Читаем без скачивания Воплощенные - Наталья Бульба

Да и Кимела… Ее помощь была неоценима. Муж оказался прав, она не просто согласилась заняться обучением моих детей, пока Локар не найдет им наставницу, но и сумела добиться их уважения.

Я бы радовалась этому, если бы не двойственность моего положения, которая не давала покоя. Не сказать, что соратник Эриара проявлял настойчивость, продолжая напоминать о прошлом, но каждый раз, когда нам приходилось встречаться, в его взгляде я читала: он ничего не забыл.

Вряд ли Кимела этого не замечала.

У воплощенных и ансаиров нет семей, как принято у людей. Самое близкое к этому понятию – спутники. Пока не появится ребенок или не решат, что совместный путь и так был слишком долог.

В отличие от остальных традиции клана Арлаков схожи с человеческими. Но ритуалы, как и у всех, нерушимы. Единственное послабление для мужа и жены – возможность взять консорта. В нашем с Эриаром случае она была у меня. Я имела право официально призвать понравившегося мне мужчину, предложив ему место в своей спальне. Для князя охраняющих оставались только тайные связи. Моя мама на шалости отца закрывала глаза, я собиралась делать так же, пусть и по иным причинам.

Жизнь на Земле изменила мое мнение об отношениях, основы которых складывались веками. Я понимала, что для долгоживущих трудно сохранить чувства друг к другу, не преступить через верность связавших клятв. Но… так хотелось романтики, хотелось верить, что любовь сильнее времени и обстоятельств.

Я не была наивной, жизнь отучила меня верить в чудеса, но это не мешало мечтать. О несбыточном.

А еще я понимала, что искренность не терпит неволи и стен из правил и законов.

– Моя лери. – Кимела вышла на балкон, не дождавшись моего возвращения.

Я же задумалась, забыв о том, что мы с Эриаром собирались объехать ближайшие деревни. Нужно было своими глазами посмотреть, что необходимо для их скорейшего восстановления.

– Меня уже ждут? – Я обернулась к ней, похоже, не сумев скрыть волнения.

Непростительная беспечность! Я не имела права быть слабой.

– Нет, моя лери, – отступила она на шаг назад. У нее было звериное чутье, о котором я постоянно забывала. – Дор Шинар просил князя Эриара спуститься в нижнюю крепость. У северной стены драка среди наймитов.

Впору было благодарить их за передышку. За несколько мгновений тишины и одиночества, которые позволили осмыслить, собрать воедино все, что произошло за последнюю луну.

– Спасибо. – Я улыбнулась ей как можно беззаботнее. – Я дождусь его здесь.

Посчитав, что разговор на этом закончен, я отвернулась. Облокотившись на перила, попыталась вспомнить, о чем думала, прежде чем Кимела меня отвлекла. Не успела.

– Лери Талина… – Развернулась я резко, предчувствуя, что мне не понравится то, что я услышу дальше. – Я и Локар…

Молчание оказалось более красноречивым, чем слова. Все, что она хотела мне сказать, читалось на ее лице. Знала она о чувствах Локара ко мне. Не просто знала – радовалась им. И причина этого тоже была ясна, стоило только задуматься, какой проказник-случай мог свести их вместе.

– … не спутники, – выдохнула я, понимая, что хочу вернуть утро. Оно было нелегким, но без этой обреченности. – Ты была его смотрящей?

– Шепчущей, – горько усмехнувшись, удивила она меня. Чем отличаются одни от других, мне было известно. – У князя Сомея. А до него у отца князя Виджара, а до него…

Она не стала продолжать, щадя меня. Или… так же, как и я, не желала показывать свою слабость.

– Как вы с ним познакомились? – спросила я, усаживаясь в плетеное кресло и показывая Кимеле на второе. Я не рассчитывала, что этот разговор состоится так скоро, но не забывала, что он необходим. Как оказалось, ей не меньше, чем мне. Вряд ли соратник мужа был способен оценить, что творилось в ее сердце.

Кимела, словно подтверждая мои мысли, грустно улыбнулась.

– Давно это было, вы, моя лери, еще даже не родились.

– Я не думала, что мне так рано придется встать во главе клана. – Я сдержала тяжелый вздох.

Вспоминать о тех днях было больно. Мама словно чувствовала, что рано покинет этот мир. Мне было восемнадцать, когда они с отцом объявили меня наследницей, мне только исполнилось двадцать, когда я впервые вошла в храм.

А ведь… действительно чувствовала. Дар нимеры должен был подсказать, за какой из ночей не наступит день.

