Невелика заслуга – пользоваться формулой, которую узнал еще в школе. А вот открыть ее самостоятельно, да еще в столь краткий срок… этот старик заслуживает исключительного уважения.
Огромная честь – знакомство с таким человеком.
Тартака изрядно смутила такая реакция Эйхгорна. Кажется, сам он не видел в своем свершении ничего особенного. Просто решил заковыристую задачку, делов-то.
– Коллеги, коллеги, к порядку! – воззвал распорядитель. – Мы все потрясены достижением мэтра Тартака, но турнир продолжается! Займите же свои места, коллеги, нам предстоит еще немало вычислений!
Эйхгорн вновь принялся сражаться за очки. И, конечно, он мог продолжать заказывать задачи, решения которых Озирия еще не знает. Хотя бы уравнение четвертой степени – вряд ли Тартак успел разгадать и его.
Но он не стал этого делать. Просто не стал. Ему больше не хотелось пользоваться своим преимуществом, так что теперь Эйхгорн заказывал те же задания, что и все.
Да и Тартак, как он заметил, кубических уравнений не запрашивал. Иначе турнир превратился бы в поединок их двоих.
Без секретного оружия соревнование стало гораздо напряженнее. Однако Эйхгорн все равно выиграл – хотя с разницей всего в одно очко, вырвав его буквально на фотофинише.
И этой своей победой он гордился сильнее, чем тремя предыдущими. Ибо в этот раз победил на равных.
По окончании турнира они с Тартаком беседовали не один час. Эйхгорн раскрыл ему формулу Виета и поначалу хотел поделиться и другими земными знаниями… но передумал. Озирские ученые ищут не ответов, а решений – и эти решения они хотят найти самостоятельно. Пусть они будут ошибочными, пусть искать придется долго – но это будут их решения, и только их.
С этим Эйхгорн и покинул Озирию. Прекрасная страна, поистине прекрасная. Несмотря на отдельные дикости – лучшая из всех, в которых Эйхгорн бывал. Но пришло время двигаться дальше, и он вновь вступил во врата портальной станции.
На сей раз на поясе Эйхгорна приятно тяжелел мешочек с золотом. Хотя нет, не так уж приятно. Вроде и сумма-то небольшая – всего двести золотых кругов. Все, что Эйхгорн заработал за целые луны разными способами.
Двести монет. Один маленький мешочек. Только вот весит он почти килограмм.
Золото – чертовски тяжелый металл.
Портала на Кардегарт нужно было ожидать дольше суток, так что на сей раз Эйхгорн все-таки прибег к услугам рассчитывателя и прошел сложным маршрутом. Почти полтора часа он ходил через порталы, дивясь фантастическим пейзажам и невероятным существам. Озирия – Новая Страна – Шейзия – Оптималия – Нбойлех – Шевларийская империя – Зиморог – и наконец Кардегарт.
Все-таки удивительные места – эти портальные станции. Чем-то сродни земным аэропортам, но еще более… особенные. Попав на такую станцию, ты оказываешься в волшебной точке, из которой можешь переместиться в любое место в мире… не совсем любое, конечно, но все равно. Один шаг – и перенесешься в другую страну, на другой остров или континент.
Непередаваемое ощущение. Ты как бы одновременно везде.
Эйхгорн даже задумался о том, чтобы отложить основной проект и просто попутешествовать. Благо парифатская система порталов представляла для этого широчайшие возможности. Не во все страны допускали свободно – например, для Новой Страны или Оптималии требовались визы, – но в большинстве с этим не заморачивались.
Но в конце концов он все же решил приберечь это на потом. Его аж жгло желание добраться до Алатуса, разгадать его загадку. И свою временную базу Эйхгорн стал обустраивать на острове Кардегарт.
Тот для этого подходил как нельзя лучше. Кардегарт не славился учеными и философами, как Озирия, не было там и таких свободных нравов, но в целом государство процветало. Здесь уже больше тысячи лет царил мир, а потому жители даже несколько обросли жирком.
Когда-то было не так. Еще в Озирии проштудировав историческую литературу, Эйхгорн узнал, что в прежние времена остров Кардегарт делился на пять государств – и уж тогда они только и делали, что били друг другу морды. Но однажды они объединились, и после этого воевать стало просто не с кем. Кардегарт расположен посреди океана, других стран поблизости нет, а через портал вражеская армия не явится – Мистерия это гарантирует.
