Когда исцеляющие заклинания завершили восстановление наших питомцев, тренировка возобновилась. Мастер-оружейник гонял нас по всему полигону, заставляя сражаться то в группе, то по отдельности. Лишь к позднему вечеру огр сжалился и отпустил нас на ужин.
Следующие три недели для нашей группы пролетели незаметно. Занятия сменялись тренировками, во время которых наставник измывался над нами со всё возрастающим садизмом, и лишь ночи оставались нашим личным временем, которое все мы проводили в своих комнатах. У каждого из членов моей группы была своя жизнь. Собственно как и у меня. Ведь только оставшись один, я мог закрыть глаза и увидеться с Нори. Мы долгое время болтали ни о чём, рассказывая друг другу о незначительных мелочах, понимая, что, в данный момент, это то немногое, что мы можем себе позволить. Ведь, как не крути, а для этого мира она была богиней, а я её последователем.
* * *
Покои герцога ордена Изора.
Череда необдуманных шагов, которые очень сильно ударили по позициям герцога Изора в Ордене, как ему казалось, уже завершилась, когда в академии появился этот непонятный северянин. В том, что к местным северянам этот парень не имеет никакого отношения, герцог был уверен. Особенно после того, как Нордмар продемонстрировал свой уровень владения огненной магией.
Да если бы речь шла о привычной огненной магии, то на парня вообще бы можно было не обращать внимания. Однако, речь шла об инфернальном пламени, носителей которого в Ордене считали потомками орд, вторгавшихся из инфернального мира. И самым странным было то, что этот парень мог быть связан с исчезновением тройки карателей, выслеживавшими в окрестностях города магов, практикующих запретную магию.
Изор так и не смог выяснить, откуда у Нордмара меч, из тех, которые в Ордене ковали для своих Виконтов. Однако, он пока не был готов поверить в то, что довольно посредственный боец смог в одиночку победить тройку опытных карателей, лидером которой был Виконт, да и подручные рангом не ниже баронов.
Ещё одной нелепостью стало изгнание одного из оруженосцев. Отец приказал его изгнать, дав помыкаться, а затем вновь принять, накрепко привязав к себе потомка древнего благородного, хоть и бедствующего в последние годы рода. Вот только никто не мог предположить, что его оруженосец умудриться стать вассалом Нордмара, да ещё и принять из его рук титул Рыцаря империи. Теперь дорога в Орден для Рика была закрыта.
И если бы это были все проблемы, но нет. Рик умудрился вынести из гнезда птенца, который преобразился в царь-птицу. Каким образом Рику или, что куда более вероятно, северянину удалось ускорить процесс взросления птенца не известно, но то, что у бывшего оруженосца ордена появилась царь-птица, было бесспорно. При этом магическая привязка была завершённой, а потому не имело смысла отбирать самку феникса у её текущего владельца. Она просто не сможет ужиться ни с кем, а потому будет опасна для окружающих.
А в довершение всего, всплыла ошибка писаря имперской канцелярии, который по непонятным причинам неверно внёс в документы титул, дарованный Изором Нордмару. И если бы северянин тихо подошёл и рассказал об этом, то можно было бы всё исправить. Но нет же… Северянин подошёл к углу столовой, в котором обычно располагались адепты Ордена и во всеуслышание «ещё раз» поблагодарил за дарованный титул Баронета. Теперь любая попытка исправить ситуацию навредила бы самому герцогу.
Ну и самым неприятным ударом стало то, что кто-то начал распускать слухи о том, как герцог униженно просил северянина принять титул и замок в обмен на отказ от претензий на приз за победу в поединке, о которой на территории академии не говорил только ленивый. Сами по себе сплетни довольно быстро бы угасли, если бы им не предшествовала публичная благодарность Нордмара за дарованный титул.