Все сжалось у меня внутри, я старалась не выказать смятения. Это понимание настигло меня только сейчас – предугадывая свою судьбу, она должна была знать и о том, кто именно станет виновником ее смерти.

Она ни разу не дала ощутить нам с сестрой, что одна из нас будет убийцей, а вторая… изгнанницей.

– Я бы не хотела об этом говорить. – Ее голос был чуть слышен, что удивило меня еще больше, чем обман Локара. Какими бы ни были отношения спутников, определенные обязательства они на себя брали. Хотя бы внешне, но он следовал им.

Не знаю, чего ожидала Кимела, но мои слова прозвучали раньше, чем я сама пожелала их произнести:

– Я должна знать!

Чутье нимер… Будь оно проклято!

Нелина вскинула на меня обеспокоенный взгляд. Еще одно открытие – она переживала за меня!

– Это касается князя Эриара. – Ледяное спокойствие в прозрачно-голубых глазах. Очередная догадка. Теперь о том, какая именно стихия была заперта в ее теле. Клан Тароков. Водные.

– Мне известно о славе палача Круга, – равнодушно бросила я, очень надеясь, что она мне поверит.

Не поверила. Усмешка пропала слишком быстро, но легко заметить то, что ожидаешь увидеть.

– Это произошло чуть больше сорока лунаров тому назад.

– Совместный набег Тароков и Шотаров на вольный город Ахмель? – опять не сдержалась я.

Могла не спрашивать, история Лерикана мне была хорошо известна. В тот период ничего более значимого, чем эта бойня, не происходило.

– Для меня это был подарок на четырнадцать лунаров. Я впервые сопровождала отца, одного из соратников князя Сивиа. Он вел отряд избранных. – Она будто и не заметила, как я откинулась на спинку кресла. Продолжала говорить, не мешая мне думать. Опять о превратностях судьбы. Избранные – лучшие из воинов, бесстрашные, не ведающие жалости, не знающие привязанностей. Для них существовали лишь князь да командир, которого они выбирали сами. Это служило лучшей характеристикой для ее отца. И… для нее. – Я ехала не в обозе, а рядом с ним. У меня уже был свой арбалет и короткий меч. Отец хотел вырастить меня телохранителем князя.

Она с горькой насмешкой посмотрела на меня, уточняя, нужно ли объяснять, где и как она должна была его охранять.

Я, ничего не сказав, качнула головой. Сколько ни говори, что законы одного мира не приемлемы для другого, память выбирает то, что кажется правильным. Впрочем, если бы я не встретила на Земле в тот день моего будущего мужа, еще неизвестно, как бы я рассуждала сейчас.

– В город мы ворвались на рассвете, а к полудню его окружили воплощенные.

В этот раз тяжелого вздоха я не сдержала. История мертва, пока ты не встречаешься с тем, кто был свидетелем тех событий. И тогда она оживает и обрушивается на тебя красками, звуками, чужими судьбами, заставляя смотреть в глаза правде, которую ты не принимал.

Ахмель был достаточно большим по меркам Лерикана и стоял на пересечении торговых путей. Пустынные земли, вольница, кланы воплощенных и ансаиров… Ворота торжищ были открыты для всех, действовал закон гостеприимства в те дни, когда власть в городе отдавалась торговому люду.

Проклятые напали как раз в это время. Добычей становилось все, наиболее ценным призом были дети и юные девушки – ходовой товар на невольничьем рынке.

Кровь, огонь, крики, безжизненные тела тех, кто пытался защитить своих близких… Ансаиры не щадили никого.

А потом подоспели воплощенные, которых вел палач Круга, князь Эриар, мой муж и глава клана Арлаков.

– Отец приказал дюжине воинов сопровождать меня. Пока кольцо не замкнулось, у нас был шанс спастись. Но я отказалась покинуть его, о чем жалею до сих пор. – И опять улыбка. И не поймешь, чего в ней больше: насмешки над собой или принятия того, что прошлое не изменить.

– Мы вылетели прямо навстречу отряду Эриара. Сражались, не спешиваясь, раненые падали под копыта лошадей. Отец крикнул, чтобы я уходила, но было уже поздно. Из седла меня выкинули за шкирку. Сам палач. Я упала на камни мостовой, чудом успела отползти к стене дома. Спустя несколько мгновений все было закончено, в живых осталась только я. Я не обманывала саму себя, знала, что это ненадолго.

– Локар не дал тебя убить?

– Не только, – подтвердила она то, что было ясно и без слов. Быстрая смерть для нее должна была стать милосердием. – Эриар распорядился отдать меня воинам, но Локар сказал, что заберет меня себе.

– И тот отдал?