Здесь по улицам не бегали голые философы с огурцами. Вместо них расхаживали вразвалочку высокородные богатеи, неся впереди себя необъятные животы. Издали эти сливки общества напоминали свадебные торты – облаченные в роскошные одежды светлых тонов, с прическами-башнями, увешанные драгоценностями так, что не оставалось живого места. Пальцы-сардельки унизывали великолепные перстни, с жирных шей ниспадали тяжелые ожерелья, в ушах висели золотые клипсы, а длинные завитые ресницы походили на крылья бабочек.
За каждым аристократом следовала вереница слуг. Был среди них опахальщик, заботящийся о том, чтобы хозяина не мучил зной. Был кофишенк, по первому слову хозяина подносящий сладости и прохладительные напитки. Был вооруженный до зубов гайдук, устремляющий арбалет на каждого, кто подходил слишком близко. И был даже стулоноша, волокущий на закорках стул… скорее даже, небольшое креслице. Богачу стоило остановиться и чуть согнуть колени – стулоноша уже подставлял кресло, чтобы хозяин мог дать отдых ногам.
Эйхгорн выбрал для проживания уединенное местечко в сельской местности. Неподалеку от крупного города, но не в нем самом. Для задуманного им проекта требовался простор и поменьше любопытных глаз.
Он даже нанял сторожа, чтобы в его отсутствие по рабочей площадке никто не шлялся. Обошлось это недорого – на поданное объявление откликнулся всего один человек, вышедший в отставку наемник. Будучи в преклонных годах, да к тому же с покалеченной ногой, много он не запросил.
Новый сторож оказался не только хромым, но и немым. Насколько Эйхгорн понял по его жестикуляции, язык ему вырезали еще в молодости. Голос наемнику не принципиален, так что это на карьере не сказалось. Вот нога – дело другое.
Инструкции Эйхгорн выдал своему работнику самые элементарные. На территорию никого не впускать, разворовывать имущество не позволять. Дедуган выслушал, издал утробное «А-а-а!..», заменяющее ему все слова, переложил с плеча на плечо пику и уселся у ворот.
Местечко, которое облюбовал Эйхгорн, раньше было дачной усадьбой. Но несколько лет назад она сгорела, хозяин-богатей купил себе другую, а на эту просто махнул рукой. За прошедшее время территория заросла бурьяном, а к обугленным развалинам никто не приближался. Разве что козы иногда наведывались попастись, да хуторские мальчишки прибегали поискать сокровищ.
И теперь прямо здесь, на заброшенном пустыре, Эйхгорн принялся обустраивать взлетную площадку. Только не для аэроплана на сей раз, а для аэростата.
Он решил подняться к Алатусу на воздушном шаре.
Аэростат – самое древнее и самое простое летательное средство. Самый первый поднялся в воздух еще в восемнадцатом веке – шар братьев Монгольфье. Построить подобное вполне реально даже в средневековых условиях.
Проще всего было с гондолой. Эйхгорн нашел в городе артель профессиональных корзинщиков и заказал им корзину… очень большую корзину. Увидев чертеж, мастера ужасно удивились, несколько раз переспрашивали, не напутал ли уважаемый клиент с размерами, но когда убедились, что нет – только пожали плечами. Хозяин барин.
Эйхгорн лично выбрал прочную, но легкую лозу и попросил сделать дно из морской фанеры.
Не возникло проблем и с тросами. Их Эйхгорн приобрел на судоверфи – обычные пеньковые тросы, несмоленые. Конечно, просмоленные прослужили бы дольше, но Эйхгорн не собирался летать на этом шаре годами. Ему важнее была прочность.
Вот с куполом было потруднее. Нейлоновую ткань, конечно, достать не удалось, поэтому Эйхгорн решил действовать по старинке. Он взял обычную шелковую ткань и смочил ее раствором каучука, получив вполне пригодную оболочку.
Каучук обошелся недешево – оказалось, что на Парифате гевеи произрастают в одном-единственном месте, островном государстве Каус. Разумеется, те вовсю пользуются своей монополией, заламывая несусветные цены. Семена драгоценного дерева неоднократно вывозили контрабандой и пытались разводить в других краях, но те по какой-то причине упорно не всходили.
Из-за этого звериного оскала капитализма Эйхгорну пришлось выложить немало монет. Но зато он обзавелся хорошим прочным куполом, только и ждущим, чтобы его надули.
Обдумывая свой проект, Эйхгорн особенно долго размышлял над тем, чем его надувать. Первым делом он отверг вариант с монгольфьером. Нет ничего проще, чем наполнить шар просто горячим воздухом, но у таких аэростатов слишком мала подъемная сила, и они слишком уязвимы к уменьшению давления. Вряд ли монгольфьер вообще сумеет подняться на высоту Алатуса.
