его лицу, он, вероятно, услышал достаточно.
Гном, приближающийся к нам по коридору, примерно вдвое ниже меня ростом. Его лицо испещрено возрастными и сердитыми складками, а нижняя половина скрыта рыжевато-седой бородой, которая волочится за ним по полу. В ней застряли листья и ветки, скребущие по твердому дереву. Одежда на нем самая простая и незатейливая, но он идет с гордо выставленной грудью. Он лысоват, но на затылке еще имеются волосы.
Исла склоняет голову, и его взгляд мрачнеет. Думаю, ему не по нраву ее решение не делать реверанс, от меня он подобного не дождется тем более.
– Добрый вечер, сэр, – говорит Исла, изображая нерушимое спокойствие.
Он недовольно ворчит, в буквальном смысле этого слова, и проходит мимо нас по коридору. Мы смотрим ему вслед, пока он не выкрикивает:
– Знакомства должны происходить в столовой!
Когда он сворачивает за угол, я бесстрашно закатываю глаза, охраняемая коридором.
– Что ж, будет весело, – шепчу я слишком громко.
Исла щиплет меня за внутреннюю сторону руки и тащит вперед, хотя на ее серьезном лице возникает улыбка.
– Давайте. Иначе Гейдж заставит нас страдать за каждую минуту, проведенную наедине с ним.
– Оно того стоит, – бормочу я. Она бросает на меня укоризненный взгляд, но ничего не говорит. С этого момента мне лучше держать свои нелестные мысли о Гейдже при себе. Между нами с Ислой возникло нечто похожее на стремительно зарождающуюся дружбу, и я не хочу разрушать ее. Оскорбление человека, который подарил ей так много, не принесет ничего хорошего.
И только небесам известно, что бы я делала, застряв в этом доме в одиночестве. Боже, как я скучаю по Элли.
Исла поправляет мое платье перед двойными дверями, затем распахивает их и вталкивает меня в столовую для приемов. Она осторожно входит следом за мной. Я бросаю на нее недовольный взгляд через плечо, и на ее спокойном лице вспыхивает веселье.
Гейдж и Боуэн уже ожидают нас за громоздким дубовым столом. Свечи на люстрах озаряют деревянные панели насыщенного коричневого цвета, придавая теням, на мой взгляд, чрезмерную фактуру и глубину. Исла незаметно подводит меня к креслу напротив него.
– Боуэн, я хотел бы представить тебе Фэйлинн, дочь короля Колума и леди Эммалин, – представляет меня Гейдж.
Темные глаза-бусинки Боуэна устремляются на меня. Не зная, что сказать, я наклоняю голову в его сторону. Его кустистые брови сходятся вместе, образуя одну кривую.
Мы усаживаемся на свои стулья, пока Боуэн взбирается на свой, раздраженно ворча.
– Надеюсь, скоро подадут ужин, – говорит он своим гнусавым голоском.
Гейдж постукивает пальцами по столу, и благодаря сигналу, который остался для меня незамеченным, дверь, ведущая из кухни, открывается.
Маленькие создания с орехово-коричневой кожей и длинными, похожими на паучьи лапки руками выносятся из кухни, неся подносы на четырех своих конечностях. Об этих существах я никогда не слышала, и, вероятно, мне придется столкнуться со многими представителями. Они расставляют перед нами подносы и снимают клош, открывая дымящиеся блюда, наполненные жареным мясом, и миски поменьше с запеченными овощами. На самой большой тарелке в центре – огромная птица. Ее длинная шея и голова прижаты к телу и повернуты в сторону Боуэна. Он облизывает губы.
За последние два дня я съела только два тоста, а сегодня я усиленно тренировалась с Ислой. Но у меня резко пропадает аппетит. Существует так много историй о фейри, которые превращают людей в различных существ. Лебеди в этот список попадают чаще всего. При виде одного из них на столе меня одолевают мрачные, нездоровые мысли. Интересно, что случилось с теми, кому не вернули прежний облик?
