о современном состоянии дел. – Ещё и как управлялась, вот, и вашему племяннику пять лет это умение вдалбливали в голову и руки.
– Велика ль наука? – невинно поинтересовался Иванов.
– Надо учитывать множество факторов, – зачастил Каретников. – Дистанцию, взаимное положение, скорость сближения или расхождения, угол вектора на цель к осевой своего корабля, это при линейном расположении калибра, метеоусловия…
– Да-да, конечно, – поторопил Алексей Иванович. – Вот только, помнится, с первого залпа наш «Евстафий» накрыл вражьего лидера.
– А потом всё около да около, и только вдогон ещё успел, – подхватил изобретатель. – А прочие линкоры кто рыб глушил, а кто и вовсе не стрелял.
– Так не видели же с них «Гебена»! – вступился каперанг.
– Вот и я о том же, – радостно закивал Каретников. – Кто наводил так, кто сяк, а кто и вовсе ждал, пока враг как на блюдечке приплывёт. Верьте, мы как об этом бое, ну, который у Сарыча был, услышали, так сразу и подумали: нужна автоматика управления огнём.
– Мы – это кто? – не акцентируя, поинтересовался статский советник.
– Да с братом моим, младшеньким. Он мастеровитый, что хочешь выточит, – изобретатель бережно, как-то даже любовно взял со стола чуть отодвинутый от себя статским советником латунный стержень. – Вот только ногами слаб…
– Костный туберкулёз, – сообщил Садовский. – К счастью, пока руки не затронуты.
– Вы и это знаете? – поднял брови Афанасий.
Капитан 1-го ранга не ответил прямо – скорее всего, чтобы не афишировать шпионские свои навыки.
– Мой товарищ, из Комиссии, принял участие в делах изобретателя.
Статский советник, естественно, не задал резонных вопросов насчёт того, что «участие в делах» могло бы и выразиться в достаточной казённой поддержке и предоставлении приличной мастерской, а то и цеха, не ограничиваясь сведениями о печальном семейном положении.
Только и спросил:
– Так, значит, это устройство способно заменить опытных корабельных артиллеристов?
– Нет, конечно, – спохватился Афанасий Каретников. – А вот помочь может. Счёт-то идёт в морском бою на секунды – поди успей рассчитать все переменные! А на этой, как вы изволите выразиться, «флейте» можно заранее что-то выставить, а что-то – в предвидении боя, когда засёк, с кем, как и на каких углах вступишь в огневой контакт. Но главное – если такие же аппараты на всех кораблях эскадры поставить и их синхронизовать, то можно хоть даже вслепую палить – не промахнёшься.
Садовский, не испрашивая согласия у изобретателя, взял у того из рук «флейту», повертел и так и эдак, и спросил, чуть дёрнув плечом:
– А где ж тут подсказка управляющему огнём?
– Что вы, господин капитан первого ранга, – удивлённо сказал изобретатель. – Это же только задающий вал, а все индикаторы, регуляторы, исполнительные и коммутирующие устройства вынесены во внешний блок. Большой…
– Большой? – с вопросительной интонацией спросил статский советник. – И сложный?
Каретников явно засмущался.
– Пока что получается довольно громоздко. Приходится собирать из… Не совсем подходящих средств. Один редуктор полтора пуда весит…
– То есть в заводских условиях это может быть сделано компактнее? – мгновенно сообразил каперанг Садовский, в чём дальний смысл вопроса статского советника.
– Несомненно! – оживился изобретатель. – У меня уже почти всё в чертежах завершено.
– И это всё, при наличии… э-э… должной производственной базы, быстро может быть изготовлено и испытано?
Каретников, доселе быстрый с ответами, на этот раз молчал почти целую минуту. И затем только сказал, с виноватой улыбкой:
– Не всё… Не всё так сразу. Внешний блок – да, на более-менее приличном заводе можно изготовить быстро. Ничего там такого сложного нет.
– И секретного – тоже? – невинно поинтересовался статский советник.
– Ну, по условиям военного времени любая разработка – секретна, – вставил Садовский.
– И всё же? – переспросил Алексей Иванович.
– И да и нет, – чуть помедлив, сказал изобретатель. – Можно посчитать, что это какая-то очередная модификация коммутатора, синхронизатора… Мало ли что. Не растолкуешь – так и не поймут. А вот с задающим валом сложнее.
– И что здесь? – статский советник деликатно взял из рук Глеба Михайловича блестящий латунный стержень и внимательно посмотрел на многочисленные детальки, нанизанные на него.
– Сам по себе задающий вал не столь секретен, сколь сложен в изготовлении. Микронная точность братом Никанором достигнута, извольте видеть. – Каретников явно гордился мастерством брата.
«Уникальным мастерством, – как-то сразу же подумал Глеб Садовский, который видел воочию совсем не впечатляющую “лабораторию” братьев Каретниковых, размещённую во флигеле небогатого наследного дома. – Если счёт на микроны пошёл, значит, у Никанора-калеки, как у того Лесковского Левши, глаз “пристрелянный”».
– Надеюсь, хорошие мастера-оружейники, кои не перевелись на Руси… – теперь статский советник пристально смотрел в лицо Афанасию, – смогут преодолеть сии сложности? Под вашим присмотром?
– Да, полагаю, что да, – согласился Каретников. – Под присмотром и с последующими испытаниями.
– А этот уже испытан? – быстро спросил Алексей Иванович.
Афанасий Каретников в первый раз позволил себе широко улыбнуться, отчего простоватое его лицо приобрело какую-то детскость.
– Это прототип, но уже всё получилось. Представляете, даже смену параллакса между баковым и кормовым орудием – я принял разнос в сто метров, как у линкора, – при девиации курсовых углов учитывает!
– Линкор – это хорошо… – как про себя, подумал вслух Иванов.
А Глеб Михайлович поспешил с расспросами:
– Так ежели выберем достойный вам завод, как скоро вся эскадра «во флейту» заиграет?
Улыбка сошла с лица изобретателя.
– Полгода… Год… Эскадра – это сколько кораблей?
Статский советник опередил Садовского, который собрался излагать диспозицию и реестры применительно к флотам и типам кораблей.
– Оснастить этими устройствами два линкора как скоро можно?
– Полгода… Год, – как заведённый повторил Каретников.
Алексей Иванович досадливо покачал головой.
– А при условии заводского изготовления… э-э… внешних блоков – они, как вы говорите, не слишком секретны?
– Два месяца, – вроде бы твёрдо сказал Афанасий. И продолжил: – Но с задающими валами будет задержка, непременно.
– А этот? – осторожно спросил статский советник.
– Это прототип, – с ноткой сожаления констатировал Каретников. – Сколь-нибудь длительной работы не выдержит. Но, – быстро добавил он, – полноценный образец будет готов через две недели, с божьей помощью. А следующий…
Когда разведчики остались одни, каперанг Садовский сказал, не столько спрашивая, сколько констатируя:
– «Императрица Мария».
Алексей Иванович повторил, но уже с категорической интонацией:
– «Императрица Мария».
ГЛАВА 14. ПО ПУТИ НА ОБЕРТАУ
– Как это там, у классиков? – недовольно пробормотал Кирилл, локтем пододвигая Марту с козел. – Когда обложат?
– Сцилла и Харибда, – со справочной машинальностью ответила Арина, занятая куда больше другим вопросом. – Ой, а куда ж нам теперь?
Вадим молча потянулся к днищу коляски, где позвякивала сталью груда трофейных винтовок.
Впереди первоначальное удивление «пионеров» на глазах сменялось деятельной заботой. Вот, один уже вытер ладони о некогда белые тиковые штаны на седалище
