Но оставлять магазин в разгар рабочего дня еще раз она не решилась. Если придет хозяйка, то рабочие дни Виктории будут сочтены. Приходилось довольствоваться тем, что она видела.
А видела она Максима, который встал, – его голова стала намного выше остальных – и принялся что-то говорить. То, что его речь была пламенной и шла от сердца, Виктория поняла сразу по детскому выражению его лица. Только дети могут так пламенно говорить, когда во что-то верят совершенно искренне. Виктория усмехнулась, ей теперь знакома психология малышей.
Когда Максим закончил говорить, встала Алиса, она повернулась к Максиму и поцеловала его. Вот те раз, и с этим она целуется. Хотя если он на этой свадьбе свидетель, то ничего странного. Невеста от радости, что ее берут замуж, на любой свадьбе готова перецеловать всех гостей подряд. Следующей за Максимом несколько слов сказала круглолицая дама. Алиса принялась целоваться и с ней. Все ясно, это свадьба.
Назаров женится на этой сороконожке. Конечно, а как же могло быть иначе? Ведь именно сороконожке он сделал свадебный подарок, купив в ее магазине столько обуви! Чего ж теперь удивляться.
Виктория нехотя слезла с лестницы и тут же наткнулась на хозяйку. Та стояла, как фельдмаршал Кутузов в старой ленте, который глядел на то, как бегут поверженные французы.
– И что там интересного в самый разгар рабочего дня?! – визгливо поинтересовалась хозяйка.
– Вывеска, – ответила Виктория, – окривела, – сразу нашлась она.
– Вывеска?! – поразилась та и полезла на лестницу, чтобы уличить наглую подчиненную во лжи.
Лестница опасно закачалась от тяжелого веса. Машка, стоявшая рядом с ней, одним пинком ноги довершила процесс. Хозяйка свалилась, так ничего не успев разглядеть. На нее упали женские полуботинки отечественного производства из кожзаменителя, которые она задела дергающимися руками.
Гора колыхнулась три раза и затихла. Продавщицы с недоумением уставились на безжизненное тело.
– «Скорую»! – закричала Виктория и кинулась спасать пострадавшую.
На этот раз все обошлось. Хозяйка получила сотрясение мозга и выбыла из строя на неделю. Хотя, как думали продавщицы, сотрясаться в ее голове было нечему, и руководительница могла появиться в магазине на следующий день. Воспользовавшись неожиданной свободой, Виктория решилась на отчаянный шаг.
А тем временем праздник проходил, как отметили бы журналисты, в непринужденной дружественной обстановке. Алиса радовалась и благодарила коллег за приятные знаки внимания, поднимала тосты за дружбу и взаимопонимание, при этих словах устремляла пламенные взгляды на Назарова. Тот сидел и радовался тому, что говорить много не пришлось. Алису хорошо приняли в коллективе, все стремились поздравить ее с днем рождения, натянутых пауз не было. Максим, раззадоренный спиртным, нес полную околесицу, но Алиса улыбалась, кивая ему хорошенькой головкой. В принципе мероприятие двигалось к завершению, когда виновница торжества неожиданно попросила для себя необычный подарок. Алиса потребовала себе помощника. Назаров не сразу понял, о каком помощнике идет речь, и попытался свести все к шутке, но та стояла на своем и требовала подарка. Максим решился и предложил в этом качестве себя, клятвенно обещая помогать ей и днем, и ночью. Но Алиса только холодно улыбнулась и напомнила, что у нее сегодня особый день.
Назарова приперли к стенке. В принципе он был не против расширения штата, но найти хорошего сотрудника не так-то легко. Ведь требовался не просто помощник, а специалист со стажем, с подходящим образованием, приятный человек, в конце концов. И где сегодня взять этого помощника? Алисе же не терпелось стать настоящим начальником отдела. Пока в отделе была она одна. Ей обещали набрать сотрудников «как только, так сразу», и сегодня, как она решила, это «сразу» наступило.
Заметив возникшую натянутость в общении, коллектив начал быстро разбредаться по рабочим местам, хотя работать сегодня уже никто не собирался, время близилось к вечеру. В зале остались трое: Назаров, Новиков и Алиса. Обсуждение вопроса расширения штата затягивалось.
– Как ты не понимаешь, – кипятился Вячеслав, – я же не могу взять человека с улицы. У него должен быть хотя бы опыт продаж!
– А я не могу работать за троих, – возражала ему Алиса, напоминая о штатном расписании.
– Она права, Славик, – поддерживал Максим. – Пора задуматься над этим вопросом. У нас накопилось много дел, Алисе одной будет очень тяжело. Мы не сможем ей помочь, с завтрашнего дня придется работать над предстоящим контрактом с немцами.
– Я все понимаю, – сдавался Назаров, – но все настолько неожиданно. Я должен сам подобрать человека? – обратился он к Алисе.
– Можешь взять любого с улицы, – гордо ответила та, – я обучу даже обезьяну. С моим опытом и знаниями это легко сделать. – Она улыбнулась, представив, как сегодня вечером в ресторане на торжестве сообщит друзьям и приятельницам, что руководит целым отделом.
– Отлично! – воскликнул Назаров и вышел в коридор. – Возьмем любого! Семенович, – обратился он к сторожу: – Пойдешь помощником в рекламный отдел?
– Ну не до такой же степени, – бледнея, произнесла Алиса.
– Почему? – удивился Назаров. – Семенович вполне обучаем. На днях он выучил, как набирать код на двери, чтобы она открывалась.
– Да, – радостно подтвердил пенсионер, – полгода мучился.
– Я хочу девушку! – поторопилась заявить Алиса.
– Вот и она, – тихо произнес Назаров, глядя в глубь коридора.
Виктория шла, как заторможенная, плохо понимая, что делает.
С одной стороны, ничего особенного в том, что она придет к Назарову, не было. Ей нужно было поговорить о том, как они должны разоблачить преступника или преступницу. Назаров ей обещал помогать. Но, с другой стороны, делать первой шаг навстречу мужчине Виктория не хотела. Это был ее первый шаг, обычно она сидела и дожидалась, пока мужчина придет сам. Назаров не шел. Или, по крайней мере, не торопился ничего делать. Или сделал то, что уже невозможно исправить. Виктории нужно было убедиться в этом самой. Пусть скажет ей, глядя в глаза, все, что думает, пусть пошлет ее далеко, пусть нахамит. Пусть сделает хоть что-то. Подойдя ближе, она увидела, как Назаров распахнул объятия и направился к ней.
– А вот и наш новый первый попавшийся помощник! – радовался он. – Виктория! Прошу любить и жаловать. – Он взял девушку за руку и представил Алисе с Максимом.
– Мы, кажется, знакомы, – выдавила из себя Алиса.
– Да, – улыбнулся Максим, – мы знакомы. Очень приятно, Виктория.
Виктории было мало приятного в этом приветствии. Она не понимала, что происходит. Она ждала чего угодно, только не подобной встречи. Назаров казался искренним в своей радости. А вот его друзья сникли, глядя на нее.
