многое пропустил. Мне новости особо не рассказывали, сказали Вольную взяли.
– Почти всю Царицу взяли… Сейчас я тебе все поведаю.
А ведь рассказать ему было о чем. Ник был в беспамятстве три месяца. За это время все поменялось. Силы Объединённого Правительства росли, как на дрожжах. Словно стервятники со всех концов Нова Орбиса слетались региональные военные подразделения. Поистине пестрая публика. То, что описывал Степ, Ник не видел даже на прославленном курорте Дива.
– Целый зоопарк, даже аборигены с Зендии, допотопные стилеты, боескафы времен заселения. Черт пойми что… Я до последнего был в космосе, держали коридор. «Ермак» уже у порта «Северный» высадили, но боялись, видимо, абордажа, начали дырявить, разворотили весь, чудом на резерве дошли–таки до Северного, там быстро вниз, а тут… В общем, все дни бились, пока мне ногу не резанули. Я им «оставь»… А они… – атаман сжал кулак перед собой. – Жаль, всю сотню, считай, вырезали, вот трое тут со мной. Меня увозили с пекла.
Степ достал флягу, протянул Нику, крепкий хороший спирт обжег горло и теплом разлился по груди. Шрам на голове атамана побагровел. Разговор продолжился, Ник внимательно и молча слушал, атаман делал длинные паузы, видно, как тяжело ему давался рассказ. В лесу просыпалась живность, долгие сумерки на Царице только лишь занимались. Звери, плоды генной инженерии и клонирования, чувствовали себя как дома на Царице. На одной из веток Ник разглядел черный силуэт. Он был готов поклясться, что это был ворон.
– Тим Монк полег в Вольной, со всей сотней, Наум тоже. «Черные» в плен не сдались, говорят, ни одного не заполучили, все легли. Награды объявляли. Бандера твоя, кто жив остался в Вольной – сдались, но бились хорошо, да и там, на хуторе, время выиграли. А к нам в подмогу так никого и не было, те, с кем договаривались, кто обещал. Не знаю, что там и как, но говорят, сейчас много где в Нова Орбисе бои идут. А с нас все тащат еду, да тащат… Кормятся, твари… Такой мир уничтожить…
За разговором фляга быстро уходила. Помянули павших. Выпили за родных. Когда дело подошло к живущим, Степ вдруг резко поменялся.
– А ты ведь тоже теперь «черный», сказали атаман Монк тебе пожаловал. – Ник кивнул. – Значит, пути назад у тебя нет.
– И не было, атаман, – резко перебил его Ник, – я знал, на что иду, ну сейчас-то точно знаю. Меня должны были мобилизовать на Земле, где я приписан. Я тогда на Диве отдыхал, оттуда сюда, потом к себе, на Голдбалл, ну, ты и сам знаешь…
– Знаю, еще я знаю, что как зверя в клетке меня на потеху в помойку эту, Землю, не затащат. Не бывать этому! Тима и еще кто старшие были тогда схватили, да отцу твоему благодарность. Больше мы такого не допустим! —решительно сказал атаман, эмоции обуревали им, немало времени прошло, прежде чем он смог продолжить. – Я вот что решил: ближайший порт – Северный, в неделе пути отсюда. Тут покамест еще глушится техника, потому-то мы в безопасности, но скоро и сюда доберутся. Им только еду давай. Так вот. Грузят они битком все свои корыта. Прячемся заместо провианта, тельфером нас подымают, а там по порту на фрегат «Инсомния», как я разузнал, он самый быстроходный, новый, недавно с верфи, гордость Нью-Эльдорадо, строили корветы пиратские гонять. Ну, что молчишь? Что думаешь?
– Атаман, все хорошо, но там же софт и нейс, наши-то попроще…
– Верно, Ворон, верно. Но тут и я кое-что имею: толковый попал на лечение механик, Ант Нов зовут. Служил в торговом…
– На «Владимире Великом»…
– В точку, знаешь его?
– Ходили вместе тогда еще с Царицы до Земли, и потом связь держали.
– Припоминаю. Так вот, – воодушевленно продолжал Степ, шрам на его голове опять стал багровым, – этот малый в группе был по отключению нейс по всей Царице и на кораблях. В общем, говорит, что за час сломает им защиту, только на месте, на расстоянии - никак.
– Надо пробовать, атаман. А людей сколько?
– Мало, Ворон, мало, всего десятка четыре наберется, может пять, кто драться еще может. И свои плюсы есть, тем тяжелее нас засечь будет. Час бы вот только продержаться… А все, нас уже раскрыли… сохраняй спокойствие, без резких движений, опасность на северо-северо-запад.
Ник свозь эмоциональный барьер Степа все же уловил иронию. Белый силуэт направлялся прямо к ним.
– Бежать уже нет смысла, в этой битве нам не выиграть, атаман, предлагаю переговоры, – улыбался Ник.
Вдруг его дыхание перехватило. Диана. Ее вид был задумчивый, но как казалось Нику, она была еще прекраснее, чем когда-либо.
– Вы прямо как дети! Я все обыскала!
– Только вам я готов сдаться, – улыбался Степ.
Ник не мог отвести взгляд от Дианы. К его удивлению, она так же молча смотрела на него. Атаман Степ попеременно хитрым взглядом изучал обоих. Подмигнул Нику и поковылял ко входу в госпиталь.
– Это была… – начал было Ник, но осекся. Он хотел сказать «ошибка», но это не соответствовало действительности.
– Не надо… – тихо проговорила Диана.
– Это не ошибка, Диана. Я только и думаю, что о Вас… Просто… – Ник опять осекся.
– Я все понимаю. Николас, пройдемте в госпиталь, – ее тон стал черствым.
Ник не знал, что сказать. Как он мог видеть будущее с ней вместе, если он заложник такой ситуации. Буквально через несколько дней у него есть большие шансы умереть или, не дай Бог, быть захваченным.
– Может… – опять было начал он, но на этот раз она резко его перебила.
– Не может. С чего вы вообще решили, что что-то может быть?
Он хотел сказать, что может у него получится как-то выйти из сложившейся ситуации, они могли бы встретиться где-то и начать все сначала, но Ник бы этого не сказал, осекся бы где-то в начале, поняв бессмысленность того, что он говорит. Он просто кивнул и побрел в свою палату. И если бы все эти мысли не копошились в его голове, то он бы смог увидеть, как трудно давались слова Диане, и этот вопрос, который так и повис в небе, беспокоил ее в ту минуту больше всего на свете. И сделала она этот резкий шаг против своей воли. В нем, Николасе Вороне, она увидела
