Читаем без скачивания Время хищников - Джо Горес

Со дня самоубийства Паулы прошло восемнадцать недель.

Глава 28

В тени деревьев неподалеку от коттеджа Чемп Матер встал и потянулся, наслаждаясь игрой могучих мышц. Фосфоресцирующие стрелки часов показывали 8.15. Этот мужик, Холстид, опаздывал чуть ли не на час. Еще немного, и станет так темно, что он не увидит Холстида, если тот появится на дороге. Жаль, Рик так хорошо все спланировал. Чемп — у коттеджа, Хулио — наверху, у ворот, Толстяк — за дверью, готовый открыть ее на стук Холстида.

Чего же он не идет?

Легкий скрип гравия заставил Чемпа присесть. За «триумфом» он с трудом разглядел приближающуюся человеческую фигуру. Ну и умен же этот Рик, оставил «триумф» на виду, а «шеви» велел спрятать за коттедж.

Этот Холстид наверняка решит, что в коттедже лишь Рик и Дебби, и прямиком направится к двери. А уж внутри они с ним разберутся.

Чемп облизал губы, вспоминая прошедший день. Дебби-то оказалась получше старухи, которую они трахнули весной. Особенно понравился ему ее взгляд. Совсем как у кролика, задние ноги которого перебиты дробью, когда подходишь к нему, берешь в руки и начинаешь медленно сворачивать голову, чувствуя, как одна за одной ломаются косточки и хрящи.

Эта Дебби, она неделю не сможет пошевелить ногами. Он залезал на нее четырежды. Хулио только раз. Толстяк — два, расплющивая ее своей массой.

— Хороший же ты часовой, — Хулио стоял в шаге от него.

Черт! С этими воспоминаниями он позабыл, что надо следить за дорогой.

— Эй, Хулио, профессор еще не появился?

— Я думаю, он и не появится. Чего ты смеялся, Чемп?

— Вспоминал, как мы долбили сегодня Дебби.

— А-а, — протянул Хулио. — Пойдем в дом. Уже так темно, что ему понадобится фонарь, чтобы не сбиться с дороги.

— Скоро должна взойти луна.

Хулио повел Чемпа к двери черного хода. «Вспоминал, как мы долбили Дебби». По его телу пробежала дрожь, он едва не перекрестился. Да уж, он никогда этого не забудет. Чудовищная ошибка. В каком-то смысле он завидовал Чемпу. Чемп просто не понимает, что они натворили.

Он постучал. Мгновение спустя из-за двери показалась жирная, испуганная физиономия Толстяка. Его губы блестели от жира: на столе лежал нарезанный хлеб, сыр, стояли открытые банки майонеза и ветчины. Толстяк готовил сандвичи.

— А, это вы, — в голосе его слышалось облегчение. — Думаете, он не придет, так?

— Тебя, похоже, это только радует, — фыркнул Хулио.

Он прошел в гостиную, борясь с приступом тошноты, вызванным внезапно возникшими перед его мысленным взором огромными бледными ягодицами Толстяка, колышущимися между колен Дебби. Рик привалился к двери, зажав в руке автоматический пистолет. Ударить Холстида рукояткой по голове, затем, отключившегося, отнести в бухту и утопить. Все лучше, чем застрелить. Рик и Толстяк, отличные пловцы, отбуксировали бы тело к устью бухты, где и отправили бы на дно. Если в его и обнаружили, все бы решили, что он упал с обрыва. Такое случается сплошь и рядом. Простенько и без затей. Для реализации плана не хватало самой малости:

Холстида.

— Почему вы здесь? — резко спросил Рик.

Может, подумал Хулио, он допустил ошибку, отдав Рику предсмертную записку Паулы, которую нашел в сумочке Дебби?

— Слушай, Рик, он не придет. Во всяком случае, сейчас. А если и придет, мы...

— Он должен прийти! — отрезал Рик. — Не может не прийти!

Хулио пожал плечами:

— Значит, он струсил. Мы все равно доберемся до него. Найдем другой способ.

— Он должен прийти этим вечером! — Рик повысил голос. — Чемп! Возвращайся на свой пост.

Чемп кивнул:

— Хорошо, Рик. Только сделаю себе сандвич и...

— Иди немедленно! Толстяк принесет тебе сандвич.

— Хорошо, — Чемп признавал за Риком право отдавать приказы. Он знал, что Рик куда умнее его.

Хулио наблюдал, как Рик сел на диван, положил пистолет, кольт тридцать второго калибра[13], рядом с собой. Достал из кармана предсмертную записку Паулы, развернул, вновь перечитал. Хулио охватил страх. Ну почему он не оставил записку в сумочке Дебби? Почему остальные послушались его? А если она сойдет с ума, связанная, с кляпом во рту, с глазами, как у актеров в фильмах ужасов, когда кого-то из них суют в раскаленную печь?

Хулио откашлялся:

— Рик, если этот Холстид не появится, не следует ли кому-то из нас съездить в Лос-Фелис и развязать Дебби? Она все равно никому ничего не скажет, так что...

