– Я понял, спасибо за совет, тётушка, – кивнул головой в знак понимания юный император. – Завтра же мой секретарь Чжао Ян отправится в военный лагерь на севере и отвезёт туда мой указ, подтверждающий назначение генерала Тао главнокомандующим армии Поднебесной.
Радуясь достигнутому взаимопониманию, Мей Фэн с признательностью улыбнулась своему племяннику, и они начали играть вторую партию в го.
Примечание:
Го (яп. 囲碁 и-го; также кит. 围棋 вэйци, кор. 바둑 падук) – логическая настольная игра с глубоким стратегическим содержанием, возникшая в Древнем Китае, по разным оценкам, от 2 до 5 тысяч лет назад. До XIX века культивировалась исключительно в Восточной Азии, в XX веке распространилась по всему миру. По общему числу игроков – одна из самых распространённых настольных игр в мире. Входит в число пяти базовых дисциплин Всемирных интеллектуальных игр.
» Глава 17
Секретарь императорской канцелярии Чжао Ян всю жизнь прожил в роскоши и безопасности Поднебесной столицы и смелостью явно не отличался. Приказ юного Государя отправиться с указом повторного назначения высшей военной должности к грозному генералу Тао он принял без особой охоты, однако будучи исполнительным чиновником, добросовестно взялся исполнить волю императора и незамедлительно отправился в путь на север по наиболее безопасной и свободной от дерзких разбойников дороге.
За несколько дней Чжао Ян благополучно преодолел в удобной дорожной повозке обширные равнины северного Китая, заполненные отложениями из валунов, галек, песка и глины, по которым скакали многочисленные пугливые джейраны(1). Перед его глазами часто проплывали горные обрывы, высившиеся над речными долинами и поверхности, изрезанные высохшими в жаркое лето оврагами. Местность оказалась малонаселенной, селения попадались редко, и секретарь императорской канцелярии с облегчением вздохнул, когда его кортеж достиг горной цепи Иньшань, а также выстроенной в ней хорошо укреплённой стены, не имеющей ни начала, ни конца.
Щедро освещённая алым закатным солнцем, необозримая Великая Китайская Стена простиралась вдоль гор, огибая все отроги, преодолевая как высокие подъёмы, так и весьма значительные ущелья. Она казалась деянием всемогущих богов, но не человеческих рук; и Чжао Ян, невольно восхитившись её величием, признал, что поэты древности справедливо прозвали её «Пурпурной Границей Поднебесной».
Он предъявил при входе табличку императорского посланца, и стражи немедленно пропустили его и его спутников через крепость.
Через день Чжао Ян достиг ставки главного полководца китайской армии на территории без происшествий, несмотря на близость монгольских кочевий.
Генерал Тао в это время готовил «мешок» для врага, рассчитывая нанести столь сокрушительное поражение киданям, чтобы они не могли от него оправиться в течение нескольких десятилетий. По его приказу резервные войска незаметно двигались по направлению к монголам, медленно, но верно окружая их лагерь. Он был полностью поглощён этим делом, но императорского посланца нельзя было заставлять ждать, и Тао Нань решил встретиться с ним, даже не снимая с себя воинского облачения.
Боязливо посматривая на хмурого молодого воина, который казался воплощением Духа Стража Пурпурной Границы, Чжао Ян вручил ему указ после ряда почтительных поклонов. Генерал тут же резко сломал печать и быстро пробежал ряд изящных, словно нанизанных на невидимую нить иероглифов глазами.
– Указ о моём назначении главным командующим? – удивлённо проговорил он. – Не понимаю, разве Государь Чжун ранее не даровал мне это высокое звание?!
Секретарь императорской канцелярии снова низко поклонился ему и робко произнёс:
– Ваше Превосходительство, Государь Чжун скончался. Чтобы вы могли продолжать командовать армией, требовалось доставить вам новый императорский указ, подтверждающий первый.
– Разве Государь скончался? – не поверил Тао Нань и нахмурил брови. – Если бы случилось столь прискорбное событие, Императрица непременно известила меня об этом.
