плевать на то, что там у богов. Пока мы не добрались туда, я и думать об этом не хочу. Здесь и сейчас есть ты, моя верная подруга и мой близкий человек, который нуждается в спасении от проклятья, и есть я, у которого достаточно простая цель, найти оставшиеся артефакты, чтобы однажды обнять тебя в Яви. Вот так просто, без всяких смертей и попаданий в Навь. Оставь все эти вещи с местью, разборки с Мореной и прочее на потом. Если уж я что и понял в этой жизни, так это то, что проблемы надо решать по мере их поступления. И сейчас я вижу перед собой не воюющих богов, а маленькую девочку, которая нуждается во мне и в которой нуждаюсь я.
— Есть еще многое, что мне нужно рассказать, но я не уверена…
— Значит хватит. Расскажешь, когда придет время. А его у нас еще очень много.
Валькирия уткнулась лицом в грудь Ивора и стояла так какое-то время, не взирая на лишние глаза, она просто молчала, пока наконец не пришла в чувство.
— Спасибо тебе, — это все, что она смогла ответить, но в этих словах было очень много.
То ли благодаря духовной связи, то ли из-за того, что они уже несколько лет путешествуют вместе, Ивор чувствовал Валькирию лучше, чем кто-либо другой.
— Кстати, вот. Это, кажется, должно быть у тебя.
Ивор вытащил твердый, будто бы стеклянный глаз, от которого исходила очень плотная зловещая аура.
Валькирия благодарно кивнула, принимая око духа несчастий.
— Я поглощу его вместе с остальными артефактами, когда добудем их все. Так мы сможем избежать сокращения времени и снизить активность Венца.
Наконец разобравшись с тем, что накопилось, пришло время для нового разговора, о котором юноша думал уже достаточно долго.
— Итак, — воодушевленно произнес Ивор. — мой план простой, как бревенчатая кладка избы.
— У тебя других и не бывает. Только и можешь идти в лобовую. Что там у тебя? — буркнула Звездочка.
Ивор усмехнулся. Он был рад, что та самая Валькирия, которая когда-то упала с неба ему на голову наконец вернулась.
— Поскольку здесь проклятие не действует, я предлагаю на некоторое время остановиться. Во-первых, так или иначе, но сердце охранника нам нужно будет заполучить, а для этого нужна сила. Я освоюсь с тенью Чернобога, а Пересвет поможет мне с Путем Велеса. Во-вторых, я собираюсь сделать несколько вылазок в местный лес, что начинается с виднокрая. Нужно начинать разведывать территорию, раз никто этого не сделал, ну и искать васильковое поле. Пока все. Вопросы, предложения?
— Услышать от тебя обстоятельный план — это огромная редкость, я даже вынуждена согласиться. — издевательские нотки вернулись к Валькирии даже как-то слишком быстро.
— Лес Слави — плохое место. Он отделен от душ предков, — начала внезапно Мара. — за время существования этого места, здесь побывало великое множество душ. Конечно, случалось, что не все уходили на перерождение. У некоторых вышло время, но они так и не смирились с тем, что нужно очиститься и начать все заново, другие же нарушили правила двадцати лучин вне избы. Зачастую это касается лишь тех, кто, будучи в Темной Нави, прошел врата очищения. Тут они возвращаются к тому плохому, что было при жизни и уходят в лес, превращаясь в совершенно иных чудовищ.
— Погоди, то есть ты говоришь, что тот лес населен Навьими? Здесь, в Слави? И что же, воля Нави молчит по этому поводу?
— Да. Но они не пересекают границу леса. Свет этого места не позволяет им жить. Во тьме леса же они чувствуют себя в безопасности. Баланс соблюден, поэтому вмешиваться нет смысла.
— И кого мы там можем встретить, мавок?
— Нет, мавки все же обитают только в Темной Нави. Здесь, в основном души превращаются в кикимор, упырей, навьяков, стрыг, ну и вурдалаков. Чуть реже можно встретить полудениц и лидерцов.
— Так много. Погоди, но, если в Слави душа получает физическое тело, значит и чудовища такие? — внезапно Ивор посмотрел на Звездочку, та одобрительно кивнула.
— Да, они имеют обычные физические тела, и тигельная сталь тут не обязательна.
— И кровь у них имеется.
— Конечно, куда же без крови.
— Значит в наш план вносим третий пункт. Отлов и обескровливание вурдалаков. Звездочка, сколько нужно для смешанной эссенции?
Валькирия подняла взгляд, копаясь в воспоминаниях.
— Думаю десятерых будет достаточно. Нужно разных возрастов. Хотя бы примерно. Молодых, старых. Если есть возможность добыть кровь разнополых, вообще будет замечательно. Чем больше разности в крови, тем выше качество эссенции.
— Что ж. Значит с завтрашнего дня и начнем! — хлопнул кулаком по ладони Ивор.
— Завтра? — подняла бровь Мара.
— Именно. Потому что сегодня я планирую хорошенечко отоспаться. Потому что каждый раз, когда мне говорили «на том свете отдохнешь» я запоминал. И теперь планирую выполнить каждое обещание, данное мне коварными людишками.
Юлия засмеялась и покинула избу. Мара демонстративно закатила глаза. И только Звездочка впервые поддержала Ивора в этом вопросе.
* * *
Где-то среди ветвей мирового древа.
По густому тундровому лесу, не щадя сил неслась девушка. Ее утонченная фигура изящно виляла меж деревьев, пытаясь запутать след для того, кто бежал за ней по пятам. Хотя, ее преследователь и не нуждался в следах. Это был самый свирепый хищник из всех, кого только можно было вообразить.
Длинные персиковые волосы девушки были сплетены в тугую косу, которая развевалась на ветру. Белая туника, усеянная множеством рун, была надежно закреплена ремнем. Сверху красовалась броня из неизвестного металла, который даже по одному виду был куда крепче всех тех, что можно было найти на этой земле.
Утонченные черты лица девушки сложно было назвать просто красивыми, этого было бы недостаточно, чтобы описать все ее великолепие. Любой человек, будь он в этих местах, с уверенностью бы сказал, что такой красоты не существует на земле. Она есть только на небесах, в божественной обители.
Девушка продолжала мелькать мимо деревьев. Ее тунику покрывали обильные красные пятна, а тело изнывало от множества ран. Она расходовала все свои силы, лишь бы только выжить. Но ее преследователь был неумолим.
В очередной раз свернув, она выскочила на пустырь, с одной стороны которого был заснеженный обрыв, бездна которого скрывалась во тьме.
Лес же, с другой стороны, заскрипел, изрыгая из себя громадное существо. Оно выглядело словно кошмар, воплощенный в плоть.
