовую полосу, замер на мгновение и рванулся вперед, исчезнув в облаке пара. Потом повторилось чудо, столь хорошо знакомое ей: судно оторвалось от водной глади. Оно слегка качнулось, корректируя курс, и солнце заиграло на его мокрых боках; глухо заворчали стартовые двигатели. Ужаснее всего было знать, что будет дальше. Знать и быть не в состоянии остановить ход событий.

Мать говорила спокойно и беспристрастно, словно оценивая себя со стороны:

— Я за свою жизнь сделала много ошибок! Например, ошибкой была сделка с Брэкстоном или этот проект создания новых земель.

— А я? — закричала Натали, и неожиданное эхо разнесло ее голос по. всему безграничному времени-пространству. — Я тоже твоя ошибка?

Мать не услышала — или не захотела услышать. Натали оставалось только смотреть, как корабль набирает высоту.

— Да, — повторила Мэри Восс, — я сделала много ошибок, а самая большая из них то, что я не слушала советов твоего отца. Взять хотя бы сейчас. Он категорически настаивал, чтобы мы перед взлетом проверили корабль на наличие взрывчатки. Мне следовало его послушать, я просто должна была…

Конец этой фразы утонул в грохоте взрыва. Маленькое солнце вспыхнуло и через три секунды погасло. Взрывная волна прокатилась по городу и выбила все стекла в домах.

Натали проснулась. Сердце бешено колотилось в груди, простыни были мокрыми от пота. В каюте было темно, светились только циферблат часов да индикаторы приборов, сообщающих о курсе, скорости и температурном режиме двигателей. Такие приборы имелись в каждой каюте, и любой офицер привыкал считывать их показания автоматически. Натали тоже первым делом взглянула на них и убедилась, что все параметры в норме.

Она хотела встать, одеться и пойти в ходовую рубку, когда индикаторы вдруг погасли, а потом загорелись вновь. Значит, что-то или кто-то прошел между ними и девушкой.

— Мадам Руссо, это вы?

В следующее мгновение кто-то прижал Натали к койке и чья-то рука зажала ей рот. Девушка пыталась сопротивляться, но тщетно. У напавшего было преимущество внезапности, и он умело им воспользовался. Ее щеки коснулось что-то мягкое, пахнувшее корицей.

— Спокойно, гражданка Восс, мы не причиним вам вреда.

— Тогда убирайтесь к черту из моей каюты! — сказала, или, вернее, попыталась сказать девушка, но какая-то мохнатая лапа плотно закрывала ей рот. Натали рванулась, но неизвестный еще сильнее прижал ее к койке.

— Сопротивление бесполезно! Однако мы вас отпустим, если вы будете вести себя спокойно.

Голос и акцент показались Натали знакомыми. Да это же траанцы забрались в ее каюту! Но почему? Что им нужно?

— Мы хотим поговорить с вами с глазу на глаз, — настойчиво произнес тот же голос. — Кивните, и я перестану зажимать вам рот.

Натали заставила себя расслабиться и кивнула. Мохнатая лапа исчезла, но она по-прежнему не могла пошевелить ни рукой, ни ногой. Зажегся свет, и девушка увидела у стены одного из траанцев, кажется, Са-Ло. Ка-Ди навалился на нее, не давая ей двинуться. Он встал, убедился, что с ней все в порядке, и сказал:

— Приношу свои извинения! Как вы себя чувствуете?

— Хорошо, спасибо, — кратко ответила Натали.

Она села и постаралась укрыть ноги ночной рубашкой, которая едва достигала середины бедер. Натали знала, что инопланетян не интересует ее тело, но в одежде она чувствовала бы себя увереннее.

— Итак, — сказала Натали, старясь, чтобы ее голос звучал строго и требовательно, — объясните мне, в чем дело?

— Ни к чему ходить вокруг да около, — прямо сказал Са-Ло. — Вы владеете тем, что нам очень нужно.

Сердце Натали забилось еще быстрее. Так, значит, траанцы отправились в путешествие на этом корабле только ради нее. В этом случае двух мнений быть не могло. Поэтому она спросила так же прямо: