– Как мило с вашей стороны, миледи, – сказала она. Леди Одетта сняла белку с плеча и принялась баюкать ее на руках, как будто это был ребенок. Зверек возмущенно застрекотал, но леди не обращала внимания.
– Тогда начнем с того, как вы обращаетесь к лорду ле Куртене. Ужасная развязность! Хорошо, что вас слышали только мы с Бушаром.
– Но Джордан просил…
– Миледи, ваше дело – слушать, а не спорить.
Изабелла замолчала, а леди Одетта пустилась в объяснения. Женщине нельзя называть мужчину именем, данным ему при крещении. На то есть множество причин. Речь Одетты вилась, как извилистый ручей. Правила, условности. Изабелла начала думать – не поспешила ли она, согласившись брать уроки? Разумеется, она не продала душу дьяволу, но знала – дьявол будет стоять у нее за плечами. Дьявол, пожирающий ее время.
Слишком много занятий пропустила она в аббатстве. Будь она столь же искусна, как некоторые из сестер, она бы сумела спасти жизнь вору. Они бы узнали, зачем ему кинжал. Так и теперь. Возможно, уроки леди Одетты ей еще пригодятся, когда придет время преподнести бумаги королеве. Тем более лучше думать об этом, чем беспокоиться, как проститься с Джорданом, после того как миссия будет выполнена.
С лордом ле Куртене, напомнила она себе. Да, труднее всего будет усвоить манеру обращаться к нему официально.
Глава 10
Клубы ладана окутали каменный гроб, в котором покоились кости Райcа. Затем отец Элуа принялся читать заупокойные молитвы над скрюченным телом, лежащим на полу перед гробом. Джордан сжал кулаки, да так, что был уверен – все в церкви слышали, как хрустнули костяшки пальцев.
Безымянный пес не заслуживал, чтобы его отпевали вместе с Райсом де Доланом. Его друг слыл человеком чести, преданным идеалам рыцарства. Тот, кто лежал бесформенной грудой на полу, был вором, и он убил бы Изабеллу, не окажись она искусным воином.
На балке потолка запела птица. Сквозь щели в тростниковой крыше струился солнечный свет. Как и все в замке, часовня нуждалась в ремонте. Следовало остаться и заняться делами. Но он обещал Изабелле, что поедет с ней в Линкольн.
Опустив голову, Джордан искоса поглядел туда, где она стояла, опустив взгляд в пол. Губы девушки двигались – она повторяла молитвы за отцом Элуа. На ней было все то же испачканное дорожное платье. Они оба не успели переменить одежду. Как только отец Элуа узнал, что прибыли лорд Уиртон с сестрой, он захотел начать заупокойную службу немедленно. И не важно, что ее платье было грязным и изорванным, – Джордан все равно не мог отвести от нее восхищенного взгляда. Восхищенного – не совсем точное слово. Изабелла никогда не стремилась вызывать восхищение. Она просто была другой, непохожей на остальных женщин.
Впрочем, это очень опасно – позволить себе так долго смотреть на Изабеллу. Кровь Христова! Он был готов уложить ее в постель, поступить бесчестно, как вор. Она рисковала ради него жизнью, а он обращался с ней, словно с продажной женщиной, созданной для удовольствия мужчин!
Для удовольствия. Он и не догадывался, сколько страсти в ней таится, пока не поцеловал ее в первый раз. А следовало бы. С тех пор как Джордан вернулся из Аквитании, он прятал чувства глубоко-глубоко в своей душе…
Джордан взглянул направо, туда, где молитвы повторял другой, более низкий голос. Уиртон и леди Одетта. Даже дорожная грязь от долгого путешествия в Ла Тур не прячет, ошеломительной красоты девушки.
Уиртон не преминул шепнуть Джордану, что сестра очень ждала встречи с ним. Лишь напоминание о том, что они прибыли в Ла Тур на погребальную церемонию, удержало барона от намеков насчет женитьбы Джордана на леди Одетте. Как только служба завершится, Уиртон наверняка вернется к этому разговору.
Священник закончил молитву и повернулся для благословения. Джордан посмотрел на гроб друга. Сейчас домовину вынесут на церковный двор, где и предадут земле. Прочитают еще молитвы, служба окончится. Растрачена впустую еще одна человеческая жизнь, в угоду ложным ценностям и женскому тщеславию.
Он будет умнее. Джордан поклялся в этом в тот самый день, когда узнал о смерти Райcа. Он исполнит обет, что бы ни случилось. Сдержит данное Изабелле обещание и вернется в Ла Тур. Сначала отремонтирует замок, прежде чем обременить себя женой. Выберет ее очень придирчиво. Не станет он бросать жизнь под ноги женщине, способной лечь с другим, не проронив на могиле жениха и слезинки.
Еще один обет! Джордан слегка улыбнулся. Пора прекращать приносить обеты.
– С вами все в порядке? – шепнула Изабелла.
– Да.
– Рада слышать.
Холод, сковавший его душу месяц назад, немного отступил – спасибо ее сердечной доброте. У Джордана не было времени ответить. Гроб выносили из церкви. Джордан заметил, как Изабелла взяла леди Одетту под руку и повлекла ее и брата к выходу так быстро, что у тех не было возможности с ним заговорить. Он был ей благодарен – девушка угадала его желание.
Стоя над могилой, отец Элуа был немногословен. Когда все закончилось, священник молча сжал локоть Джордана, прежде чем вернуться к обыденным церковным делам.
После его ухода Изабелла первая нарушила молчание:
– Леди Одетта, путь из замка Кенвик не близок. Уверена, вы не откажетесь отдохнуть. А вам, лорд Уиртон, не помешает еще одна кружка эля.
– Вы знаете, как врачевать любые раны, – заметил Уиртон. – Вы хорошо усвоили уроки аббатства Святого Иуды.
Изабелла побледнела. Джордан догадался – она поражена тем, что барон понял, где она обучалась. Для Джордана тут не было ничего неожиданного. Уиртон – человек умный и пытливый. Почему она так потрясена? Когда они с Изабеллой познакомились, она сама почти сразу призналась, что училась в тетином аббатстве.
Вдруг Изабелла улыбнулась. Не ошибся ли он? Кто угодно бы побледнел, стоя над могилой.
– Есть много способов врачевать раны, – ответила Изабелла. – И к каждому человеку нужен особенный подход.
– Как я и сказал, миледи, вы хорошо усвоили уроки. – Уиртон и его сестра были готовы покинуть церковный двор.
Изабелла последовала было за ними, но задержалась. На мгновение она сжала Джордану руку, а потом повернулась, чтобы уйти. Джордан тихо позвал:
– Изабелла! Она оглянулась.
– Спасибо, – сказал он.
– Не за что. – Она грустно улыбнулась и пошла прочь. Джордан стоял, глядя ей вслед, пока она не подошла к воротам верхнего дворика. Она уже скрылась из виду, а он все еще гадал, отчего не желает признать правду. Столько клятв! Сдержать некоторые из них – значило нарушить другие. Он поклялся держаться подальше от смертельно опасных игр Плантагенетов, но согласился помочь Изабелле сослужить службу королеве. Поклялся, что никого не подпустит близко к сердцу, как родителей и Райcа. Не хочет он больше страдать, теряя тех, кто дорог. И вот, пожалуйста – Изабелла стала частью его помыслов.
