тоном, картавя ещё больше, чем прежде, принялся оправдываться:
– Дорогие друзья, приношу глубочайшие извинения. Непредвиденная ситуация. Брайан должен был сегодня отдыхать… Но незнакомый предмет, который я взял у юноши, сыграл с нами злую шутку.
Кто-то из зрителей приглушённо рассмеялся, несколько человек застенчиво присоединились к сдавленному смешку, и, наконец, под крики «браво» зал одарил смущённого фокусника гулкими аплодисментами. Клетка с отдыхающим Брайаном скрылась от человеческих глаз, а в руках у Цепеша вновь появился пряничный человечек. Никите показалось, что его верный спутник хитро усмехнулся, точно задумав очередную шалость. «Кажется, пора лечиться, – подумал он. – А то у меня уже пряники улыбаться начали».
– Разве не за эту улыбку ты их и полюбил? – напомнила Мира.
– Эй, ты опять? – подняв брови, спросил бариста.
Мира покачала головой и попыталась отбросить упавшую на глаза малиновую прядь, не прибегая к помощи рук.
– Пора бы уже привыкнуть. К тому же мне тоже это не особо нравится. Иногда приходится слушать полный бред.
– Значит, можешь прочитать даже мысли фокусника?
Клетчатый господин в эту минуту вальсировал между столиками и подмигивал разрумянившейся Аграфене.
– Нет. Проблема в том, что я могу читать только твои мысли, – призналась дочь вереска. Девушка принялась собирать осколки разбитой кружки, потому что тётя Груша напрочь забыла о них, почувствовав себя королевой бала.
– Прекрасно! – воскликнул Никита. Несколько человек повернулись к ним и бросили на шумного юношу неодобрительный взгляд, как будто они находились в библиотеке или в театре. Бариста опустил глаза и подумал, что в последнее время действительно не может контролировать собственные эмоции. Однако громко произнесённое слово не казалось ему таким же кощунственным, как всё происходящее в подземной кофейне. В знак уважения к посетителям юноша всё-таки понизил тон:
– Получается, именно мои мысли ты назвала бредом!
Мира не обратила внимания на это справедливое обвинение.
– Прелестная дама! Позвольте поцеловать вашу руку, – клетчатый господин сделал элегантный реверанс перед Аграфеной Волковой. Кит собирался подставить фокуснику подножку, но Мира вовремя наступила мальчишке на ногу. Тот даже взвизгнул от боли – девушка нисколько не пожалела силы.
– Прошу прощения за то, что вам так и не удалось попробовать мой миндальный капучино. Осторожнее, не порежьте ваши совершенные пальчики… – галантный мужчина повернулся к Цепешу. – Всё готово?
Тот кивнул и протянул фокуснику появившийся на месте пряничного человечка букет душистых красных тюльпанов.
Клетчатый господин с обворожительной улыбкой опустился на одно колено перед Аграфеной, которая обмахивалась руками и жаловалась на невыносимую духоту.
– Эти прекрасные тюльпаны пахнут даже лучше миндаля! – провозгласил фокусник.
Для эпатажа ему не хватало широкополой шляпы с пером, но Никита без труда визуализировал её и усмехнулся. Почувствовав возмущённый взгляд тёти Груши, бариста сделал вид, что у него резко запершило в горле, и он закашлялся. Аграфена захлопала короткими ресницами, густо накрашенными синей тушью, приняла букет, ненадолго задержав пальцы в руке клетчатого господина, и поднесла тюльпаны к лицу. Но приятный запах, который обещал фокусник, оказался жалкой выдумкой. Один из бутонов ухватил даму за нос, и та взвизгнула так пронзительно, что Никите пришлось заткнуть уши. Живой тюльпан продолжал кусать и щипать кожу несчастной романистки, а она тщетно пыталась избавиться от непрошеных объятий. Публика взорвалась неприличным хохотом; почти все присутствующие были уверены в том, что Аграфена просто разыгрывает жертву и происходящее за столиком – часть программы. Однако сам фокусник, разумеется, не предполагал подобного варианта развития событий; он прыгал перед Аграфеной, как теннисный мячик, но совершенно не знал, чем ей помочь. Наконец, Кит взобрался на стол, не удосужившись даже снять грязные ботинки, и сорвал с носа плачущей тёти Груши неугомонный тюльпан. Раздался странный треск, как будто что-то сломалось, и обречённый бутон успокоился и сник. Кровавый лепесток, закружив в воздухе, нашёл пристанище на тщательно вычищенном ботинке Цепеша. Ассистент наклонился, взял лепесток, бесцеремонно выхватил из рук Аграфены букет и унёс на барную стойку. Коммерческая писательница достала зеркальце и тональный крем. Но все её попытки замаскировать уродливое красное пятно на носу были обречены на неудачу. В сердцах женщина хлопнула зеркальцем, вскочила со стула и ударила клетчатого фокусника дамской сумочкой. Тот закачался на месте, как маятник, но удержал равновесие, вовремя ухватившись за край стола. Мужчина, оскорбивший доверие женщины, понял, что единственный способ восстановить репутацию – искренне покаяться и попросить прощения.
– Извините меня, ради бога. Со мной никогда раньше такого не случалось. Сегодня какой-то неудачный день. А может быть, я просто волнуюсь… И это волнение вполне объяснимо, ведь я нахожусь в компании такой очаровательной дамы, – затараторил маленький побитый мужчина. Кит цокнул языком и закатил глаза; Аграфена же сменила гнев на милость и вернулась на своё место. Комплименты были её слабостью, и она никогда не распознавала иронии и лицемерия.
– Всё-таки любовные романы пишет, – шепнула Никите Мира. – Главные героини, наверное, все такие наивные дурочки.
Не сумев подавить вздох облегчения, фокусник отошёл на безопасное расстояние, где Цепеш уже колдовал над носовым платком, готовясь к очередному представлению. Но день и в самом деле не удался, а один из посетителей громко и безо всякого стеснения назвал артистов «парой никчёмных клоунов».
Фокусник побагровел, но не успел обидеться: надо было ловить дикую чёрную кошку, которая с торжествующим воплем скакала по столам и смахивала хвостом фарфоровые чашки.
– Иди сюда, кис-кис, – Мира позвала к себе взбешённое животное. На миг кошка замерла и как будто немного успокоилась, а затем вытянула лапы и обвела гостей проницательным взглядом. Жёлто-зелёные глаза блеснули, и на мгновение показалось, что это человек в кошачьем костюме. Наваждение рассеялось, когда новая гостья совершила головокружительный прыжок и оказалась на коленях у Миры. Люди тотчас же обернулись к невозмутимой девушке с яркими малиновыми волосами, которая обняла кошку и потрепала её по спине. Животное сладко зевнуло и довольно замурлыкало. Теперь уже никто не сомневался в том, что эта странная компания состоит в приятельских отношениях с фокусником.
– Вы удивительная девушка, – клетчатый господин зааплодировал Мире, и даже его мрачный ассистент как будто улыбнулся. Никита заметил, как подёрнулись уголки его бледных губ, но, по-видимому, Цепеш сдерживал себя. Уже через несколько секунд его губы были плотно сжаты, а единственный глаз поглядывал на зрителей всё с той же отчуждённой неприветливостью. Едва ли кто-нибудь из присутствующих заметил быструю перемену в выражении лица невозмутимого вампира.
– Никому и никогда не удавалось погладить Нэнси, – объяснил фокусник наблюдателям, и ему, конечно, никто не поверил.
– Кис-кис-кис, иди к папочке, – он бережно взял кошку из рук Миры и передал ассистенту. – Ну что ж, Цепеш, пора признаться,