Боуэна подобные мысли не беспокоят. Не дожидаясь приглашения, он разрезает птицу, отхватывая себе большой кусок мяса. Слава богу, во имя моего желудка, шею он не трогает. Надеюсь, эта часть просто останется… украшением.
– Лебедь, да? – Он облизывает пальцы, опуская разделанное мясо на свою тарелку, и тянется за порцией картофеля слева от себя. – По какому случаю?
Лицо Гейджа ничего не выражает, пока он наполняет свою тарелку, игнорируя лебедя.
– Не так часто вы остаетесь на ужин, лорд Боуэн. Я подумал, мы отпразднуем это событие. – Гейдж бросает взгляд на меня и вздергивает подбородок, показывая, чтобы я наполнила тарелку.
Гном смеется, и несколько непрожеванных кусочков пищи застревают в его бороде.
– Драконье дерьмо, – грубо выдает он. – Ты меня умасливаешь.
Темный король не отрицает обвинения, но его губы изгибаются в невеселой улыбке.
– Может быть, и так.
Боуэн молчит, продолжая громко жевать. Я пробую кусочек, и мои пальцы на ногах поджимаются. Я, не торопясь, откусываю небольшие кусочки, повторяя за Ислой, но это требует определенных усилий. Еда невероятно вкусная. Слава богу. Я чувствую на себе взгляды, но стараюсь не опускать подбородок, чтобы не видеть лишний раз запеченного лебедя. Тишина за столом становится неловкой, но Гейдж не вмешивается.
– Ты, девочка, – начинает Боуэн. Я поднимаю глаза и вижу, как он тычет в меня обгрызенным крылом. Желудок сжимается. – Что в тебе такого особенного? – В его взгляде чувствуется твердость.
– Прошу прощения?
Исла скованно и неловко шевелится рядом со мной.
Боуэн указывает на Гейджа, все еще сжимая в руке кость от крыла, и откусывает еще один кусок мяса.
– С чего бы этому дураку королю помогать тебе уводить корону из-под его носа, а? Ты можешь объяснить мне это? – Он возвращается к еде, но наблюдает за мной, ожидая ответа.
– Может, он устал от общения с вами, – огрызаюсь я. Исла едва слышно вздыхает, но Гейдж остается спокойным. Мы с Боуэном не отрываем взгляды друг от друга. Гном перестает жевать, приоткрыв рот.
Он вдруг смеется. Настоящим, глубоким смехом, отзывающимся в животе. Хлопает ладонью по столу, оставляя жирные отпечатки, и поворачивается к Гейджу, ухмыляясь, словно подвыпивший глупец.
– В ней есть что-то от Колума! – кричит он, ухмыляясь. Он снова поворачивается ко мне, и его взгляд уже не такой суровый, но по-прежнему напряженный. – И держу пари, немного от Эммалин тоже, – говорит он Гейджу. Он знал моих родителей. Мне следовало понять это раньше, но я решаю подумать об этом позже.
Гейдж отставляет тарелку, отказываясь продолжить ужин. Он наклоняется к низкорослому мужчине.
– Ты чувствуешь ее потенциал, Боуэн. Я знаю, что чувствуешь. Подумай, чем она может быть полезна Двору.
Боуэн изучает меня, почесывая подбородок под бородой.
– Тебе придется заплатить. Пробужденная магия – это не пустяки. – Его взгляд скользит по Гейджу, и он добавляет: – Как и корона.
Гейдж напрягается.
– Это малая цена за магию, Боуэн, а с короной я разберусь сам.
Он должен понимать, чем обернется для него потеря положения при дворе. Не могу представить, чтобы король, лишенный титула, захотел остаться здесь.
Гном так широко улыбается, что я замечаю его зубы, даже спрятанные за бородой.
– За все можно заплатить, король Гоблинов.
Рука Гейджа сжимает столовый нож, который он снова берет в руку.
– Будь
