Читаем без скачивания Каратист: яростный кулак. Том 2 (СИ) - Тыналин Алим

Но Лужин быстро уклоняется. Вдобавок бьет по моей ноге. Блок учи укэ. Кулак левой руки тыльной стороной вперед.

Хороший уход. Я хотел этим ограничиться. Снова сделать паузу.

Но Лужин контратаковал. Снова без поддавок. Опять быстрый йоко гери. Прямо в живот. Это уже больнее. Гораздо больнее.

Я согнулся от боли. Опустился на колени. Чуть не выплюнул желудок наружу.

Рефери покачал головой.

— Ваза ари. Два балла. В пользу Лужина. Претендент проигрывает.

Да что ты говоришь. Серьезно? А я и не знал. Вот только у нас здесь вроде учебный бой. А не настоящий. Но, похоже, Лужин про это забыл.

Я встаю. Снова поднимаю руки. Внимательно вглядываюсь в Лужина. Замечаю усмешку на его губах. Что это значит?

Подхожу ближе.

— Ты что, думал сразу махнуть в ферзи? — шепчет Лужин. — Нет, не бывать этому. Выскочка.

Ах, вот оно что. Так тут банальная зависть. Нежелание помочь. Если я проиграю этот бой, то не получу пояс. Кто же даст его проигравшему бойцу?

Я леденею от злости. Ну ладно. Раз так, начнем серьезные игры. Сами напросились.

Подхожу еще ближе. Бью снова мае гери. Как будто бы. Лужин опять ушел.

Думал провернуть тот же трюк. Опять контратаковать. Но только я не бью мае гери. Мгновенно меняю направление удара. И пробиваю лоукик.

Как раз в том направлении, куда ломанулся Лужин. И ловлю его. На встречном ударе. Прямо по голени.

Хороший такой боковой удар. Чтобы «отсушить» ногу противника. Чтобы не бегал, как антилопа. По всему татами. И не улыбался так гадливо в лицо.

Есть, получилось. Лужин останавливается. Падает на маты. Охает. Не может подняться. Ругается.

Рефери переглядывается с судьями. Ждет, пока Лужин поднимется. Но тот не может. Пробует подняться. И опять валится. Неплохо я ему приложил.

— Иппон, — наконец, обреченно говорит рефери.

Ну вот, что и требовалось доказать. Я кланяюсь судьям. Поскольку я выступал последним, сразу после меня состоялось подведение итогов. Награждение. Все получили новые пояса. И я, в том числе.

Хмуро попрощался с судьями. Они тоже не сияли радостью. Не получилось щелкнуть меня по носу. Ладно, буду знать.

Оказывается, у меня в будущей федерации карате есть не только друзья. Но и недоброжелатели. Все, как в прошлой жизни.

Выхожу из школы олимпийского резерва. Радостно вдыхаю свежий воздух. Утром прошел дождь. Сейчас на улицах свежо.

Возле тротуара припаркована черная «Волга». Когда я прохожу мимо, задняя дверца распахивается. Изнутри выглядывает знакомый человек.

— О, какие люди. Заходи, Витя, прокатимся.

Я обреченно вздыхаю. Это Воловников, куратор из госбезопасности.

Глава 16. Досужие разговоры

Ну конечно, кто же еще. Наша родная госбезопасность.

Куда мы без нее? А я ведь только недавно вспоминал про Воловникова. Удивлялся, куда он пропал. И вот на тебе. Тут же появился. Как будто КГБ уже научился сканировать мысли.

Хотя, вроде ходили слухи о таких разработках. Во всяком случае, в психологии офицеры ГБ явно разбираются. От предложения, сделанного в таком духе, не отказываются.

Поэтому я молча сел в машину. Пожал руку Воловникову. За рулем сидел молодой безмолвный водитель. Тоже коротко стриженый. Широкоплечий. Надо полагать, в случае чего, умеет не только баранку крутить.

— Ну что, поздравляю, — сказал Воловников. С подкупающей искренней улыбкой. — Ты теперь чемпион. И обладатель черного пояса. Кстати, вот. Это тебе.

Он достал сверток. Обернутый коричневой бумагой и бечевкой. Я взял, взвесил на руках. Вроде одежда.

— Разверни, посмотри, — усмехнулся Воловников. — Ты думаешь, там миномет?

Нет, я просто помнил пословицы. Бойтесь данайцев, дары приносящих. И бесплатный сыр только в мышеловке. Но ладно. Не сидеть же здесь с глупым видом.

