с головы чепчик, который упал, а с ним вместе и клубочек с шелком вывалился. Король, увидя сие, на меня закричал, называя воровкою, и велел выгнать вон».
В следующий день Вихорь-королевич пошел во дворец и приказал опять лакеям за музыкантовою женою ехать и звать от имени королевского вышивать золотом. Как скоро лакеи подъехали с каретою и просили ее от имени королевского вышивать золотом во дворец, то королевна долгое время отговаривалась. Напоследок по приказанию названного своего мужа согласилась. И как она начала одеваться, то королевич просил ее, чтобы она несколько золота отмотала ему на струны к цимбалу. Долго не соглашалась королевна, наконец прошения Вихоря-королевича превозмогли ее упорство, и она обещалась сие исполнить. «Куда же мне положить оное?» — спрашивала Настасья-королевна. «В черевик, — отвечал Вихорь-королевич, — и никто сего не приметит, да и сам король не догадается». По приезде своем во дворец вошла она в девичью и начала шить; вдруг все заговорили, что приехал король посмотреть, как вышивают золотом. Вихорь-королевич, переодевшись в богатое платье, взошел в девичью и, взглянув на королевну, сказал: «Чья эта такая лупоглазая? Да она еще вздумала и щеголять в модных черевиках». По сем ударил ее по правой ноге палкою, черевик спал с ноги, и из оного выпало золото. «Ах какая воровка! — закричал королевич. — Вон, вон ее отсюда, она у меня все золото перекрадет». Королевна тотчас вскочила со своего места и в торопливости насилу надела черевик, пришед домой, плакала. Королевич же, переодевшись, пришел домой и спрашивал ее, принесла ли она ему золота? «Как можно принесть? — отвечала королевна. — Король, будто какой колдун, взошед в девичью, назвал меня сперва лупоглазою, потом ударил по черевику палкою, который упал с ноги, и золото из него вывалилось. Он на меня закричал и велел выбить вон, и я насилу сама могла уйти».
На следующий день королевич пошел во дворец и приказал за королевною ехать великолепной карете и просить ее, что король нынешний день намерен вступить в брак, то чтобы она ехала за невестой свахою; сам же между тем оделся в королевское платье и дожидался приезда королевны. Как скоро лакеи придворные приехали и объявили королевне, что Вихорь-королевич приказал просить ее, чтобы она ехала свахою за его невестой. Она нимало не отговаривалась, и по приезде ее во дворец король приказал надеть на нее драгоценное платье. Потом, одев фрейлину в хорошее платье под видом невесты, поехал сам в церковь, куда за собою и им приказал следовать. И как взошли в церковь, то король, подошед, взял за руку королевну, которая объявила ему, что она не невеста, а музыкантова жена. На что король отвечал ей, что в их королевстве такое обыкновение: венчаются всегда со свахами. По окончании же бракосочетания Вихорь-королевич приехал во дворец и стал говорить королевне: «Помнишь ли ты, Настасья-королевна, как смеялась Вихорю-королевичу?» — «Виновата, сударь», — отвечала королевна. «Знай же, — продолжал король, — что я не музыкант, а сам Вихорь-королевич». После чего сказал он ей, чтобы она нимало на то не досадовала, что он отсмеивал ей насмешку, но, предав все забвению, жила бы с ним в горячей любви и взаимном согласии. С сего времени стали они жить благополучно и друг друга любить.
9. Сказка о Петре-королевиче
В некотором царстве, в некотором государстве, в славном королевстве Араратском жил король с королевою, у них было три сына: большой назывался Василий-королевич, средний Иван-королевич, а меньшой Петр-королевич. И как они пришли все трое в совершенный возраст, то начали проситься у своих родителей свету посмотреть и себя показать. Король долгое время не соглашался на их просьбу, но напоследок усильное прошение меньшего их сына убедило короля дать им позволение.
Королевичи, получа благословение от своих родителей, поехали из своего королевства и ехали путем-дорогою долгое время; напоследок приехали в неизвестное им государство и расположились в заповедных лугах. Между тем король того королевства начал клич кликать, кто бы мог найтиться в его государстве такой, который бы умел разводить коней. Причиною сего было то, что во всем его государстве был ужасный конский падеж, и с того времени никак не могли развести лошадей. Петр-королевич, услышав о сем, объявил о себе королю, что он искусен разводить лошадей. Король весьма сему обрадовался и, не зная о его происхождении, пожаловал его первым своим конюшим, а братьев его придворными лакеями. Петр-королевич, вступя в должность свою, начал оную отправлять со всякою рачительностию и прилежанием. Был же у него конь премудрый, который многие подавал ему советы и наставления в разведении конском.
В одно время Петр-королевич между прочими разговорами с прочими конюхами сказал, что сия должность не очень для него трудна, но он может еще что-нибудь сделать и важное. И если он только захочет, то в каком бы то ни было королевстве легко достать может всякую прекрасную королевну. Поговоря еще и о прочих разных материях, пошел к своей должности. Спустя несколько дней донеслись королю те самые слова Петра-королевича, что он хвалился достать прекрасную королевну. Выслушав сие, король весьма обрадовался и, призвав к себе своего конюшего, говорил ему: «Любезный мой друг! Правду ли ты сказывал, что можешь достать во всяком королевстве прекрасную королевну, если только захочешь? Когда сие справедливо, то прошу тебя достать мне королевну из Прелонзского королевства, к которой я уже несколько лет пылаю любовию. За таковую твою верную мне услугу подарю тебе половину моего государства. Если же, напротив, ты похвалился, а сего сделать не сможешь, то я прикажу тебя казнить злою смертию, и никак не избегнешь ты сего наказания». Королевич, выслушав короля, объявил ему, что он действительно сие исполнит, и, подтвердя сие многими словами, пошел вон из королевских покоев и, пришед на конюшню, начал неутешно плакать, рассуждая сам с собою о том, что хотя и обещался королю сослужить такую службу, однако оная свыше его сил. Конь, добра лошадь Петра-королевича, увидя, что он неутешно плачет, спросил его: «О чем ты так плачешь?» — «Как мне не плакать, — отвечал королевич, — я в шутки разговаривал с конюхами, что могу достать прекрасную королевну, в каком бы то королевстве ни было, если только захочу; но сии самые речи дошли до короля и он нарядил меня сослужить ему службу: съездить в Прелонзское королевство и увезти оттуда королевну, в которую он давно влюблен; если же я сего не исполню,
