– Не выношу этой организации. И знаете почему? Я боюсь, что когда-нибудь комиссар до меня доберется… Или я до него доберусь. Это шутка, крошка. Надеюсь, ты тоже пошутила?
Наконец-то в углу тихонько материализовался комиссар Милодар. Очевидно, он слышал последние слова доктора Гермес-Полонского.
– Пока я еще не добрался до вас, старый жулик! – ласково улыбаясь, сказал комиссар. – Убери лапы от моего агента, иначе я не ручаюсь за вашу сохранность.
– Ах, Милодар! – Гермес-Полонский стал сама любезность. – Я так рад визиту. Вы не видели мой сад? Ведь вас провели с главного подъезда, а он непрезентабелен.
Кору и в самом деле провели через подъезд скучного стеклянного небоскреба на углу Никольской и улицы Борщова.
Меценат – сама любезность – пропустил Кору вперед, в проход между колоннами. Милодар не спеша шел следом, обходя предметы, чтобы лишние глаза не заметили, что он лишь голограмма.
За домом обнаружился чудесный сад. Апельсиновые деревья были в цвету, утрамбованную землю покрывали лепестки глицинии.
– Осторожнее! – крикнул президент.
Кора обернулась на крик – на нее мчался кабан. Белый, с высокой гривой и огромными клыками. Кора еле успела отскочить в сторону и врезалась в колючий куст. Доктору Гермесу повезло меньше. Кабан подхватил клыками его хламиду и дернул так, что Гермес упал и покатился по земле, а кабан, перепуганный не меньше президента «ВР», пытался вырваться и рвал хламиду клыками и острыми копытами.
Коре пришлось метнуться на помощь меценату, потому что никого из слуг вблизи не оказалось. Она прыгнула на кабана таким образом, чтобы обеими ступнями ударить его в бок. Прыжок удался. От неожиданности и без того ополоумевшее чудовище упало и тут же потеряло все преимущества перед людьми. Кора навалилась на кабана, прижимая к земле его голову. Маленький, в белых острых ресницах глаз кабана смотрел на нее бешено и тупо.
Гермес-Полонский, попискивая и постанывая, выползал сразу из-под кабана и из своей хламиды.
– Поторопитесь, доктор, – с трудом сказала Кора, – у меня силы на исходе.
– Эй, мать вашу! – завопил Гермес-Полонский, выпрыгивая наконец из одежды и оставаясь в красных трусах. – Где вы все! Всех уволю!
Будто испугавшись, что их и в самом деле уволят, изо всех дверей и прочих отверстий в пейзаже возникли деловитые молодцы и мужчины различного вида – от тяжело вооруженных гоплитов до секретарей в серых костюмах и бордовых галстуках. Растолкав их, на лужайку выбежал устрашающего вида бородач в кожаном фартуке, отягощенный метровыми плечами. Он первым достиг кабана, впрочем, это легко было объяснить тем, что остальные не столь рьяно стремились оказаться первыми. Ловким движением гигант схватил кабана, локтем оттолкнул Кору, поднял кабана в воздух и, тяжело переступая, побежал с ним в обнимку к ближайшей двери.
– Наш идиот-дрессировщик, – мрачно сказал доктор, поднимаясь. – Вам нужна медицинская помощь?
– Если у вас есть вата, пластырь и противостолбнячная сыворотка, то я обойдусь без ваших медиков.
– Проводите, а я переоденусь, – сказал Гермес-Полонский одному из секретарей.
– Я пойду с тобой, – предложил Милодар, которого в последние минуты Кора не замечала.
– Только не это!
Она знала, почему Милодар предпочел не вмешиваться в бой с кабаном. Он никогда не был до конца уверен, когда и где он – голограмма, а когда и где – оригинал. Потому предпочитал не рисковать без нужды.
Разглядывая себя в зеркале туалета, Кора подумала, что в жизни ей еще не приходилось за такое короткое время получать столько неглубоких, но болезненных и нечистых ран, как за последнюю неделю. Хорошо бы эта жизненная тенденция прекратилась.
К сожалению, ее платье было испачкано и измято, но, когда она собиралась позвонить и сообщить об этом местным хозяйственникам, дверь в туалет приоткрылась, и в ней возникла тонкая женская рука с вешалкой. На вешалке висело неплохое парижское платье как раз размера Коры. Это примирило ее с действительностью. Ибо ей не раз уже приходилось сталкиваться в жизни с отвратительной ситуацией, когда твоего размера в продаже нет. Какой-нибудь коротышке по пояс – любое платье, а ты хоть в простыню заворачивайся!
Когда Кора вновь вышла в садик и опасливо оглянулась – не исключено, что у дрессировщика есть в запасе тигры и удавы, – то она обнаружила, что часть растительности уже исчезла, а к атриуму вела выложенная мрамором дорожка, которой десять минут назад еще не было.
За колоннами обнаружился уютный и просторный кабинет президента «ВР». Сам доктор Гермес-Полонский поднялся при виде Коры из-за широкого, затянутого зеленым сукном стола. Его пожилая секретарша, сидевшая справа у двери за металлическим тонконогим столиком, вежливо улыбнулась и замерла как послушная собачка.
Доктор Гермес был облачен в строгий серый костюм, белую сорочку и шоколадный галстук. Со времени их последней встречи в лице президента произошли две перемены. Во-первых, он потерял парик с золотым венцом и облысел, во-вторых, поперек правой щеки тянулся серый пластырь и под глазом виднелся небольшой припудренный синяк.
– Простите, агент Орват, – сказал президент, протягивая Коре обе руки. – Как вы понимаете, события несколько вышли из-под контроля. Белый вепрь, которого мы готовим для Геракла, сегодня не в духе. А дрессировщик плохо запер загон и будет лишен квартальной премии. Надеюсь, вам понравилось скромное платье, которое я вам преподнес?
Милодара нигде не было.
Перехватив и разгадав ее взгляд, доктор Гермес-Полонский произнес:
– Комиссар был вынужден нас покинуть и вылететь в Таганрог. Он попросил меня сделать все для вас необходимое.
– Большое спасибо, – сказала Кора. – Я надеюсь, что вы мне поможете.
– Моя помощь, – улыбка чуть-чуть тронула уголки пухлых губ президента, – начнется с того, что я не сообщу комиссару, сколько стоит ваше очаровательное платье.
Доктор Гермес был проницателен. Если Милодар узнает, что Кора приняла подарок, превышающий по стоимости ее годовую зарплату, то, скорее всего, Кору немедленно вышибут из ИнтерГпола. И правильно сделают. В истории многих тайных организаций падение агента начиналось с маленького дара от доброго клиента.
– Присаживайтесь, – пригласил Кору президент, не ожидая благодарности за платье. – Очевидно, вы полагаете, что наблюдали час назад разгул страстей параноика. На самом же деле я знакомил вас с возможностями виртуальной реальности. Вы застали меня в тот момент, когда я возвратился из Древнего Рима, где мне пришлось разыскивать нашего агента, и потому я вынужден был играть роль Нерона. Я возвратился еще под действием той нереальной обстановки, и раз уж вы пришли, то продемонстрировал вам всю эту чепуху… Так что забудем!
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