Я развязал бечевку. Развернул бумагу. Ого. Это же ги. Импортный, новенький, из хлопка. Моего размера.

— Спасибо, — я улыбнулся. — Отличный подарок. Я как раз искал себе новый.

Воловников все так же улыбался. Приветливо. Но глаза пристально следили за мной. Я еще раз убедился. Подарок не просто так.

— Носи на здоровье. Это пустяки. Так, поздравление. Чемпион должен выглядеть соответствующе, — офицер пожал плечами. — Тем более, такой перспективный. Юный и талантливый.

Для него и в самом деле это пустяк. Но весьма значимый. Я же говорю, в госбезопасности работают отличные психологи. Спецы по вербовкам.

— Ты в институт? — продолжил Воловников. — Мы тебя подбросим. Боря, поехали. Адрес ты знаешь.

Вообще-то, мне надо в общагу. Но ничего, в универе тоже есть дела. Поэтому я не стал возражать. Вместо этого, спросил:

— А с чего такие почести? Что случилось? И я сразу хочу предупредить. Мой ответ остался прежним. Я не хочу сотрудничать.

Воловников продолжал улыбаться.

— Ох уж, эта молодежь! Любит рубить с плеча. А что, просто порадоваться нельзя за тебя? Подарить ги от чистой души?

Ага, еще чего. Я обратил внимание, на то, что он сказал «ги», а не «кимоно». Говорю же, об этом в СССР мало кто знал.

Значит, Воловников готовился. Изучал материалы по карате. И совсем не по велению сердца подарил форму. А в расчете на ответную любезность.

Поэтому я покачал головой.

— Нет, подарки просто так не дарят. Игорь Станиславович, давайте без недомолвок. Скажите просто, что вам нужно. Шпионить и стучать на коллег я не буду. На это не рассчитывайте. А если что-то другое, я готов выслушать.

Воловников перестал улыбаться. Стал строгим и серьезным.

— Ну что же. Раз так, давай поговорим. По-другому. Шпионить не надо. Нам это совсем ни к чему. КГБ не следит за советскими гражданами. Я, собственно, по другому вопросу.

Машина повернула на светофоре. Водитель дождался, пока старушка перейдет дорогу.

Со скрежетом переключил передачу. Поехал дальше. Окна закрыты. Шины шуршали по лужам.

Я молча ждал продолжения.

— Мы сейчас меняем методику обучения, — Воловников глядел в окошко. Не на меня. — Для оперативных сотрудников. В мире нет стабильности. Все развивается. Появляются новые виды боевых искусств. И мы хотим внедрить самые лучшие разработки. От самых лучших специалистов. Одним из которых считаем тебя.

Теперь он посмотрел на меня. И молча ждал ответа.

— Вы что, предлагаете мне стать инструктором? — я был потрясен. — Для ваших оперативников? Но разве нет более достойных?

Воловников чуть приподнял уголки рта. Некое подобие улыбки. Снисходительно.

— Конечно, есть. Я не могу говорить всех подробностей. Но такая практика уже имеется. И довольно успешная. Мы хотим, чтобы ты поучаствовал в спаррингах. С нашими ребятами. Для начала. Если сможешь одолеть, то будешь учить. Все строго официально. С тобой заключат договор, будет оплата. Но, конечно, об этом не стоит болтать на каждом углу. Но ты парень смышленый. И так понимаешь.

Ого, вот оно что. Это другое дело. Совсем другое.

— Если такое сотрудничество, то можно подумать, — осторожно сказал я. — Сначала проверочный спарринг, получается? Чтобы ваши убедились, на что я способен?

Воловников кивнул. Довольный, как слон.

— Ну да. Твой возраст, кгхм… Заставляет некоторых относиться скептически. Хотя я уверен, что ты преподнесешь немало сюрпризов.

Он продиктовал адрес:

— Завтра, за городом. В семнадцать часов. Прошу без опозданий. Запомнил?

Я кивнул. Что-что, а на память не жалуюсь.

Машина мягко остановилась. Ух ты, а мы уже приехали. Все-таки, хорошо передвигаться на колесах. Везде успеешь. Особенно сейчас. Когда пробки не захлестнули город.

— Ну давай, удачи, — Воловников пожал мне руку. — Еще раз, без опозданий.

Я выскочил из машины. «Волга» понеслась дальше. Разбрызгивая лужи. Я посмотрел вслед. Сложил новое ги в сумку. И отправился в универ.

Успел посетить две пары. Потом поехал в общагу. Там же встретил Крылова.

— Ну, как все прошло? — спросил товарищ. — Взял?