окна вполне хватало для комфортного нахождения в комнате, но мне хотелось слегка другой атмосферы. Всегда мечтал оказаться в подобном месте, даже как-то рассматривал вариант путешествия в Норвегию, где есть один отель без электричества. Сейчас моя маленькая мечта осуществилась, единственное чего не хватало, так это камина и любимой женщины под боком. Ну уж чего нет, того нет.
Внимание! Системный администратор Мария желает посетить вас в вашем личном жилище! Предоставить доступ к комнате?
Да/Нет
Прикрыв ненадолго глаза, я сдержано ругнулся. Вся атмосфера была разрушена системным уведомлением. Исполнение моей маленькой мечты псу под хвост. И даже то, что ко мне пожаловала знакомая девушка, дело не исправит. Предоставить доступ.
— Надеюсь, это письмо с извинениями от отца, а также приглашение на встречу, иначе вам Мария не стоило приходить, — произнёс я, уткнувшись лбом в колени.
Тишина была мне ответом. Подняв лицо, я окинул взглядом комнату, но никого не нашёл. Ну не за дверью же она стоит? Встав из кресла, я подошёл к двери и распахнул дверь. Мария стояла с занесённой для стука рукой, и вид у неё был довольно странный, словно она стояла так не одну или две секунды, а подольше, но всё никак не могла решиться постучать.
— Что у вас? — задал я ей вопрос.
— Не то чего вы ждёте, — ответила девушка, закусив губу. — Я через дверь услышала, вот и не решалась постучать.
— Вам ведь, так или иначе, надо мне что-то передать? — задал я ей вопрос и дождавшись короткого кивка продолжил. — Так давайте вы просто передадите мне всё и не будете своим присутствием больше мне напоминать о том мире?
— Да, я поняла вас, простите меня, — пискнула девушка и протянула мне довольно толстую тетрадь. — Всего хорошего.
И исчезла, словно её тут никогда и не было. А я ведь даже не моргнул.
— Не хорошо как-то получилось, — произнёс я, закрывая дверь. — Девочка ведь ни в чём не виновата. Хотя и я вроде не грубил. Чёрт.
— Да-да, я на месте, — вдруг отозвался из комнаты Люцик.
Развернувшись на месте, я встретился взглядом с демоном, сидящим на столе, рядом с креслом. В руке у него была рюмка с мутной белой жидкостью, в зубах сигарета, а сама бутылка горячительного была зажата между подмышкой и телом.
— Ты обещал самогон, барон нашёл мне бутылку, — отсалютовал мне бухлом чёрт. — Только ты теперь ему десять золотых должен.
— Ты как это сюда попал? Стой, погоди, что?! Десять золотых?! — возмутился я.
— Он сказал, что самогон это редкий гномий напиток, о котором мало кто знает. Он был удивлён твоей осведомлённости, но достал для меня бутылочку из своих запасов. А попал я сюда самым обычным способом, через тень. Все демоны так умеют, или не все, точно не помню. Короче вот так!
Люцик поставил стопку на стол, а сигарету примости поверх неё, после чего вдруг взял и потерял объем, став плоским как кусок бумаги. Он шустро юркнул под стол, после чего двигаясь в тени по потолку сделал круг по комнате и вернулся обратно. На свой круг почёта он потратил не больше пяти секунд, после чего вновь обрёл объём, стоя на столе. Стопка уже была у него в руках, а сигарета в зубах. Отвечать ему, что бы то ни было, я не видел смысла, так что просто махнул на него рукой и направился к кровати. Читать буду там, подальше от демона алкаша.
Запрыгнув на двуспальную кровать, я по достоинству оценил её мягкость, так что сразу же слез и сел на пол. Читать в любом положении и даже на ходу, моя, этакая, суперспособность. Не то чтобы прямо супер, но ничего так, помогает сэкономить время. Почуяв собственную слабину и мягкость перины, я решил перестраховаться. На деревянном полу, явно, получше будет. Тем более что у кровати нет ковра, в самый раз будет.
Что тут у нас передали. На вид, самая обычная тетрадь. Правда, именно в таких мы работали в научном центре, когда нужно было вести журнал наблюдений. Закостенелым учёным листы бумаги всегда будут дороже любых гаджетов и программ. Правда, если это действительно журнал наблюдений, то всё-таки кому-то из них пришлось освоить программы, дабы перенести его в виртуальность.
«Здравствуй, Олег! Или тебя теперь лучше называть Жнец? Ха-ха, шучу, конечно. Рад, что ты осваиваешься и привыкаешь к новой для себя жизни. В эти полгода, нам всем было нелегко без тебя, но теперь ты снова с нами, пусть и внутри нашего общего проекта, а не снаружи.
Олег, я знаю, что ты зол. Зол на родных. Пойми, им было особенно тяжело. Они видели смерть твоего тела. Неудивительно, что они считают твою цифровую версию тебя всего лишь копией. Зная, каким ты можешь быть на эмоциях, прошу, не делай дуростей. Они тебя любят. Дай им время погоревать и успокоиться. Когда-то они точно посетят тебя, и тогда у тебя будет шанс их переубедить. Сейчас совсем не время для детских шалостей и глупых попыток привлечь внимание. Будь терпелив, как когда-то во время наших общих экспериментов. Помни, скоро только кошки родятся.
Теперь к важному. Если ты помнишь, до тебя было сразу двое оцифрованных. Новости по ним неутешительные. Будучи помещёнными в индивидуальные миры, они быстро сошли с ума. Ты предупреждал об этом, но альтернативы для них не было и вот итог. Твой случай отличается, ты не заперт в своей голове один на один с внутренними демонами, но есть основания полагать, что безумие у этих двух проявилось ещё до того, как им наскучили их мирки. Внимательно следи за своим поведением, лишний раз не теряй самообладания. Передаю тебе все записи и дневники наблюдений по этой парочке, может быть тебе это чем-то поможет.
Также хочу предупредить, проект давно перестал быть просто перспективным. Он уже приносит сверхприбыли. Не могу называть суммы и указывать на заинтересованные стороны, но дело пошло даже за пределы российского правительства. Научный центр твоего отца давно стал на подхвате. Благодаря своим навыкам и множественным связям, Николай Владимирович всё ещё у руля, но удержать этот руль становится всё труднее. Буря может, как потопить судно, так и вынести его к вратам райского острова. Имей это ввиду»
Твой друг и наставникЭдуард Геннадьевич
Письмо моего наставника было вложено в тетрадь на самой первой её странице. Я несколько раз перечитал его, после чего пару минут обдумывал и вновь перечитал. Я проштудировал строки этого письма, по меньшей мере, семь раз целиком и ещё