И вот сейчас Изор ломал голову над тем, кто же мог стоять за порочащими его имя сплетнями. Принц лишь вступился за свою сестру, избавив её от брака по принуждению. Ему и самому было не выгодно раскрытие деталей разрыва помолвки. Диала так же была не заинтересована в разглашении сведений о наличие у неё полного собрания материалов о фениксах, их содержании и воспитании. Рик, хоть и был изгнан из ордена, но не посмеет пойти против того, кто подарил ему птенца. Оставался Нордмар. Но ему то от такого хода помимо вреда ничего не светило.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
Нужно найти тех, кто распространяет эти слухи и выяснить имя заказчика, — в очередной раз подумал герцог, и в очередной раз отверг эту идею, так как в данный момент было проще перебить всю королевскую семью, чем найти тех, кто бы не судачил о столь странном титуле, дарованном простолюдину.
Что же до самого Нордмара, то ему на эту ситуацию, как показалось Изору, было плевать. Тем более, что он со своей группой покидали тренировочный полигон лишь для ночного сна, приёмов пищи и теоретических занятий.
Отец предлагал помощь в установлении виновных, но сын полагал, что вместо поиска виновного каратели постараются повесить вину на северянина. Сам по себе такой вариант развития событий ни сколько не волновал Изора, но он не гарантировал устранение того, или тех, кто стоял за появлением этих слухов.
К концу третьей недели с момента поединка, слухи начали утихать, так как на первое место вышло две новости, связанные с отбором и последующим состязанием сильнейших. И только это обстоятельство позволило герцогу расслабиться.
* * *
Покои баронессы Диалы
О чём может мечтать приёмная дочь барона, а заодно и официально объявленная наследница, если у неё есть всё, о чём она могла мечтать. Титул, земли, право на власть в провинции, управляемой её отцом. Пусть для других он и был приёмным, но Диала прекрасно знала, что отец никогда бы не стал усыновлять чужого ребёнка, а тем более девочку-полукровку.
Барон Альвир был чистокровным эльфом, чья родословная велась со времён основания первого эльфийского королевства, павшего под непрерывными атаками армий инфернальных миров. Однако, древний род не только пережил падение собственного государства, но и смог укрепить свои позиции в империи Струм. Это позволило многочисленному роду барона получить сразу на два места в совете империи. И пять мест в Совете общины эльфов, расположенной на территории империи. Обе эти структуры были скорее органами исполнительной власти, но без их поддержки многие из законов могли на протяжении десятилетия проводиться в жизнь на удалённых территориях государства.
Молодая баронесса уже сообщила своему отцу о том, что странный северянин, лишь недавно начавший обучение, провел обряд слияния с фениксом. С одной стороны это рушило планы отца по продаже обученной птицы и покупке пары птенцов, но с другой, за возможность полноценного взаимодействия с фениксами очень многие в империи готовы были выложить целое состояние. Либо выложить приличную сумму за того, кого можно было бы принудить провести этот ритуал бесплатно.
Зная повадки Альвира, девушка бы не сильно удивилась, если бы Нордмар исчез, а через какое-то время обнаружился в одном из тайных убежищ её рода. И в данный момент северянина спасали лишь два обстоятельства: проживание на территории академии магии и его контракт с гарнизоном Лотира. Да и то, второе обстоятельство лишь осложняло вывоз из города и не более того, а вот первое являлось реальной проблемой. Особенно если учесть, что гарнизон всегда оплачивал весь срок обучения при зачислении будущего волшебника.
Вот только проведя несколько недель в одной группе с этим северянином, девушка начала сомневаться в правильности своих действий. Ведь в то время, как она составляет отчёты о странном первокурснике, тот не только помог ей с питомцем, но ни разу даже полунамёком не дал понять, что она что-то ему за это должна. Другой бы на его месте попытался получить что-либо ценное, а то и саму девушку. Это не значит, что ему бы что-то этакое обломилось, но сам факт бескорыстной помощи…
В общем, парень был странным, но сейчас Диала прибывала в сомнениях. С одной стороны долг перед родом, но с другой, добродушие и бескорыстность Нордмара, выбивавшиеся из того, к чему она привыкла.