— Дебби? — По тону чувствовалось, что Рик начисто вычеркнул из памяти Дебби, загнал воспоминания о ней в самый дальний угол мозга, — С Дебби мы допустили ошибку.

— Об этом я и толкую, Рик. Мы должны...

Одна из ног Рика задергалась.

— Напрасно мы оставили ее в гараже. Следовало привезти ее сюда и утопить вместе с Холстидом.

— Утопить?... — У Хулио перехватило дыхание. — Слушай, в кого... в кого мы превращаемся? С каждым шагом мы все глубже увязаем в трясине, вместо того чтобы...

Свет погас.

Чемп резко обернулся. Какого черта? Почему они погасили свет? Оставаться ему на месте? А если Холстид проскользнул незамеченным и уже в доме? Чемп не хотел пропускать самое интересное. Может...

Темная фигура выскользнула из-за угла коттеджа, пересекла открытое пространство, исчезла за «триумфом». Глаза Чемпа уже приспособились к слабому свету поднявшейся луны.

— Рик? — позвал Чемп. — Хулио? Эй...

Никакого ответа. Пальцы Чемпа сжались в кулаки. Он не знал, что и делать. Это не Толстяк. Толстяк так быстро не бегает. Не Рик, не Хулио.

Значит, Холстид. Чемп направился к «триумфу» не спеша, не скрываясь, словно танк, сметающий все на своем пути. Если это Холстид, Чемп ему врежет. Мало не покажется.

Но у автомобиля он никого не обнаружил. Может, Холстид спрятался под днищем? Чемп наклонился, и в изумлении у него отвисла челюсть. Все четыре колеса проколоты. Какого черта... И где этот...

Шелест листвы на краю поляны заставил его повернуться к обрыву. Темная фигура исчезла среди кустов. Чемп шагнул к обрыву, остановился. Как же Холстид забрался туда? Его нельзя выпускать на дорогу. И надо предупредить Рика. Чемп повернулся к коттеджу:

— Эй, Рик! Сюда! Я его видел! Скорее!

И Чемп побежал через поляну к обрыву. Врезался в гущу кустов, остановился, прислушался.

А в коттедже Толстяк, объяснявший Рику и Хулио, что все дело в выбитых пробках, замолчал на полуслове. Он уже зажег керосиновую лампу, так что они видели друг друга.

Услышав крики Чемпа, Рик побледнел и надвинулся на Толстяка.

— Идиот! — проревел он. — Пробки, пробки! Это он! Холстид!

— Пошли! — дернул его за рукав Хулио. — Мы должны помочь Чемпу!

Но, выбежав из коттеджа, Чемпа они не увидели. Луна, поднявшаяся уже достаточно высоко, заливала поляну ровным светом. Внизу шумели волны, накатывающиеся на скалы, ограждающие устье бухты. Но ни Чемпа, ни Холстида они не обнаружили.

Рик, с фонарем в одной руке и с пистолетом в другой, метнулся к автомобилю.

— Всем в тень! — приказал он. — Иначе он перестреляет нас, как цыплят.

Присев рядом с ним, Хулио спросил:

— Ты думаешь, он вооружен?

— А на его месте ты бы пришел сюда без оружия?

— Вон он! — крикнул Толстяк. — Я его вижу! На обрыве!

Темная тень плавно двигалась по обрыву в двадцати футах над кустами. Рик выскочил из-за автомобиля, поднял пистолет, нажал на спусковой крючок. Но спусковой крючок не сдвинулся с места. Рик опустил пистолет, тупо посмотрел на него, сообразил, что забыл снять его с предохранителя, поднял пистолет вновь. И жал, жал на спусковой крючок. При каждом выстреле легкий пистолет отбрасываю вверх и в сторону. После восьмого выстрела Хулио схватил Рика за руку:

— Ради Бога, успокойся. Чемп полез за ним.

Но он и так расстрелял всю обойму. Маленькая фигурка исчезла в тени в сорока футах над поляной. Ниже он увидел фигуру побольше, Чемпа, неторопливо поднимающегося следом.

— Пошли, мы должны ему помочь...

— Нет! — оборвал Рик. Показал на пистолет. — Я расстрелял всю обойму. Сначала надо перезарядить пистолет, а потом...

— Но мы не можем оставить Чемпа одного...

— И мы не можем позволить ему перебить нас поодиночке.

— Мы должны проверить машины, — вмешался Толстяк. Лицо его блестело от пота. — Понимаете, если он что-то сделал с машинами...

— Сначала надо перезарядить пистолет! — подвел черту под дискуссией Рик.

— А как же Чемп? — вскричал Хулио. — Он же там, наверху...

В пятидесяти футах над ними железные пальцы Чемпа вцепились в скальный выступ. Он полулежал на узкой тропе у самого гребня. Холстид где-то рядом. Но справа или слева?

Чемп затаил дыхание, прислушался. Далеко внизу, на залитой лунным светом поляне, он видел остальную троицу. Его друзья о чем-то жарко спорили. Он слышал их голоса, но не мог разобрать слов. Затем они повернулись к «триумфу». Чемп буквально раздулся от гордости.