– Государыня оказалась столь расстроенной кончиной своего царственного супруга, что её тоже постиг безвременный конец, – с подобающим случаю скорбным выражением лица сказал Чжао Ян.
– Гунь умерла?!! – новая горестная новость ошеломила Тао Наня ещё больше, чем первая. У его кузины были стальные нервы и огромное жизнелюбие. Она никак не могла умереть от печали по утраченному пожилому мужу, и само собою напрашивался вывод, что её смерть носила насильственный характер.
– Кто взошёл на трон?! – быстро спросил молодой генерал, хватая злосчастного посланца за ворот его роскошного шёлкового халата.
– Юный император Лю Цзинь, – замирая от страха, ответил секретарь.
– Вот я и добрался до истины, – зло пробормотал Тао Нань, не выпуская из рук посла. – Второй Принц и негодяйка Лю Мей Фэн совершили дворцовый переворот, и при этом умертвили императора Чжуна и мою двоюродную сестру! Ты принёс мне такие вести и при этом рассчитываешь остаться в живых?!!
– Ваше Превосходительство, смилуйтесь! Я только посланец императорского двора, а не виновник ваших несчастий, – жалобно простонал Чжао Ян.
– Верно, – пробормотал молодой генерал, признавая правоту своего собеседника. Он разжал свои железные пальцы, отпуская императорского секретаря, и задумался над тем, стоит ли ему признать нового императора или же выразить свой протест против его воцарения, рискуя при этом поставить себя вне закона. Очень скоро Тао Нань вспомнил, что наёмник возглавляемого им клана «Чёрных убийц Янцзы» тайно передал ему послание Гунь перед его поездкой в степь, но он так торопился уйти в рейд, что решил прочитать письмо после своего возвращения. Генерал бросился к сундучку с важными бумагами и сразу отыскал нужный свиток с печатью Гунь. Несколько мгновений чтения пролетели как быстро выпущенные умелым лучником стрелы, но Тао Нань впитал как губка в себя все проклятия кузины в адрес их врагов Лю, лишивших её власти и призывы к нему отомстить им за её гибель.
– Из послания Императрицы следует, что Лю Мей Фэн хитрыми интригами склонила придворных признать своего племянника наследником трона и отравила её! – вскричал он, комкая бумагу, на которой было написано злополучное послание.
– Ваше превосходительство, всё произошло не так, как вы говорите, – поспешил сказать Чжао Ян. – Государь Чжун на смертном одре при всех министрах назначил Лю Цзиня своим наследником. Второй Принц взошёл на трон совершенно законным образом!
– Молчи, негодяй, или я обвиню тебя в пособничестве узурпаторам Нефритового престола! Нефритовый трон всегда наследовали старшие сыновья императора! – гневно закричал Тао Нань и яростно порвал указ императора Лю Цзиня на мелкие клочки. – Я никогда не признаю законным Государем родственника Лю Мей Фэн, даже если мне будет грозить за это смертная казнь! Возвращайся в Лоян и объяви во всеуслышание, что я признаю законным императором Поднебесной только Первого принца Хо Сюаня!
Чжао Ян был только рад покинуть шатер грозного генерала, запросто лишающего людей жизни, и он тут же отправился домой на юг, не делая дальнейших попыток склонить Тао Наня к мирному соглашению с новым императором.
Известие о том, что генерал Тао Нань не признал юного Государя Цзиня и поднял мятеж, вызвало настоящий переполох в Запретном Городе. Все придворные понимали, что восстание первого полководца Поднебесной означает междоусобную войну в государстве, исход которой будет неясен.
«Похоже, мне скоро снова придётся столкнуться с генералом Тао. Среди собравшихся вельмож нет ни одного, кто мог бы достойно противостоять ему», – безрадостно подумала Мей Фэн, слушая на собрании в Зале Высшей Гармонии прения императорских советников, высказывавших противоположные точки зрения на то, как следует прекратить междоусобицу в стране. При этом юная девушка не теряла присутствия духа. Со времени владычества Гунь в императорском гареме она привыкла постоянно ощущать острие невидимого смертоносного кинжала у своей шеи, и страх потерять жизнь притупился в её душе.
