Гуттиэре сначала смутно, а затем очень ясно осознала, что любит этого малознакомого и странного парня. Она вспомнила, какое чувство опустошенности ощутила, когда спасенный Ольсеном из тюрьмы Ихтиандр крикнул, не видя ее:
— Прощай, Гуттиэре!
После этого она неделю не прикасалась к еде и ни о чем не могла говорить с другом. Ольсену пришлось брать обеденные перерывы, чтобы навещать девушку, но к врачам обращаться не пришлось. Он сам сумел вывести ее из депрессии. Ольсен любил Гуттиэре, но понимал, что его чувство безответно. Он попытался справиться с собой и относиться к девушке только по-дружески. Гуттиэре поняла это и оцепила…
Гуттиэре пришла на биржу и встала в длинную очередь, по вскоре была отозвана в сторону двумя мужчинами солидной внешности. Выяснилось, что на консервный завод в дирекцию нужна приятная, молодая секретарша. Уточнив, что девушка с этой работой не знакома, старший из них заявил, что она сможет пройти курс подготовки при заводе.
— Да, но у меня есть… — Гуттиэре запнулась на полуслове — она думала, как представить Ольсена. — У меня есть… муж, которому тоже нужна работа.
— Кто он по профессии? — Гуттиэре перечислила все, чем занимался ее друг. Мужчины поговорили между собой вполголоса.
— Приходите завтра на завод вместе с мужем, вот адрес, — и один из них протянул визитную карточку.
Гуттиэре была на седьмом небе от счастья. Как минимум большая часть проблем была решена: заканчивались деньги, и нужно было платить за квартиру или съезжать с нее. С повышенным настроением Гуттиэре долго гуляла по городу. Когда она, наконец, вернулась домой, то увидела угрюмо сидящего Ольсена, который и ответ на ее приветствие, только буркнул себе под нос:
— Добрый вечер.
Гуттиэре не стала испытывать терпение друга и, протянув ему визитную карточку, рассказала о бирже. Счастливый Ольсен бросился обнимать девушку, но она остановила его. Наступило неловкое молчание.
— Знаешь, Ольсен, я сказала, что ты мой муж…
Ольсен вздохнул:
— Да, но ты ведь не любишь меня…
— Прости меня, Ольсен, это так… — сказала она после продолжительного молчания. — Но ты… хороший человек. Подожди еще немного… Я выйду за тебя замуж.
Ольсен с глубокой нежностью посмотрел на Гуттиэре.
— А сейчас давай ужинать…
* * *
Гуттиэре грустно улыбнулась, вспомнив все это….
* * *
Устроившись на завод, они начали хорошо зарабатывать. В квартире появились вещи, о которых раньше можно было только мечтать: ковер, холодильник, книги, радио… Но у Гуттиэре появилась проблема; ее красота скоро дала о себе знать. Появились приглашения на обеды, в театры. Она вежливо отказывалась, но это не могло продолжаться бесконечно. Вскоре Гуттиэре почувствовала прохладное отношение некоторых чиновников, которые еще недавно благосклонно относились к ней. Но однажды уже после работы она была вызвана к руководителю завода, чтобы стенографировать срочное совещание. Работа была выполнена блестяще, за что Гуттиэре получила большую премию. После этого случая все шло хорошо. Но тут произошла авария, в которую попал не по своей вине Ольсен.
Уже больше месяца Гуттиэре приходила в больницу, где лежал ее друг. Она редко бывала дома. Время проходило на работе, а ночью — дежурство в больнице.
В первые же дни болезни она добилась консультации профессора и, выслушав его заключение, написала письмо отцу, в надежде на помощь доктора Сальватора. Но время шло, а ответа не было. Уже потеряв надежду, она все же получила письмо от отца, который писал об отъезде Сальватора и о том, что сообщил ему о просьбе девушки. Гуттиэре долго плакала, прочитав это письмо. Стало ясно, что это приговор Ольсену, Больному с каждым днем становилось все хуже и хуже. Через две недели Ольсен перестал не только говорить, но и видеть. Лечение, по утверждению профессора, было самым что ни на есть полным, но больной таял на глазах — некогда здоровяк Ольсен, теперь был похож на скелет, обтянутый кожей.
В один из дней, когда уже врачи, медсестры и сама Гуттиэре считали, что часы больного сочтены, приехал профессор Сальватор де Аргенти.
В этот же день был проведен консилиум, а также повторены все необходимые лабораторные анализы и пробы. Одновременно приготовлена операционная, и Сальватор, предупредивший девушку о возможных последствиях операции, встал к столу. Ему ассистировали два профессора и один молодой рыжий доктор, его звали Джеймс Вейслин. Операция продолжалась восемь часов…
Первое, что увидел Сальватор, выйдя из операционной, — были глаза Гуттиэре. На ее немой вопрос профессор ответил:
— Должен жить.
Прошло три недели после операции. Все это время доктор Сальватор ежедневно осматривал Ольсена Его силы восстанавливались не по дням, а по часам — это выглядело чудом в глазах тех докторов, которые не знали профессора Сальватора де Аргенти…
К этому времени Гуттиэре уже знала все об Ихтиандре от Кристо.
Сальватор тоже беседовал с Гуттиэре в свободное время, но ни разу не назвал имени Ихтиандра — он не хотел торопить события. Эта девушка нравилась ему с каждым днем все больше. И вот однажды, за день до выписки Ольсена из клиники, Сальватор рассказал о приемном сыне. В ответ на это, после продолжительного молчания, Гуттиэре тихо сказала:
— Я люблю Ихтиандра — какой бы он ни был, и счастлива, что все так получилось… Так вы говорите, что он ждет меня?
Сальватор пристально посмотрел в глаза девушки и ответил:
— Да, дочка… Но как же Ольсен?
— Завтра я объяснюсь с ним, — тихо произнесла она.
На следующий день Ольсен был выписан из клиники в полном здравии, а вечером состоялся разговор с Гуттиэре.
— Знаешь, Ольсен, а Ихтиандр жив и… — она не договорила.
— Я знаю, Гуттиэре.
— Как!!!
— Я догадался, увидев Сальватора… У тебя нет по отношению ко мне никаких обязательств… Я знаю, что ты любишь Ихтиандра и что, женившись на тебе, я вряд ли бы смог осчастливить тебя… Счастье — это любовь, а твоя любовь, к сожалению, не принадлежит мне. Насильно мил не будешь… Конечно, как жаль! Я все это спокойно говорю потому, что всегда знал, что ты не для меня.
Гуттиэре подошла к нему и молча поцеловала.
— Прости меня, Ольсен, — были ее последние слова.
Профессор Сальватор не терял времени зря — он прооперировал несколько тяжелобольных, которые впоследствии полностью поправились. Ему весьма успешно ассистировал доктор Вейслин. Джеймса Сальватор встретил вновь на новозеландском пароходе, и уже не было нужды делать ему второе предложение — тот быстро договорился о своей замене для того, чтобы остаться работать в клинике.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
